Глава 33
За день до нового года терпения почти не остаётся. Праздник так близко, но так далеко... Кажется, что ждать совсем недолго, но до самого празднества ещё двенадцать с лишним часов. Игнатов собирает подготовленные подарки в портфель, придирчиво осматривая каждый и глубоко задумываясь, о сделанном им же выборе. Максиму он таки купил футболку с человеком пауком – в детстве тот просто обожал этого супергероя. Сейчас, правда, Сергей в этом не уверен, но можно ведь и шутки ради сделать такой подарок. Денису Сергей купил ключ в магазине игр на какой-то хоррор, чтобы Пивоваров хоть иногда мог не ругаться с разновозрастной аудиторией Доты. Самым трудным, как Игнатов и ожидал, стал подарок Ангелине.
Девушка только вчера прислала сообщение о том, что придёт на их небольшую вечеринку. Благо, Сергей предусмотрительно приобрёл подвеску в виде четырёхконечной звезда на тонкой серебристой цепочке – бижутерия конечно, но выглядит красиво. Игнатову долго пришлось выбирать в интернет-магазине между этой цепочкой и цепочкой с подвеской в виде коньков. Второй вариант показался слишком уж банальным. На столько банальным, что Игнатов пришёл к выводу: будь он на месте Ангелины, его бы определённо не впечатлил такой подарок, а, скорее, его начало бы тошнить.
Денис:
Мать уже уехала, так что
Денис;
Кто там по еде и выпивке - можете приезжать
Максим:
Надеюсь ты убрал дом
Денис:
Я полы помыл
Денис:
И кружки у компа
Максим:
Мой герой!
Сергей:
Я приеду часам к четврём
Сергей:
Четырём*
Сергей:
Чур не только водки с шампанским покупать
Сергей:
Подумайте о ЗОЖниках в нашей дружной компании
Сергей:
Например обо мне
Максим:
Да не кипишуй, я куплю лимонад
Сергей:
Отлично!
Денис:
Серый, приобрети чипсончиков пж
Денис:
И мы будем что-то готовить?
Максим:
Го оливье?
Максим:
Так уж и быть, я сам могу порезать, только продукты купите
Сергей:
Да без Б
Максим:
Так что там, дамы будут?
Сергей:
Ангелина будет
Сергей:
Из команды все слились
Денис:
От меня ждите толпу из пяти человек
Максим:
В жизни не поверю, что это твои друзья
Максим;
Родственников нагнал и радуется
Денис:
Ой, а сам-то
Денис:
Кто от тебя придёт
Максим:
Трое
Денис:
Ну вот и ротик офф
Денис:
Я больше привёл
Максим:
Да у нас меньше всех привёл Серый
Сергей:.
Вы столько народу нагнали, а кормить их кто будет?
Максим:
Да мне без разницы, пусть хоть Дениса грызут
Денис:
Э
Денис:
Мы так не договаривались
Сергей посмеивается и выключает телефон.
До нового года ещё есть время, так что Игнатов поднимается на ноги и выходит из комнаты. В гостиной пушистая искусственная ель, которую он наряжал вместе с матерью три дня назад. В руках у Сергея неумело упакованные подарки с записками. Игнатов на носочках крадётся к ели и прячет коробочки под нижние искусственные пушистые ветви. Отойдя на пару шагов и удостоверившись, что углядеть невооружённым взглядом подарки не получится, Сергей удовлетворённо кивает.
– Серёня, подойди сюда! – голос матери звучит с кухни неожиданно, и парень невольно дёргается.
– Ага! – на кухне пахнет запечённым мясом, специями и огурцами. Мать активно нарезает колбасу и, увидев сына, кивает в сторону холодильника.
– Достань свёклу из холодильника и почисть.
– Ма, а не много? – ставя небольшую кастрюлю со свёклой на стол, – сколько народу-то будет?
– Ну... Я, отец твой, друг отца с женой...
– А-а-а, короче у вас тусовка.
– Ну, можно и так сказать, – Кристина посмеивается, – не тебе же одному отдыхать, правда?
***
Денис и вправду помыл пол, даже убрал носки и оделся в чистую одежду – удивительно. Сергей не упустил возможности про это пошутить, за что получил шутливую обиду на пару секунд от самого Дениса. Максим довольно выставляет на стол четыре бутылки вина, три литра пива и, кажется, ещё какой-то выпивки, которую Сергей видит впервые.
