18 Глава
Ночь, темная и прохладная. Погода в Китае удивительна. В темное время жители окрестности не выходили без плаща, днем же страдали от зноя. Некоторые высказыватели сравнивали переменчивость погоды со слабым полом, а как гласит китайская мудрость: умелая женщина каждый день может быть разной.
***
Вещи госпожи Цзянь еще до темна перенесли в другой дом. Она же решила переночевать последнюю ночь здесь, в старой спальне. Девушка не могла логически оправдать свой поступок, но Цинь Мин и не приставал, кивнул и пожелал спокойной ночи. Его супруга переедет, за ночь она не навредит и возможный коварный план не приведёт в исполнение. Да, кронпринц всерьёз стал задумываться, переживать за жизнь Ху Лин. Цзянь Цинь имела обиду на первую наложницу и сейчас, когда нет никакой опасности со стороны старшего брата, она может отомстить. Трудный характер, чрезмерное самолюбие - из-за жены наследник трона мог начать и волосы рвать. За её действиями следить трудно, почти не возможно из-за политических дел, жизнь Лин серьезно могла испортиться, а так Джи будет относительно далеко заниматься Цинь Юном и Цинь Вэем. Чем не решение проблем?
***
В комнате догорает свеча. Одна из служанок заботливо зажгла перед уходом. Многие - почти все - в доме были рады переезду супруги кронпринца. Цзянь - жестокая хозяйка дома, отчего же не радоваться, если теперь будет руководить ими, прислугой, добрая Ху Лин, не требующая многого? На место, что принадлежало Джи, Цинь Мин поставил первую наложницу. Цзянь словно нашли замену, более сдержанную, спокойную, любезную. Это противило госпоже Цинь, вызывая неприязнь к себе, к супругу и его возлюбленной, к слугам, что делают не на совесть, а ради заработка. Девушка понимала, что будет лучше, если сейчас она будет жить с маленьким ребенком, а не с наследником Китая, что вызывал необъяснимые эмоции. Она подождёт пока странные чувства остынут, притупятся, пока Цзянь вырастит себе двух верных союзников, а потом, став Императрицей, девушка возьмёт брозды правления. Осталось только переждать...
Грудь опускается и поднимается, белое тело по-обычному лежит на мягкой кровати. Все хорошо, но Цзянь не может пошевелиться. Конечности сковало, а страх за жизнь только усугублял ситуацию. Тяжело, в легкие словно не поступает воздух, не доходит. Вдох, выдох, снова вдох. Не получается. Почему именно сейчас? Что происходит? Такое состояние не могут вызвать эмоции... Её отравили? Паралич тела, затруднённое дыхание - фосфорорганических яд, но она всё ещё жива, значит, доза не смертельна.
Сейчас, шагая в метре от самой смерти, в голове кишит одна мысль - кто? Хотя, Джи глупо об этом задумываться - желающих явно будет много.
- К...- наконец голосовые связки выдали хоть какой-то звук. Яд растворяется в организме, который похоже привык к этой отраве. Неужели, госпожу Цинь начали травить как только она переехала во дворец к Мину? Или еще раньше, во дворце Отчаяния? Тогда вопросов возникает ещё больше...
- Кто...?- сорвалось с губ Джи хриплым голосом. Через мгновение она смогла пошевелить одним пальцем, а потом, еще через время, правой рукой. Собрав остатки самообладания, количество коего явно уменьшается, она столкнула трясущейся конечностью нефритовую вазу, стоящую подле её кровати. Нефрит резко, громко ударился об пол, привлекая внимание одной из служанок, что блюла за сном госпожи Цзянь Цинь за дверью.
- Госпожа...?- В комнату вошла девчушка. Её лицо скрывала ночь, а по голосу определить Цзянь не смогла. Она подошла к Джи и несмелым жестом подняла вазу.- Что случилось, госпожа? Ветер, да?
- Я... яд... Позови мужа...- только и смогла прохрепеть та. Испугавшись, неизвестная служанка активно закивала и выбежала прочь, на помощь звать.
***
Ни Цинь Мин, ни слуги через двадцать минут Цзянь не видела. К этому времени она смогла встать и даже пройти пару шагов, но позорно упала посреди комнаты в бессилие.
- Супруга, что, черт дери, происходит?
Кронпринц влетел в комнату к жене. Его душу захлестнули эмоции, но, увидев полусидящую Цинь Джи, понял, что никто с ним не шутил.
- Ты знаешь, кто?- выдавил из себя Мин, помогая встать Цзянь. Он проводил её до постели, садясь на край.- Это яд?
- Нет и да,- выдохнула та. Язык и связки стали ей подвластны, но конечности черноволосую явно подводили.- Желающих устранить меня много.... А яд... В этом я уверена, я слишком молода, чтобы мой организм без иного вмешательства вёл себя таким образом.
