6 Глава
Дальнейшее знакомство с домом и двором прошло у Цзянь Цинь спокойно. Слуги, услышав фамилии Джи, поняли, что перед ними не очередная наложница, а жена господина, потому были приветливы и любезно показали территрию, на коей располагалось всего три здания, помимо дворца второго принца: дом прислуги, склад, дом наложниц. Не густо, зато внутренний дворик, доступный только жителям дома, отличился красотой. Цзянь почти фибрами души впитывала роскошь, что не могло не радовать её. Главная, то бишь любимая, наложница неплохо справлялась с управлением участка, даже жаль, что придеться её сместить.
Цзянь Джи долго обдумывала тот факт, что она здесь, при дворе, находится не только как молодая невестка, но и как политическая заложница. С одной стороны сам Император будет печься об её здоровье, ибо если ей навредят Цзянь Ксу может направить племена гуннов на Поднебесную. С другой же стороны Джи могут тихо отравить или же зарезать во сне, она еще не отметилась в высшем обществе, чтобы за неё переживали. Северная красавица не могла не начать волноваться, ей нужно было срочно исправить этот минус, а потом можно начать "отмывать" честь её отца. Такое положение событий оправдывает поведение кронпринца, он, можно сказать, прощупывал её, считая предателем. Цзянь Цинь даже понимала Цинь Дэя, но всё равно продолжала считать типом гадким и изворотливым.
Рассматривая очередную скульптуру, Цинь Джи ощутила не очень приятное сжигание её спины. Она уж было хотела обернуться и поставить предполагаемых сплетников на место, но знакомый голос отвлёк её:
- Госпожа!- к Цзянь бежала Чун Ми. Волосы младшей служанки, обычно собранные в тугую косу, растрепались, из глаз вот-вот хлынут слезы, а одна щека горела, от пощечины,- Там... там!... На выходе!... Там...- Ми была напугана, подобрать внятные слова она не могла, потому нервно указывала на главный дом.
Долго Цзянь Цинь думать не пришлось, она, почти срываясь на бег, направилась к главному входу. Кто-то посмел обидеть её личных слуг и этот кто-то поплаться своей честью! А словестно унижать Джи умела, годы тренировок на младшей сестре и на неугодных слугах...
Подойдя ко входу за считанные мгновения, перед госпожой Цзянь предстала очень разражающая её картина: четверо девушек, одетых довольно прилично, кричали, подобно чайкам, на Чун Гу, багаж Джи валялся. Молодая супруга второго принца, выпрямив спину и придав взляду наибольшего презрения, пошла к этой группке.
- На каком основании вы не пропускаете моих служанок?- обманчево спокойный голос Цзянь Цинь ударил неожиданно, от чего четверо девушек замолчали, ненадолго, правда.
- Господин Цинь Мин не разрешает наложницам иметь личных слуг! Такой чести достойна только любимая наложница, Ху Лин! Да?- одна из девушек, что первой ввязалась в возможную перепалку с Джи, повернула голову к одной из её компании.
- Д-да, я и есть Ху Лин, и господин Цинь Мин не то что не снимал с меня привилегий, он не говорил и о новой наложнице, о тебе,- сказала наиболее красивая по мнению Цзянь из всей "шайки"- именно так их окрестила супруга Мина. Имя любимой наложницы где-то уже отражалось в памяти Джи, но вот где?
Нужно отдать должное вкусу второго принца, все четверо девушек очень даже красивые. Все наложницы имели светлые волосы, начиная от чистой блондинки и заканчивая рыжей - нетрадиционная красота для Поднебесной.
- Ху Лин,- протянула, сновно смакуя, имя Цзянь,- как ты смеешь не уважать меня? Вы себя подвели к наказанию палками, проявив неуважение к моим служанкам,- спокойным у Цинь Джи являлся только голос, в остальном же - гневные эмоции переполняли её душевную чашу. Эти дуры даже не поинтересовались, кто она, сразу пречислили к числу наложниц дочку чиновника!