Игнатов берёт в руки бутылку незнакомой на первый взгляд жидкости и вмиг его рука немеет, начиная противно гудеть.
– Чё будешь?
– Чего-то не крепкого.
– На, – Игорь не приятно усмехается, протягивая Сергею бутылку с какой-то зеленоватой прозрачной жидкостью. На этикетке золотым поблёскивает «Мохито», – к остальным пошли...
Сергей ставит бутылку на стол с громким стуком и одёргивает руку.
– Серый, ты чё? – Максим удивлённо смотрит на друга, – не нравится что ли?
– Ага, – рассеяно кивает, – не нравится. Я сегодня по пиву с лимонадом.
– Ну и ништяк, когда там твоя дама прикатит?
– Не знаю, – пожимает плечами Игнатов, – и она не «моя».
– Ну-ну, – Денис посмеивается, – Серый, я те зуб даю, что ты с ней сойдёшься.
– Иди на хер, – бормочет Сергей, убирая в холодильник нарезанную колбасу.
– Ну вот. Ты зачем Серёжку обидел? – хмурится Максим и тут же даёт подзатыльник другу.
– Да ладно тебе, я же пошутил.
В дверь звонят, и Игнатов вдруг чувствует странный трепет где-то в груди или в теле. Он ещё не понял.
– Мне что ли открывать? – Денис удивлённо смотрит на друзей.
– Ну, твоя ж хата, – пожимает плечами Максим, а затем садится на диван.
Через пару минут на пороге квартиры Пивоварова уже стоит задумчивая Ангелина. Она осматривает хозяина квартиры и на лице её совсем ничего нет. Ни единой ясной эмоции и от того Сергею вмиг становится неловко.
– Привет, – уже спустя мгновение на лице девушки расцветает не яркая улыбка, – давно не виделись.
– Здарова! – кричит из другой комнаты Максим, – проходи! Я могу называть тебя Гелей?
– Да как угодно называй, – пожимает плечами Ангелина, вешая куртку на крючок.
– Хорошо, Оптимус Прайм! – тут же отвечает Максим, показываясь в прихожей.
Девушка вдруг начинает смеяться.
– Ну нет, лучше уж Геля.
Через час пришли друзья Дениса и Макса, а ещё через час молодые люди расставили салаты, алкоголь и лимонады. Квартира не большая, так что одиннадцать человек умещаются достаточно плотно. Ангелина повеселела, сейчас по ней и не скажешь, что она могла бы угрожать кому-то ножом, держа его у горла другого человека. Сергей необычно молчалив. Долго-долго смотрит на девушку, со стороны то кажется странным, но Игнатову до этого нет никакого дела.
– Серый, – шёпот Максима вынуждает Сергея обратить на друга внимание, – прекращай пялиться на неё, это очень заметно.
И в правду...
Чего это я...?
– Смотрите! – друг Дениса – Кирилл, тычет пальцем в экран телевизора, где через секунду начинают бить куранты.
– Ура-а-а-а!
– С новым годом, мужики!
За окном взрывы салютов. Денис, Максим и толпа молодых людей заняты выпивкой, а Игнатов не может сделать и глотка. Ангелина куда-то пропала, и Сергей не может найти её уже минут двадцать. В квартире царит полумрак. Гирлянды на шкафах и полках красиво мерцают, а за окном радостные крики. Игнатов поднимается из-за небольшого стола и направляется на балкон. В квартире Пивоваровых балкон небольшой, остеклённый. В нём достаточно тепло, чтобы без проблем наблюдать за салютом. Так, верно, подумал не только Сергей, потому что, когда он подходит к двери на балкон, замечает фигуру другого человека.
Вот она где.
Сергей неслышно открывает дверь, проходя на балкон. Ангелина тут же оборачивается.
– Ты чего тут? – спрашивает она, отодвигаясь и позволяя Игнатову встать рядом.
– Это мой вопрос, – старается улыбнуться Сергей.
– Я первая спросила.
– Хотел посмотреть на салют. И тебя найти.
– Меня? Зачем?
– Ты как-то быстро ушла. Что-то случилось? – Игнатов опирается о небольшой подоконник.
– Я... – вздыхает Ангелина, – я не привыкла к таким большим компаниям. Да и с новыми людьми сложно знакомиться...
– Да ладно. Не верю, ты со мной так просто познакомилась!
– Ну, видимо, смелость на тебе закончилась.
Ангелина замирает, обращая свой взгляд на тысячи разлетающихся огоньков салюта.
