Озвучивание не поддерживается в этом браузере
часть-14
Вечерняя Осака зажигалась огнями, отражаясь в водах реки Ёдо. Хисын прислал за Миюки машину, но не лимузин с водителем, как обычно, а скромное такси. Внутри на сиденье лежал один-единственный цветок — белая камелия, символ чистоты и долголетия в японской культуре.
Ресторан находился на крыше отеля, откуда открывался вид на замок Осаки. Когда Миюки вошла, она увидела, что весь зал пуст. Хисын выкупил вечер, чтобы им никто не мешал.
Он стоял у парапета, сняв пиджак и засучив рукава рубашки. В этом жесте было что-то домашнее, лишенное его обычной брони.
— Ты пришла, — он обернулся, и в его глазах промелькнуло облегчение. — Я боялся, что ты выбросишь приглашение.
— Хикари сказала, что недосказанность — это яд, — Миюки прошла к столу, её шаги мягко глушил ковер. — Я пришла послушать, что ты скажешь теперь, когда над нами не висит тень твоего отца.
Разговор без масок
Они сели друг против друга. На столе не было папок с контрактами, только свечи и изысканные блюда. Но никто не притронулся к еде.
— Я расторг соглашение с твоим отцом, — внезапно произнес Хисын.
Миюки замерла с бокалом в руке. — Что? Но долги...
— Я выплатил их из своих личных средств, а не из фондов компании. Теперь твоя семья ничего не должна «Lee Group». Ты официально свободна, Миюки. Наш брак... больше не фиктивный инструмент. Ты можешь подать на развод завтра, и никто не скажет ни слова.
Миюки смотрела на него, не веря своим ушам. Свобода, о которой она мечтала, теперь лежала перед ней. Но почему-то сердце заныло еще сильнее.
— Почему сейчас? — прошептала она.
— Потому что я не хочу, чтобы ты была со мной из-за чувства долга, — Хисын накрыл её руку своей. На этот раз он не сжимал её властно, а лишь слегка касался, давая ей возможность отстраниться. — Я хочу начать всё сначала. Без лжи. Без «сделок». Я хочу пригласить тебя на первое свидание, Миюки Такаши.
Искры в тишине
Миюки чувствовала, как её застенчивость борется с нахлынувшим теплом. Она медленно убрала руку, и Хисын помрачнел, думая, что это отказ. Но она лишь поправила выбившуюся прядь волос и посмотрела ему прямо в глаза.
— Ты думаешь, можно просто стереть всё, что было? Ту ночь, твои слова в аэропорту?
— Стереть — нет. Но можно построить новое поверх старого, как в твоем «Кинцуги», — он встал и подошел к ней.
Он наклонился, и Миюки снова почувствовала этот магнетизм. Его сексуальность теперь не была агрессивной, она была глубокой, обволакивающей. Он коснулся губами её лба, затем виска.
— Я не прошу тебя возвращаться в Сеул завтра, — прошептал он ей в губы. — Я прошу лишь одного шанса доказать, что мужчина, который тебя любит, сильнее, чем бизнесмен, который тебя предал.
Миюки закрыла глаза. Она чувствовала его дыхание, видела его искренность. В этот момент она поняла: он действительно сломал себя, чтобы стать достойным её швов.
— Одно свидание, Ли Хисын, — выдохнула она. — Но правила устанавливаю я.
Хисын победно улыбнулся — впервые за многие месяцы это была настоящая, теплая улыбка, от которой у Миюки подкосились ноги. Он не поцеловал её в губы, сдерживая себя, но его взгляд обещал гораздо больше.
To be continued...
Комментарии