Служанки Чун замерли. Они помнили, как госпожа наказывала за неуважение к себе. Иногда это каралось смертью. Что тут поделать? Цзянь Джи любила власть, очень любила.
- Какое право ты имеешь ей угрожать?!- возмутилась до этого молчавшая блондинка,- Я, Гао Роу, не позволю тебе так обращаться ни с ней, ни со мной! Я все расскажу господину!- Излишняя крикливость Роу не могла не вывести госпожу Цзянь еще больше, но эту забавную игру с маленькими, глупенькими наложницами-мышками она продолжит, явно чувствуя себя кошкой. Когда ей, Джи, еще выпадет такой удачный шанс поиздеваться над любимицами мужа и выйти из воды полностью сухой?
Цинь Джи уже хотела ответить и унизить Гао с её подругами еще больше, но была сбита с мысли:
- Как ты смеешь повышать голос на мою госпожу?- Чун Ми неосознанно обратила на себя внимание, стоя рядом с сестрой, коей хватило ума не лезть. Несомненно, упрек от какой-то служанки очень задел наложниц, всех четверых, зато это потешило самолюбие Цзянь.
- Заткнись!- крикнула Гао Роу и, подлетев, подобно фурии, ударила по щеке Ми.
Немного отойдя от жёсткости действий, Чун Гу, явно особо не задумываясь, тут же встала между ними. Роу, скривив губы, снова занесла руку, дабы ударить и старшую служанку, но была оставлена раскрытием личности Цзянь Цинь:
- Хочешь который раз ударить моих личных служанок, госпожи Цзянь Цинь Джи, жены второго принца и любимой невестки Императора?- На губах Северной красавицы заиграла недобрая улыбка, а в глазах почти плясали черти. Именно ради таких эмоций она выжидала подобный момент.- За каждый удар ты, Гао, поплатишься вдвойне,- теперь ехидство ушло, оставив только гнев и задетое самолюбие,- Двадцать ударов бамбуковой палкой - наказание, принадлежащее одной из вас. Кому - ваш выбор. Ответ передайте заправляющему слуге и вечером этого дня этого дня пусть наказание будет приведено. А сейчас,- госпожа Цзянь Цинь посмотрела на служанок,- ударьте Гао Роу столько, сколько она вас ударила, умножив вдвое.
Четверо наложницы с неподдельным страхом и ненавистью смотрели на Джи. Им было обидно, она с ними просто играла! Играла и тешила себя!
Не медля не минуты, Чун Гу отвесила Роу восемь пощечин. Она била с размахом, получая нужный хлопок и оставляя на щеках красный отпечаток ладони. Цзянь Джи наблюдала на наказанием с улыбкой и чувством отомщения. Северная красавица даже немного расстроилась, что Гу и Ми ударили суммарно четыре раза.
От былой наглости Гао Роу не осталось и следа. Девушка была унижена и напугана. Её щеки горели, а в слазах застыл один вопрос - что за монстр стал женой любимого господина Цинь?
- Надеюсь, вы усвоили урок. Не забудьте о наказании,- Цзянь Цинь еще раз мазнула взглядом по напуганные лица наложник и, махнув служанкам ладонью, направилась во дворец. Сестры Чун, подобрав багаж, понесли его в дом, следуя за госпожой.
- Тиранка,- прошептала одна из наложниц, Ксуй Шен,- Нужно идти к господину, пусть присмерит свою женушку.
- Ты что?- взвизгнула Тай Ли,- Она же сказала, что любимая невестка Императора! О таком не шутят! Мы не сможем повлиять на господина, но... Ху Лин, ты до сих пор остаешься его любимицей, сходи к нему вечером и расскажи!
- Я постараюсь,- только и смогла выдохнуть Лин, пытаясь унять мелкую дрожь по всему телу.