– А! – Сергей выходит с балкона всего на несколько секунд, чтобы вернуться с тонким белым пакетом с рисунком каких-то чёрных линий, – это тебе. С новым годом.
Некрасова заглядывает в пакет и едва хмурит брови. В её руках оказывается подвеска, и она вдруг улыбается.
– Ух-ты... Красиво. Спасибо.
– Нормальный подарок? Я просто не знал, что тебе подарить и, короче, вот... Подумал, что ты будешь не против украшений...
– Не против, спасибо, – Ангелина застёгивает цепочку на шее, – погоди минуту, – девушка уходит на пару минут, а затем приносит пакет, вручая его Сергею. В пакете конфеты и плетёный браслет серо-чёрного цвета.
– О, прикол. Спасибо. Ты повеселела, вроде...
– Отец очнулся.
– Да? – Наконец-то! – Это же круто! Я рад.
– Я тоже, – смеётся Ангелина в ответ.
– Может, пойдём к остальным?
– Ну, можно.
***
Уже середина января. От костылей Сергей отказался и ходит вполне уверенно, так что необходимости в них нет. Женя куда-то исчез, как и Настя – Игнатов этому несомненно рад. Однако единственное что разочаровывает – это вальс.
Сраный вальс.
Они с Ангелиной неплохо справляются, в отличие от остальных школьников. Все тут уже успели переругаться и не один десяток раз попытаться сменить пару, но тому не дала случиться учитель, что усердно за ними всеми наблюдала. И наблюдает, к сожалению, по сей день.
– Игнатов и Некрасова – не могу перестать вас нахваливать!
– Ага, а я не могу уже перематывать себе пальцы на ногах бинтами, – бурчит Ангелина себе под нос, пока Игнатов счастливо улыбается, – хоть бы извинился, калека.
– Извини, я, видимо, с ногами после пореза ещё хуже дружу. Но вродь справляюсь!
– Ну-ну... – закатывает глаза девушка, – «справляешься».
Музыка стихает только через час, и Сергей почти падает с ног. Как оказалось, вальс отнимает слишком много сил. Игнатов садится на низкую лавку рядом Ангелиной, которая уже сняла обувь и, жмурясь, потирает ступню правой ноги.
– Хоккеист, я, конечно, не умоляю твоих способностей в хоккее, но с танцами надо что-то делать.
– Да ладно тебе, ну!
Некрасова надевает обувь обратно, а затем распускает волосы, чтобы тут же собрать их в хвост.
– Пошли. Сейчас опять плясать заставят, – Игнатов поднимается на ноги, а затем протягивает руку Ангелине.
– Какой галантный молодой человек, – посмеивается Ангелина в ответ, но руку свою подаёт.
Репетиция заканчивается около часа дня. По плану дальше следует учёба, но Сергей спешит скрыться со школы как можно быстрее. В голове Игнатова мыслей о будущем не много – нет никакого желания снова осознавать, что он совсем не представляет свою будущую учёбу и работу.
– Хоккеист! – Ангелина нагоняет его на крыльце. Поправляет портфель за спиной и, на удивление, радостно улыбается. – Куда убежал?
– Домой, – пожимает плечами, – а чего?
– Скоро сочинение писать. Не думаешь, что стоит посетить русский язык?
– Нет, – отмахивается Игнатов, – а сама-то?
– Считай, что это твой дурной пример, – смеётся Ангелина, – ты выглядишь странно.
– Я? – Сергей сбегает с лестницы, почти спотыкаясь, – мне на тренировку скоро.
– На сколько скоро? Часов так через пять?
– Да не важно.
Что с этим созданием?
А самое главное: почему меня вообще это волнует?
– Пошли тогда, – потягивается Ангелина, а затем спускается вслед за Игнатовым.
– А? Куда?
– На каток. Моя тренировка через три часа.
Неловкое молчание удивляет. Ранее Игнатов постоянно что-то говорил, но теперь что-то не так. Не то чтобы Ангелина сильно хочет разговаривать, но такое не типичное поведение для Сергея вызывает тревогу. Зимой после нового года на улицах совсем скучно. Украшения постепенно снимают, не откуда теперь не играет музыка, нет оживлённых толп людей, готовящихся к главному празднеству года.
– Что случилось? Колись.
– А? – Игнатов в растерянности смотрит в лицо девушки и о чём-то глубоко задумывается, – да ничего. Всё нормально.
– Ну, как знаешь.
