Неловкое утро.
Женщина уверенно вошла в квартиру, огляделась и поставила у стены аккуратный пакет.
— Дастан, я принесла твои вещи, — сказала она буднично, потом перевела взгляд на Айлин.
Пауза затянулась.
— А это... кто?
Айлин почувствовала, как внутри всё сжалось.
— И что с её лицом? — мягко, но внимательно добавила мать.
Дастан быстро собрался.
— Мам, это моя коллега. Айлин.
Вчера с ней произошли неприятности, — он говорил ровно, без лишних эмоций. — Я не мог оставить её ночью одну. Просто помог.
Айлин тут же опустила взгляд.
— Извините... — тихо сказала она. — Я сейчас оденусь.
Она ушла в комнату, закрыв за собой дверь. Сердце билось глухо и тяжело, будто ей снова хотелось исчезнуть.
В гостиной повисла тишина.
— Ты же понимаешь, — наконец сказала мать, понизив голос, — если кто-то узнает, слухи разлетятся моментально. Социальные сети тебя не пожалеют.
— Я знаю, — коротко ответил он.
— Я недавно виделась с мамой Томирис, — продолжила она, внимательно наблюдая за сыном. — Она сказала, что вы начали общаться.
Это... разумно, Дастан. Тебе сейчас нужна стабильность, а не проблемы.
Он сжал челюсть.
— Мам, я сам разберусь.
— Я не читаю тебе нотации, — мягче сказала она. — Я просто переживаю. Ты слишком многое ставишь на карту.
В этот момент из комнаты вышла Айлин. Одетая, собранная, с аккуратно прикрытой губой, но всё равно уставшая. Она старалась не встречаться взглядом ни с кем.
Мать посмотрела на неё ещё раз — без осуждения, скорее с пониманием.
— Береги себя, — сказала она Айлин спокойно.
Потом повернулась к сыну, обняла его и поцеловала в щёку.
— Ладно, я пойду.
Позвони мне позже.
Дверь закрылась.
В квартире стало слишком тихо.
Айлин первой нарушила молчание.
— Прости за это утро... и за неловкость.
— Всё нормально, — ответил он, но в голосе не было тепла.
— Я не хотела, чтобы так вышло, — добавила она. — Я уже ухожу.
Он посмотрел на неё внимательно, будто хотел что-то сказать... но передумал.
— Делай, как считаешь нужным, Айлин.
Она кивнула.
Секунда — и она уже стояла у двери.
— Спасибо... за всё, — тихо сказала она, не оборачиваясь.
Дверь закрылась.
Дастан остался один посреди гостиной, понимая, что с каждым днём между ними становится не расстояние —
а выбор.