глава 12
POV Джонин
- Пшли вон! – по-доброму зовёт Чанёль-хён, когда входит в гостиную с целой кучей чего-то в руках. Он сгоняет нас и наши чашки с чаем с кофейного столика и кладёт посредине большой лист бумаги, форматом А2, не меньше, и несколько ручек.
- Хён, мы будем рисовать? – интересуюсь я.
- Да, - план наших действий! – кивает Чанёль-хён. Я оборачиваюсь на Лухана, который до этого сидел со мной.
- Все в гостиную! - слышится из коридора голос моего хёна. – А где мой…? – он замирает на пороге, а потом, увидев меня, улыбается. Я проснулся раньше него, и когда вышел на кухню к Лу, хён ещё спал.
- Доброе утро! - хён мягко целует меня в губы, едва дотрагиваясь.
- Меня от вас тошнит! - честно признаётся Сэхун, входя следом.
Лухан делает вид, что не слышит этого, отвернувшись, а хён тут же закипает.
- Сейчас кое-кто отхватит приличную оплеуху, понимаешь, о чём я? - интересуется он.
- Не злись, Джунмён! – отмахивается Сэхун.
- Сэхун, имей уважение! – одёргивает Чанёль.
- Чанёль-а, следи лучше за своим Беконом, чем…
- Макне, я не Джунмён, и нянчиться с тобой не буду. Ты ослепнешь быстрее, чем успеешь подумать о том, что контролируешь стихию воздуха. – отзывается Бэкхён, и Сэхун недовольно фыркает, отвернувшись.
- Если я попрошу вас заткнуться, вы не обидитесь? – на пороге вырастает Крис. – Заткнитесь! Чанёли, что ты задумал?
- Мы лучше разберёмся, если нарисуем. – кивает Чанёль-хён, когда в гостиной, наконец, собираются все наши. – В прошлый раз у нас был дневник, он был основным источником наших знаний, сейчас у нас нет ничего, но я не думаю, что Арбор оставил бы нас такими беззащитными. Поскольку мы долгое время жили, как обычные люди, а не как Хранители сил Древа жизни, я думаю, это одна из причин, почему у нас нет, пока нет нечто подобного нашему дневнику. Думаю, то, что многое нам подскажет, спрятано, возможно, скрыто или зашифровано. В любом случае, думаю, это не на поверхности. – говорит Чанёль-хён.
- В прошлый раз дневник так же не был на поверхности. Ты ограбил главный музей города и страны, и тебя искали, а потом уехал чёрт знает куда, чтобы получить его. А мы едва не поседели дома, да-да. – приговаривает Бэкхён-хён, стоя на коленках в кресле у Чанёль-хёна за спиной и держась за его плечи.
- В любом случае, думаю, нам нужен парк! – кивает Лухан, сложив голову на прижатые к груди коленки. – Просто искать подсказок больше негде. Арбор – и есть наша основная подсказка, он нам сам всё расскажет.
- Лулу прав. – кивает Чанёль-хён. Он рисует посреди листа большой круг и пишет в нём «Arbor», рисует четыре основных входа в лабиринт, что ведут в к центру Парка Вечности, и мелкие ответвления. – Мы не знаем, открыт ли парк, но вне зависимости от этого, мы должны разделиться, чтобы сэкономить время. – а потом Чанёль пишет у каждого входа имена.
- Но что нам искать? – выдыхает Тао. – В парке мы все были много раз и до этого мы ничего подозрительного не видели.
- Это потому, что мы не искали. – улыбаюсь я, и на меня тут же устремляется несколько взглядов.
- У нас всё получится! – улыбается Чанёль-хён, когда каждый из нас запоминает, куда ему идти. – Если парк закрыт, мы не лезем. Подчёркиваю, не лезем, - Чанёль смотрит на Сэхуна. – А возвращаемся домой. Если парк открыт – мы ищем. У каждого из вас должно быть что-то, чтобы записать или сфотографировать найденное и будьте на связи. Пшли вон собираться! – Чанёль-хён поднимается с кресла, улыбаясь.
- Может, встретим Наму! Наверное, киосочек его мамы пострадал от того, что парк был закрыт и что не было посетителей. – вздыхает хён, когда запрыгивает в джинсы. – Ну чего ты сидишь? – хён усаживается мне на одно колено и обнимает за шею.
