Озвучивание не поддерживается в этом браузере
часть-2
День свадьбы
Свадьба не была похожа на праздник. Это была идеально срежиссированная постановка для прессы и инвесторов. Огромный зал пятизвездочного отеля «Grand Seoul» утопал в белых лилиях, чей аромат казался Миюки удушающим.
Хикари помогала ей застегивать бесконечный ряд пуговиц на спине свадебного платья. Наряд был вызывающе дорогим: кружево облегало фигуру Миюки как вторая кожа, подчеркивая тонкую талию и мягкий изгиб бедер.
— Послушай меня, — Хикари развернула подругу к зеркалу. — Ты выглядишь не как жертва обстоятельств, а как женщина, которую хочется завоевать. Даже если этот ледяной Ли Хисын будет делать вид, что ему плевать, поверь — его зрачки расширятся, когда он тебя увидит. Используй это.
Миюки лишь сглотнула ком в горле. Её ладони были ледяными.
Встреча у алтаря
Когда двери распахнулись, сотни вспышек камер ослепили её. Но она видела только его. Хисын стоял у алтаря в черном смокинге, который сидел на его широких плечах безупречно. Его волосы были зачесаны назад, открывая волевой лоб и прямой, хищный нос.
Когда отец вложил руку Миюки в руку Хисына, она вздрогнула. Его пальцы были горячими и сухими. Он сжал её ладонь чуть крепче, чем требовал протокол, и на мгновение их взгляды встретились. В его глазах не было нежности, но было что-то темное, тяжелое, от чего у Миюки перехватило дыхание.
— Не дрожи так, — едва слышно прошептал он, склонившись к её лицу для ритуального поцелуя. — Камеры смотрят.
Поцелуй был коротким, едва касающимся губ, но Миюки почувствовала вкус дорогого алкоголя и мяты. Это секундное прикосновение отозвалось внизу живота странным, пугающим теплом.
Первая ночь: Правила территории
После утомительного банкета лимузин доставил их в пентхаус Хисына. Это было воплощение минимализма: стекло, бетон и панорама ночного Сеула.
Хисын сразу же ослабил узел галстука и швырнул пиджак на кожаный диван. Он выглядел уставшим и... раздраженным.
— Твоя комната в конце коридора направо, — бросил он, не глядя на неё. — Моя — напротив. В мою спальню заходить запрещено без стука. В мой кабинет — запрещено вообще.
Миюки стояла посреди гостиной в своем пышном платье, чувствуя себя нелепо.
— Я... я поняла. Я постараюсь не доставлять неудобств.
Она развернулась, чтобы уйти, но тяжелая ткань платья зацепилась за край столика. Раздался треск. Миюки охнула, пытаясь высвободить кружево, но только запуталась сильнее.
— Помочь? — раздался голос Хисына совсем близко.
Он подошел сзади. Миюки замерла, чувствуя его присутствие всей поверхностью кожи. Его близость была почти осязаемой. Он опустился на одно колено, чтобы распутать ткань, и его пальцы случайно коснулись её лодыжки. Миюки судорожно вздохнула.
— Ты такая застенчивая, — его голос стал ниже, приобретая опасные бархатистые нотки. Он медленно поднялся, оказываясь прямо за её спиной. — Твои родители сказали, что ты скромная японская роза. Но розы обычно колючие. Где твои шипы, Миюки?
Он положил руку на её обнаженное плечо. Кожа к коже. Контраст его горячей ладони и её прохладной кожи заставил Миюки обернуться. Теперь они стояли так близко, что их разделяли считанные сантиметры.
Хисын медленно опустил взгляд на её губы. Его глаза потемнели, становясь почти черными. В этот момент его безразличие дало трещину. Он протянул руку и аккуратно убрал прядь волос с её лица, задержав пальцы на её шее. Пульс Миюки бился под его ладонью как пойманная птица.
— Знаешь, — прошептал он, наклоняясь так низко, что их кончики носов соприкоснулись. — Я планировал игнорировать тебя все два года. Но ты... ты пахнешь дождем и чем-то сладким. Это будет сложнее, чем я думал.
Его взгляд переместился на вырез её платья, и Миюки почувствовала, как по телу прошла волна жара. Он не поцеловал её. Вместо этого он резко отстранился, будто обжегшись.
— Иди спать, — отрезал он, возвращая на лицо маску холодности. — Завтра в восемь завтрак. Не опаздывай.
Он развернулся и ушел в свою спальню, захлопнув дверь. Миюки осталась стоять в темноте гостиной, прижав руку к губам. Сердце колотилось так, будто она пробежала марафон.
«Он меня ненавидит?» — подумала она. «Или он просто боится того, что чувствует?»
To be continued...
Комментарии