***
Судьба любит шутить над нами, людьми. У неё нет любимчиков, все рано, или поздно, обжигаются. Наши жизни для неё - игра, которую она сплетает и переплет так, как будет угодно ей. Она, подобно удаче, коварна, жестока и имеет специфическое чувство юмора. Цзянь Цинь Джи в жизни не подозревала, что она будет сидеть в одной из спален второго принца, за его столом и писать письмо младшей сестре, но и такое оказалось возможным.
- Неплохо,- хмыкнула себе под нос девушка, перечитывая текст на листе пергамента,- Полная тишина способствует ходу мыслей.
Сестры Чун оставили госпожу. Служанки решили разведать, что и как, где и почему находится в этом дворе и доме - важная информация, явно необходима для их любимой Цзянь.
Джи подписала от кого и кому письмо, умело орудуя кисточкой. Закрыв чернильницу и сполоснув кисть, она убрала предметы для каллиграфии в стол.
- Осталось подождать, пока высохнет,- Цзянь вновь перечитала написанный ею же текст. Ей нравилось.
За деревянной дверью послышались резкие шаги, заставив Цзянь Цинь насторожиться и замереть, стоя около стола. Прислуга так не ходит...
- Что ты творишь?!- дверь с грохотом открылась и в спальню вошел, если не влетел, расстрёпанный Цинь Мин,- Как ты посмела угрожать Ху Лин?!
Выдохнув, Цзянь отдёрнула в себе зародившуюся панику. Наложницы нажаловались Мину - это то, что не может не радовать Джи, ибо это означает, что она достаточно их унизила. Теперь в душе девушки растекалось приятное тепло победы. Сейчас она принизит самолюбие своего мужа, коему до сих пор не простила их первую "беседу", и очернит до боли в глазах Мина четверых простушек. Пока удача на её стороне, но Цзянь Цинь все равно стоит быть аккуратнее...
Супруги Цинь вновь стояли лицом к лицу. У каждого свои мысли и свои эмоции. Они не изучают лица друг друга, не рассматривают внешность, нет. Сейчас эти двоя полностью в себе, но вот-вот они эмоцианально взорваться.
Видеть второго принца, предпочитающего действовать медленно и не так решительно, таким - крайне непривычно. Цзянь Джи не могла судить о характере Мина, не могла еще понять его суть, но в том, что он в гневе, она была уверена. Его вид небуквально кричал насколько он зол на жену. Бурная реакция Цинь из-за Ху Лин, но кто она ему? Главная наложница, любимая. Как бы она не испортила начинающуюся игру Цинь Джи - нужно Лин устранить.
- У меня были основания,- наконец продолжила диалог девушка,- Как твои наложницы посмели обсуждать меня за спиной? Не впускать моих слуг дальше ворот? Бить их и угрожать мне?- Лицо Мина вытянулось, а брови поползли вверх. Похоже, таких подробностей он не знал, то есть Цзянь может спокойно очернять четырёх дур.- Я лишь назначила им наказания за то, что оскорбив меня, они покусились на твою честь и на честь Императора,- Цинь Джи умела врать и делала это лучше, чем просто хорошо, умела переиначивать ситуацию в свою пользу и давить на нужные места.
Цинь Мин потерял всякий запал, соглашаясь с женой кивком. Он понимал, что Ху Лин и остальные наложницы скрыли от него важные факты, наказание было верным. Принц еще поболтает с ними...
- Зачем ты приказала наказывать одну из четырёх?- выдавил вопрос второй принц, хмурясь и скрещивая руки. Его обманули и использовали какие-то девицы - позор!
- Это тоже своеобразное наказание,- Северная красавица сдержала себя и не ухмыльнулась. Она стояла около стола статно, не двигаясь, будто боясь, но это было всего лишь "будто", ибо на деле Цзянь чувствовала триумф и свою вторую победу при дворе.
- Ясно,- тихо выдохнул тот. Более он здесь задерживаться не желал и потому, кивнув, вышел из покой. Дела, несмотря на интриги, никто не отменял...