- Не знаю, - я растерянно улыбаюсь. – У меня такое чувство, что мы на верном пути. – я киваю, устремляя взгляд на Су. – Какое-то чувство приподнятое.
- Может, это любовь? – хён улыбается.
- Ну конечно, и она тоже. – отвечаю я улыбкой и целую его в щёку. – Но всё же…
- Тревоги не чувствуешь? – спрашивает хён.
- Нет.
- Это хорошо, собирайся. – хён целует меня в нос и встаёт, а потом кидает в меня моей же футболкой.
На улице солнечно и безветренно, все мы выходим из дому друг за другом, в разное время и направляемся в парк разными дорогами, кто напрямую, кто в обход, ибо нам нужны разные входы в него.
- Это твоё чувство приподнятости случайно не подскажет тебе, что и где нам искать? – интересуется хён, пока мы неспешно поднимаемся вдоль набережной к парку.
- Не смешно. – бурчу я, пытаясь вырвать руку.
- Знаю. – хён прижимается щекой к моему плечу в силу разницы в росте и сжимает мою ладошку в своей только сильнее. – Такое чувство у меня всегда, когда ты засыпаешь у меня на руках.
- Не так, Су, - исправляю я. – Это не совсем чувство любви. Это какое-то умиротворение или наоборот восторг, мне сложно объяснить. – я пожимаю плечами.
- А такое, когда я рядом с Арбором! – кивает он.
- Вот! – почти выкрикиваю я. – Вот что-то такое!
Мы оба замираем почти у нужного входа в парк – здесь людно, значит ли это, что парк открыт? Мы хёном переглядываемся и устремляемся скорее через лабиринт к самому сердцу парка – к Арбору. О том, что он в порядке, мы узнаём, ещё не видя его, за несколько десятков метров – в груди селится спокойствие и тепло.
- На что это может быть похоже, Чанёли? – Бэкхён держит чужую ладошку в перчатке, когда они идут по своему туннелю к Арбору. – Не думаю, что это дневник или нечто подобное, так? Но парк ведь полностью отражает природу того, во имя которого построен. – рассуждает старший. – Быть может, это что-то такое, что действительно на поверхности, только не все понимают, что именно это в себе несёт.
- Вот за это я тебя и люблю. – негромко смеётся Чанёль.
- Что-то на комплимент как-то не похоже. – фыркает, но всё же улыбается Бэкхён.
- Ты этих глупостей у меня понабрался? Идиотская логика и прочее? – продолжает улыбаться младший.
- У тебя обычно срабатывает. – пожимает плечами Бэкхён.
- Потому что я анализирую увиденное и услышанное. – кивает Чанёль. – Проход к Арбору открыт! Оба, и Чанёль и Бэкхён, замирают почти в центре парка перед Арбором и почтительно склоняют головы.
- Идиотская была затея! – бурчит Сэхун, идя впереди Лухана.
- Ты можешь заткнуться, хотя бы пока мы здесь? – шипит сзади старший.
- Ааа, то есть ты думаешь, что если я не могу прикончить тебя в Парке Вечности, у Великого Арбора, я забуду и не сделаю этого, когда мы выйдем отсюда? – Сэхун оборачивается, хмыкая.
- Прикончить меня у тебя всегда будет время, а сейчас, сейчас имей совесть. – Лухан нагоняет младшего у выхода к Арбору, и они, как и все, едва ли не в пол кланяются. – Здесь достаточно наших, мы должны осмотреть малые парковые зоны. – Лухан хватает младшего за запястье, чтобы потянуть в другую сторону, но его взгляд ненароком падает на каменную плиту, на которой стоит нога Сэ.
- Послушай, Телепат… - с полуоборота заводится Сэхун.
- Заткнись! – зло зыркает на младшего Лухан и приседает на корточки, отталкивая Сэхуна в сторону. Лухан видит, как младший заносит ту самую ногу, чтобы хорошенько пнуть его, но вдруг тоже приседает рядом и они одновременно тянутся пальчиками к выгравированному на плитке символу, буквам и словам. – кАк вРед наносят рОду ниЗь у/в вОздуха, ТакТруС, что не религия одна – ИсуС, но раноЙнанесён.
- Что за несусветный бред? – хмыкает Сэхун.
