16 Глава
Весна подошла к концу. Погода на июнь по-традиции будет жаркой, но влажной. С июля на востоке страны начнётся сезон тайфунов, заканчивающийся только в сентябре. На территории столицы ничего выпиющего произойти не могло, придворные синоптики ручались за правоту прогноза.
***
Главный дворец Китая от духоты не спасал ни высокий статус, ни ахитекторские ухищерения. Некоторые комнаты напоминали бани, отчего Император приказал перенести трон в сад - теперь он будет принимать доклады чиновников там, в тени старых деревьев. Мать-императрицу и принцессу Цинь Ки, что последнее время проводили в дендрарие, слуги обмахивали опахалами.
В доме кронпринца были открыты все окна по приказу госпожи Цзянь Цинь. Девушка не могла спокойно переносить подобную погоду, так как она была ей крайне непривычна. Её супруг на это лишь ухмылялся.
- Госпожа, я постирала Ваши рубахи.- голос Чун Ми отвлёк Джи от вышивки. Служанка выглядела лучше спустя полтора месяца после смерти сестры, но тайно до сих пор оплакивала покойную. Она понимала, что это глупо, но ничего с собой поделать не могла, скрывая этот факт от Цзянь Цинь.
- Тогда... М...- Черноволосая приложила палец к губам, задумавшись. Она сидела в одном из просторных залов дома и вышивала незатейливый рисунок на синем платке.- Приготовь мне чай и принеси белые нити.
- Конечно, госпожа.- Как только служанка покинула Цзянь, девушка выдохнула. Она чувствовала обоснованный смертью дискомфорт в присутствии Ми. Отложив рукоделие, Цзянь расправила спину и облокотилась о кресло.
- Что же с тобой сделать?- Она закрыла глаза, погружаясь в раздумья. Солнце неприятно опалило белую руку - госпожа неделю как не выходила на улицу, да и кожу имела на редкость нежную. Поморщившись и шикнув, Цинь прикрыла рукавом летнего халата голый участок так, чтобы он его закрыл.- Может, отослать её обратно? К семье?
Госпожа Цзянь обдумывала своё решение относительно долго. Если она отправит Чун обратно, то это будет благородно, бесспорно, но Джи останется без доверенных людей. Ей больше не нужно плести крованые интриги, но когда свой, почти родной человек рядом, от этого ведь и на душе теплее. Медлить с решением было опасно, её служанка, хоть и пытается это упорно скрыть, скорбит по близкой родственнице, отчего может и спочинуть. На севере Ми будет сподобнее, да и матушка Цзянь всегда была благосклонна к семье Чун.
- Какая жалость... Если бы Чун Гу не совершила ошибку, мне бы не пришлось делать такой выбор,- вздохнула Цинь Джи. Она открыла глаза и вновь принялась за вышивку. Новый стежок никак не получался, игла колола пальцы, а верх раздражения девушки приближался всё стремительнее.- Что за наказание?!
- Госпожа!- Служанка вернулась без подноса и нитей. Она упала ниц перед ногами супруги кронпринца, каясь.- Я не смогла найти Вам нужные нити! Простите Вашу Чун Ми!...
- Встань,- попросила Цзянь, хмурясь откладывая иглу.- Где чай?
- Ах госпожа! Простите, простите служанку! Забылось...- Ми начала биться лбом о пол, вымаливая прощения за ошибку.
- Прекрати! Хватит!- Цинь встала с кресла и, скинув рукоделия на пол, подняла за руку Ми.- Слушай меня внимательно, не реви!
- Да, госпожа! Простите, госпожа!...- усердно закрывала служанка.
- Ты и твоя сестра сослужили мне хорошую службу, и я... Я благодарна, потому ты отправишься домой, на север. Мой отец заплатит тебе, я напишу письмо. Делай с деньгами всё, что хочешь, ты теперь свободна, поняла?
- Но госпожа, для меня лучшее - служба Вам...
- Хватит, считай, это приказ. Отправишься с каретой, завтра утром,- голос Джи дрогнул от того, что бывшая служанка поцеловала её руку. Этот жест был настолько раболептным, но будущей императрице было принятно.- Отправляйся готовиться к отъезду. Если на конюшнях не поверят, пригрози смертью от рук кронпринца.
- Да, госпожа!
***
До вечера госпожа Цзянь не находила себе места. Она начала сомневаться в правильности своего решения, несколько раз порывалась отменить его, но снова и снова невидимая сила останавливала девушку. Весь день её не беспокоили, она проводила время в одиночестве до того момента, как в дверь постучали.