- Предки,- Цинь закрыл глаза ладонью. Он уже выдохнул, расслабился, а тут покушение,- Повезло, что дозы не дложили...
- Ты не прав,- покачала девушка головой. Её волосы растрепались и непривычно небрежно лежали на плечах.- Меня травили... Нет, притравливали, чтобы я умирала постепенно.
- Ты так... спокойна,- выдохнул мужчина.
- Я лучше умру, чем покажу свою растерянность перед другими людьми, супруг,- Цинь Джи ухмыльнулась.- Прибей тех слуг, что должны были следить за качеством еды и найми новых. Я предполагаю, кто это может быть и завтра-послезавтра я его проверю...
- Даже перед смертью ты умудрилась состроить козни...
***
На утро организм Джи отправился от яда. Мин, что просидел с супругой оставшуюся ночь, попросил воздержаться от пищи, а та, явно язвля, посоветовала того же. Покинула дворец кронпринца Цзянь с поднятой головой и нездоровым румянцем. На паланкине её донесли в нужное место - дом Цинь Вэя и его матушки.
Во дворце покойного Цинь Дэя слуги бегали, что-то судорожно убирали и собирали. Входила на территорию дома госпожа Цзянь Цинь с легкой ухмылкой, всем своим видом показывая, кто теперь здесь хозяйка, несмотря на еще не отбывшую Го Эху. Прислуга, завидевшая будущую Императрицу, падала ниц. Джи успела прослыть жестоким нравом среди челяди.
- Где племянник?- строгим тоном спросила прибывшая супруга кронпринца. Её руки, что скрывали длинные рукава платья, были сцеплены перед собой, спина прямой, словно туго натянутая нить, а лицо чистое, без рубцов - девушка была красивой, но это не спасало её от скверного характера.
- Мастер у себя, с его...- проблеяла управляющая, но Цзянь подняла руку, привлекая внимание, и указала на вещи, что нужно было перенести в её покои.
- Разложите их, накройте на стол завтрак. Если юный Вэй уже ел, накройте второй,- пауза.- Быстрее!
Рабочим людям два раза повторять не нужно. Пятнадцать слуг взялось за вещи, а двое убежало на кухню, решать вопрос с едой.
- Неплохо,- Цинь мечтательно посмотрела на причудливое белое облако.- Да помогут мне предки...
***
Девушка решила, что идти в покои ребенка - глупо, отчего пару десятков минут потратила на изучение дома, пока один из слуг не пригласил её в столовую.
Комната, отведённая для обедов, была установлена нефритовыми фигурами, по углам возвышались колонны. Хозяева явно не скупились на дорогие украшения. В китайской столовой не должно быть много лишнего, но похоже это правило не распространяется на императорскую семью.
- Госпожа Цзянь Цинь!- Чжан Яо, что стоял за спиной сидящего мастера, глубоко поклонился. На боку его находилась сабля дао и если бы не охрана, следовавшая за Джи, девушка бы отменила свой план.
- Чжан,- Цинь жестом приказала сопровождающим покинуть столовую.- Как дела у племянника? Рад ли он, что тётушка Цзянь займётся его воспитанием?
- Мастер Цинь Вэй расстроен отъездом матери, Го Эху,- ответил за ребенка его учитель. Джи кивнула и села напротив мальчишки.
- Вэй, давай меняться порциями?- Цзянь Цинь сказала это весёло, словно правда ребячилась, ничего не зная о возможном яде в еде. Получив несмелый кивок от мальчика, Джи приподняла свою миску с рисом, чтобы переставить, но резкий, немного дрожащий, голос Яо остановил её:
- Нет, госпожа Цзянь Цинь!... Это же нарушает этикет...
- Он ребёнок, Чжан Яо, а я - его опекун, что может позволить дать ему слабину. В его возрасте ещё можно не думать о интригах и опасностях, ибо забота о его жизни лежит на тебе,- Цзянь наиграно добро, почти слащаво, улыбнулась,- и мне.
Бывший военный слушал Цзянь Цинь. Его рука легла на оружие, руководствуясь сердцем, но здравый смысл сдерживал эмоции. Узнала, узнала, поняла - слова и мысли ходили чередом в голове мужчины.
- Госпожа... - осипло начал Яо, упав ниц.- Как Вы узнали? Меня выдали?...
- Я и не знала, Чжан, ты сам себя выдал,- хмыкнула та.- Убери оружие и сядь. Если ты мне всё расскажешь, весь план, я помилую и тебя, и Цинь Вэя.
- Но мальчик здесь не причём!- Яо сбросил сабли и послушно сел по правую руку от мастера. Мальчишка не понимал много, слишком мал для этого, но то, что его учитель сделал что-то нехорошее он осознал, отчего и сидел тихо.
- А это мне решать!- вспыхнула на миг девушка.- Рассказывай и не таи!
- Всё началось с...