- Почему выделены некоторые буквы? – удивляется Лухан. – Это не просто так.
- Хань, ты, видно, совсем умом тронулся. – снова выдыхает Сэхун.
- Это анаграмма. – выдыхает Лухан, понимая. – Мне нужна ручка.
Сэхун молча кривится, вручая старшему ручку, а Лухан вынимает из сумки блокнот. Они усаживаются прямо на асфальте возле плиты, почти лицом к Арбору, и никто не тыкает в них пальцем, здесь частенько так делают.
- Что могут значить подчёркнутые слова? – начинает размышлять вслух Лухан. – Может их значение не прямое или переносное?
- Или их вообще нет, и они вставлены просто так, а подчёркнутые – словно зачёркнутые. – предполагает Сэхун, прикусив кончик языка. – Бред!
- А выделенные большие буквы? – Лухан переписывает фразу на плите в блокнот и внимательно глядит на неё. – Из них не получается слова. - Лухан вздыхает.
- Ещё бы! – Сэхун всплескивает руками. - Почему в «как» выделена вторая буква, а в «так» первая, может, нужно поменять части местами? – Сэхун забирает блокнот и пишет фразу заново, но взглянув на неё, смысл в ней от перестановки частей не появляется. – Хотел бы я посмотреть на того кретина, который это придумал! – ругается младший.
- Хорошо, предположим, подчеркнутых быть не должно, части мы меняем местами. Выделенные буквы – это могут быть… - Лухан задумывается.
- Слова. – выдыхает Сэхун. – Порядок слов. Значит после «как», оно стоит на своём месте, а «так» просто указывает на строчку, будет анаграмма из слов…Я запутался, чёрт. – шипит Сэхун сквозь зубы.
- Может воздух – это ты, Сэ? – предполагает Лухан.
- Или это слово, которое начинается примерно так же, как моё имя. – кивает младший.
- Сердце. – предполагает Лухан опять.
- Хорошо, допустим, это сердце. Записывай. – кивает младший, толкая Лухана в плечо.
Как в сердце
- Низь – выделена третья буква, значит, это третье слово. – рассуждает Лухан. – Какая анаграмма в нём скрыта?
- Жизнь?- спрашивает Сэхун и старший кивает, записывая.
Как в сердце жизнь
- Теперь анаграмма слов ИсуС и труС. – кивает Лухан. – Четвёртые буквы, значит оба они – анаграмма четвёртого слова в первой строке.
- Исуструс. – без пауз произносит Сэхун. – Какое слово напоминает?! Стру…., стру…..
- Струится. – заканчивает его мысль Лухан, снова записывая. – И дальше сразу «не одна», эти слова должны быть, они не подчёркнуты и вроде стоят на месте.
Как в сердце жизнь струится не одна,
- С чего может начинаться новая строка? Давай поставим сюда «у», потому что «в» уже было, потом переставим, если что. – предлагает Сэхун и старший кивает.
- Вред и род – выделены вторые буквы, значит дальше идёт анаграмма этих двух слов. – продолжает Сэхун.
- Но какая анаграмма? – задумывается Лухан. – Вред, род, род, вред, вред, род… Сэ!
- Чего тебе?
- Это древо! – Лухан вскидывает на младшего восторженный взгляд. - Анаграмма слов вред и род – древо, и следом «так».
- Верно. – кивает младший. – Пиши.
Как в сердце жизнь струится не одна,
У древа так
- Рана – слишком короткое слово, чтобы найти анаграмму. – замечает Лухан.
- А что если здесь берут участие и другие буквы? Почему в трусе выделена не только С, но и Т? Может выделенные буквы в общем должны расшифровать это, последнее? – Сэхун подпирает кулаком щёку. – Какое же это слово. – бормочет он.
- С буквами Т, Р, З, О и в основе со словом рана. – поддерживает Лухан.
- Ранатс, страна, тсрана! – Сэхун на ходу вспоминает существующие слова с этими буквами и выдумывает новые. – Запрятана! – вдруг выкрикивает он, довольно улыбаясь. –Запрятана она!
Как в сердце жизнь струится не одна,
У древа так запрятана она!
- Вечная жизнь! – в унисон выдыхают и Лухан, и Сэхун, переглядываясь.