- Входи!- не хотя разрешила госпожа. Она, сидя за столом, плела из шёлковых верёвочек незатейливые косички - последнее время это помогало ей успокоиться. Окна были открыты, но в комнате уже горели свечки, вечерело.
Дверь открылась с тихим писком, в спальню зашла Гао Роу - третья наложница кронпринца, блондинка европейской крови. Она наиболее пострадала из-за госпожи Цзянь, что привело её сюда?
- Госпожа,- Роу поклонилась. Она вторая из наложниц- после Ху Лин - по силе неприязни Цинь Джи к ней.- почему Вы не пришли на обед? У господина Мина важные новости, которые он хотел Вам сообщить, потому он прислал меня.
- Почему он не пришел сам?- Цзянь отложила шелк. Было интересно, что за вести хотел поведать ей супруг, но чувство собственного достоинства не позволяло пойти к нему немедля.
- Господин сейчас занят с Ху Лин.- От таких слов в груди будущей императрицы неприятно опалило. Он снова был с ней, не работал, а отдыхал, хотя... Что сейчас он может сделать? Теперь трон их, незачем проводить часы в напряжении и накручивать себя.
- Я не пойду к нему сейчас,- нахмурилась Цзянь Джи. Её самолюбин вновь задели, а она даже не может внятно обосновать свой отказ.
- Но госпожа! Мне приказали не возвращаться без Вас!- Гао умоляюще сложила руки. Ослушаться приказа господина Мина было равносильно неуважению, а из-за теперешнего его положение за это могут и убить, несмотря на статус наложницы.
- Тогда сядь и жди, когда я захочу пойти к ним. Тихо жди.
- Госпожа...- жалобно начала просить Гао.- Меня же накажут... Что Вы хотите за это?
- Ничего,- ухмыльнулась Цинь Джи и вернулась к плетению.
Прошел час, второй, за окном опустились сумерки. Несколько свечей успело догореть, а Цзянь поужинать в столовой почти в полном одиночестве, не считая слуг и Гао Роу, что ходила за госпожой.
- Хватит! Я иду спать, и ты тоже,- не выдержала длительного присутствия наложницы Цинь Джи. Слуги помогли ей смыть белила, снять платья, но не смогли выдворить Роу.
- Госпожа, идемте к господину Мину.
- Ты издеваешься? Ночь наступила!
- Госпо...
- Молчи!- девушка подняла руку вверх. Она сидела на кровати, как Гао стояла около дверей.- Ответь, откуда ты взялась на мою душу?
- Я пришла по приказу господина Мина.
- Ну и стой здесь, я никуда не пойду. А если захочешь ночью покуситься на мою жизнь, своё здоровье ты отправишь предкам.
- И мыслей не было...- начала оправдываться наложница. Конечно такие думы у неё были, но убить человека, пускай это и Цзянь Джи, она не может.
***
Рано утром Цзянь Цинь разбудила Чун Ми. Гао, увидев сестру ныне покойной, смутилась, но со своего места не сдвинулась, продолжила стоять около выхода. В комнате было душно, погода стояла жаркая, даже в начале дня.
- Госпожа Цзянь Цинь Джи,- Ми глубоко поколонилась. Её вещи собраны, карета готова - скоро она отправится в путь.- я Вам так благодарна за все эти дни с Вами, я...
- Хватит речей,- оборвала девушку Джи. Долгое прощание сопутствует большому количеству слез, эмоций, а Цинь нужно держать свой статус.- Я знаю, Чун Ми, знаю. Было приятно, что ты верно служила мне - это зачтётся твоим потомкам.
- Да, госпожа,- выпрямилась Ми, улыбнувшись.- Я рада этому и мои дети будут чтить память о великой госпоже Цзянь Цинь Джи!
- Конечно,- та ухмыльнулась. Она стояла в ночной рубахе посреди комнаты, выходить на улицу было крайне неудобно, отчего дочь Цзянь Ксу прощалась с верноподданой здесь.- Благославят тебя предки, пусть мудрость сопутствует тебе в пути.
- Спасибо!- Чун усердно закивала головой, сложив руки в раболептный жест.
- Теперь я отпускаю тебя со спокойной душой,- подытожила Цзянь, отдавая свернутую записку Ми.- Передашь это моей матушке, расскажешь, что здесь и как. И когда будут выдавать деньги, проси побольше - совет.
- Спасибо...- вновь сорвалось с губ девушки. Она взяла бумажку и, поклонившись на прощание, вышла вон.
- Так и покинут мою жизнь хорошие люди,- выдохнула Джи. Гао Роу в спальне уже не было, ушла, чтобы не влезать в личную жизнь госпожи Цзянь Цинь.