До катка они доходят минут через двадцать. Здесь очень тихо, только эхо шагов нарушает спокойствие вокруг. Сергей сидит на скамейке и тупо смотрит в экран телефона, листая новостную ленту в социальной сети. Ангелина же опирается о холодную стену спиной и прикрывает глаза.
– Я себя херово чувствую, – вдруг произносит Сергей, будто сдаваясь, – не знаю в чём причина.
– Нога болит?
– Нет, – Сергей переводит взгляд на лицо Ангелины, – херня какая-то. Трудно объяснить, так что не парься.
Некрасова понимающе кивает.
– Понятно. Как скажешь.
Да что же такое...
Почему так трудно-то? Мыслей в башке ноль, нечего не понимаю.
До начала тренировки у Ангелины остаётся всего десять минут. Девушка переодевается, туго завязывает шнурки на чёрных коньках. Игнатов решается пойти на девичью тренировку, конечно же с её разрешения. Холод облизывает оголённые руки, Сергей делает глубокий вдох, а затем вцепляется в борт катка. Ноги совсем не держат.
– Добрый день, Ангелина! – радостный тон тренера звучит сбоку от парня, – программу откатаем?
– Ага, – соглашается Некрасова и принимается за фигурное катание.
Холодный воздух до невозможности сгущается и встаёт поперёк горла.
Что опять не так?!
– Эй, парень, ты чего? – рука тренера Ангелины касается его плеча, – может таблетку какую дать?
– А?
Да что ж такое!
– Всё нормально. Я просто... э... Устал? Да, устал.
Да, точно... Я, наверное, устал.
Никакого ответа от тренера нет и Сергей выдыхает. Не хочется с кем-то разговаривать – язык почти не ворочается. Отвратительное чувство в груди разрастается с поразительной скоростью. Дыхание становится прерывистым, как тогда, когда на катке он позорно свалился в обморок.
Нет-нет... Да нет же, блять!
– Я отойду, – бросает Игнатов, убираясь с катка прочь.
В мелком туалете Сергей принимается усердно умывать лицо. Усиленно трёт глаза, полощет рот холодной водой, но то почти не помогает. Сердце бьётся слишком быстро, и он хватает воздух ртом, как рыба в пустом аквариуме без воды. Всё его тело бьёт крупной дрожью, глотка сокращается и кажется, будто Сергея вывернет наизнанку прямо здесь. Мокрые пальцы цепляются за столешницу тумбы. В глазах темнеет на мгновение.
Я умру?
Всё прекращается за долю секунды. Игнатов смотрит в зеркало, видит дорожки слёз на лице, прокушенную губу. Опять.
Ну хоть не подох, на том спасибо.
Он поправляет волосы, откидывая их с лица, а затем умывается. Сердце всё ещё часто бьётся, но дышать проще. Нельзя надолго пропасть – будут ещё лишние вопросы.
На каток Игнатов возвращается нехотя. Ангелина усердно выполняет свою программу, в то время пока Сергей не смеет поднять взора на Некрасову. И дело вовсе не в самой Ангелине, всё дело в катке. Во льду, который волшебно блестит. Этот блеск теперь лишь вселяет странное чувство, которое Игнатов чётко определяет, как страх.
Почему?
– Эй, парень. Ты бледный, как мел, – Ангелинин тренер слишком озабочен его состоянием. Это начинает раздражать.
– Всё нормально. Не волнуйтесь.
Ну, или я только думаю о том, что всё нормально.
Да не.
Реально нормально.
Сопли распустил тут...
Олень.
Занятие Ангелины подошло к концу, а это значит, что совсем скоро начнётся тренировка у хоккеистов, так что пора прийти в себя. Игнатов направляется в раздевалку, не смея говорить с Некрасовой. Слишком неохота сейчас разговаривать. Сейчас бы готовиться к тренировке, а не думать о странных выпадах собственной башки.
Сидя на скамейке и натягивая на ноги коньки Игнатов слышит, как в комнату кто-то входит.
– Ты уже тут, – Димка и Илья принимаются рыться в шкафах, – мы думали – ты опоздаешь.
– А? Почему?
– Ну, ты выглядишь...
– Как будто сейчас умрёшь, – комментирует Дима, а вслед за ним в комнату проходит Антон.
– Да ну вас, – фыркает Игнатов, – собираемся.
Тренировка вскоре начинается и Сергею кажется, что он вот-вот свалится.
Нет. Надо играть. Нормально играть здесь и сейчас.