- Ай, что там давит точно между лопаток? – возмущается хён, когда мы устраиваемся на лавке поудобней. Он заводит руку за спину, а потом я вижу, как выражение его лица меняется. – Что за…
- Су? – тяну я, подавшись к нему.
- Это Вода и Телепортация! – улыбается хён, отодвигаясь, и правда. На спинке лавки мы видим вырезанные в металлических прутьях наши знаки.
- Нужно осмотреть все лавки! – киваю я, тут же вставая. Мы вскакиваем и обходим Арбор несколько раз.
- Лавочек шесть. – говорит хён. – Но каждый из знаков, они по парам и…я не совсем понимаю. Хорошо, предположим, мы с тобой, Чанёли и Бэкки, Крис с Исином, но Лу с Сэ, да и Чен с Кёнсу, Мин, Тао – где логика в остальных?
- Думаю, знаки не просто так расположены. Это что-то значит. Может, это какая-то связь сил? – вздыхаю я.
- Тогда я должен быть с Чанёли, а ты с Лу. – отрицательно кивает хён.
- Это если смотреть по законам природы, противоположные или схожие силы. – киваю я. – А что если это другая связь? – я прикусываю губу. – Та связь, что есть, например, между тобой и мной. Что есть между Луханом и Сэхуном, хотя и ослабевшая.
- Ты думаешь, это любовь? – удивляется хён. - Опять-таки, Кёнсу с Ченом, Мин, Тао! Нелогично!
- Ну тогда я не понимаю! Может это не любовь, а какого-то иного вида связь? Скажем, духовная! – я пожимаю плечами. – Почему тогда знаки расположены именно так?
- Ты рассуждаешь правильно, это определённо не просто так, и здесь точно что-то есть. – хён вздыхает. – Но не до конца понятно – что именно.
Исин сидит на присядках у каменного постамента Арбора и гладит кончиками пальцев очертание выдавленного в камне дракона.
-Как успехи? – Крис опускается рядышком, приобнимая за плечи.
- Никак. – выдыхает Исин, обернувшись на любимого. Крис мягко гладит его по волосам, а младший склоняет голову к рукам, цепляясь пальчиками за верхний край постамента, а потом резко дёргается, поднимая голову.
- Что? – почти пугается Крис.
- Здесь буквы, внутри. – улыбается Исин, снова глядя на него. – Попробую на ощупь. – виснет тишина, Исин сосредоточено смотрит куда-то вперёд. – ,итйан укинчотси к чюлк ыботч А ! итсенорп аримлоп икситто ястедирП
Крис записывает каждую букву, что ему диктуют, а потом начинает хохотать, ибо то, что ему продиктовали, является полным бредом, до тех пор, как Исин не забирает из его рук блокнот и не читает надпись наоборот.
А чтобы ключ к источнику найти.
Придётся оттиски полмира пронести!
- Что за оттиски? – удивляется Крис.
- Что за полмира? – так же удивляется Исин.
Внимание Кёнсу буквально сразу привлекает фонарь на входе в центр Парка Вечности, а точнее вырезанные на нём знаки. Чондэ останавливается за его плечом и тоже глядит на знаки.
- Как думаешь, это просто украшение, или нечто большее? – интересуется он, на что Кёнсу пожимает плечами.
- Что-нибудь нашли? – Кёнсу вздрагивает от голоса Тао над ухом. – О, наши значки!
- Это…. – Мин переглядывается с Ченом.
- Вы помните порядок? Думаю, у нас только одна попытка, вовремя исправляйте в случае чего. – говорит Кёнсу, а потом тянется тонкими пальцами к сбитым в кучу знакам. Из круга, где в своём собственном маленьком кругу находится каждый из знаков, ведут много ходов-лабиринтов к большому внешнему кругу со специальными ячейками для каждого из знаков. – Я по памяти, буду стараться ставить в правильном порядке, но не по очереди. – приговаривает Кёнсу, когда ставит Телепортацию во главу круга, внизу, точно напротив – Контроль времени, а потом движется против часовой стрелки. Возле Телепортации становится Земля, далее Вода и Свет, Огонь, Воздух, Контроль времени на месте, за ним Левитация, Исцеление, Холод, Гроза и Телепатия. Затем механизм щёлкает у Кёнсу в ладошку выпадает маленькая, свёрнутая в несколько раз бумажка. Кёнсу смотрит на друзей, а потом осторожно разворачивает.
Оставив в оттисках стихиями печать,
Его вам стоит получить и разобрать.
- Чанёли, что за оттиски это могут быть? – Бэкхён подпирает щёку кулачком. – Точнее не так – оттиски сил, хорошо, их нужно поставить на двух деревянных столах, что сделаны из самого Арбора, ты где-то тут видишь столы? – старший оборачивается.
- Я думаю, столы – это не буквально. – фыркает Чанёль, но улыбается. – Ну что ты так буквально всё воспринимаешь. – Чанёль негромко смеётся и целует любимого в щёку.
- То есть, по сути, это две деревянные дощечки, на каждой из которых должно быть по 6 оттисков каждой из сил, как-то так? – переспрашивает Бэкхён.
- Думаю, да. – Чанёль крутит в пальцах полученную из своеобразного криптекса подсказку.
Делённые стихией пополам,
Что Арбор подарил своим столам.
Пути Восточные на Западных ветрах,
Где Север с Югом ждут вас на ногах.
Чанёль читает снова и снова, а потом Бэкхён резко вскакивает, хватает младшего за руку и тащит за собой.
- Бэкки, что? – пытается дозваться младший. – Что ты понял, расскажи. Бэкки! – Чанёль резко останавливается и тянет старшего в свои объятия. – Объясни!
- Глупая башня. – Бэкхён становится на носочки, чтобы поцеловать младшего в лоб. – Входом в парк служат четыре основных входа, дороги, пути лабиринта, каждый из которых ознаменован частью света.
- Ты хочешь сказать, что эти так называемые столы, они на малой парковой, у каменного изваяния Арбора, что служит основным указателем из лабиринта? – удивляется Чанёль. Всё сходится. Четыре тоннеля лабиринта встречаются вовсе не у Арбора, они ведут к небольшой малой парковой зоне, как её называют, где среди длинных ветвей ивушек стоят в тени лавочки, оттуда следует ещё одно разветвление, так же на четыре малых пути лабиринта, непосредственно в центр Парка Вечности – к великому Арбору.
Чанёль снова позволяет себя тащить, а Бэкхён спешит скорее в малую парковую и останавливается, только когда в поле зрения оказываются каменное изваяние Арбора, ветви которого указывает на четыре пути, соответствующие частям света, каждый из которых ведёт к Арбору.
- При чём тут ноги? – бормочет Бэкхён, обходя каменное дерево несколько раз. – Ноги, ноги.
- Бэкки, замри. – вдруг просит глядящий куда-то вниз Чанёль, и старший останавливается и тоже смотрит вниз. Он стоит на гладкой плите, единственное отличие её от других – несколько крошечных следов, словно отпечатки ног. Чанёль присаживается у плиты и касается отметин кончиками пальцев, а потом слегка надавливает. – Кнопка. - констатирует он, поднимая взгляд на старшего. Бэкхён оглядывается – как же удачно они в малой парковой одни. Чанёль поспешно нажимает и снова вскидывает взгляд. Прямо в каменном постаменте под дерево открывается отверстия толщиной в человеческую руку. – Может не… - Чанёль не успевает позвать, Бэкхён, тут же запускает правую ладонь в отверстие и та входит почти по плечо. Повисает тишина. – Ну что? – взволновано интересуется снизу Чанёль.
- Щекотно. – отвечает Бэкхён. - И…. – он вынимает руку, держа в пальцах две деревянных пластины, которые складываются в одну ветку толщиной в руку. Кора слегка серебряная и тёплая. – Столы!
- Но как нам оставить оттиски? – Чанёль отпускает кнопки и встаёт, забирая дощечки из рук Бэкхёна.
- Это не составит проблемы! – Бэкхён поднимает рукав своей бейсболки до плеча, и Чанёль видит мелкие буквы, что покрывают всю руку.
- Чтобы… - начинает читать он и прочитанное слово тут же исчезает.
- Рано! – Бэкхён опускает рукав, пряча руны и буквы на руке. – Мы должны найти наших и вернуться домой.
Отзвонившись и выходя из парка, Чанёль с Бэкхёном, как и все остальные, не замечают слежки за ними и даже не догадываются, что о них и об источнике вечной жизни под Арбором уже знают!