Озвучивание не поддерживается в этом браузере
53
— Папочка, как я выгляжу?
Вернувшись домой, Лин Цзинсюань и его брат начали разбирать покупки, которые они сделали сегодня. Лин Вэнь и Лин У по команде отправились в свою комнату, чтобы примерить новую одежду. Через некоторое время Лин У, младший из братьев, взволнованно вбежал на кухню и увидел Лин Цзинсюаня, который что-то готовил. Тёмно-синее платье было ему немного велико и делало его фигуру более худощавой. Лин Цзинсюань улыбнулся: «О, мой сын такой красивый».
Говоря это, он протянул руку, чтобы ущипнуть мальчика за щёку, и с улыбкой посмотрел на вошедшего Лин Вэня. Он выбрал тёмно-синие халаты для обоих детей. Этот цвет немного не соответствовал их возрасту. Кроме того, из-за худобы детей халат выглядел как стёганое одеяло. К счастью, они были маленькими и продолжали расти, а тёмно-синий цвет был немарким, хоть и немного старомодным.
“Папочка!”
Две булочки, которых никто никогда не хвалил, одновременно покраснели, услышав слова отца. Булочки даже развернулись и в смущении выбежали из комнаты.
«Ха-ха, скромники, но он действительно красавчик».
Лин Цзинпэн, стоявший в стороне, добавил свою реплику, из-за чего Лин Вэнь смутился ещё больше. «Я пойду присмотрю за Сяоу», — очень тихо сказал Лин Вэнь и поспешно убежал.
Мужчины молча обменялись улыбками. Реакция мальчиков показала, что они постепенно выходят из своей прежней мрачной жизни.
«Ге, ты налил слишком много масла. Сяовэнь потом будет тебя ругать».
Собрав все вещи, Лин Цзинпэн обернулся и увидел, как Лин Цзинсюань зачерпнул большую ложку свежего сала и положил его в кастрюлю. Он не мог не возмутиться такой тратой продуктов. Когда они жили вместе, их родители использовали максимум несколько капель растительного масла. Как его брат мог так расточительно относиться к еде? Неудивительно, что Сяовэнь постоянно его пилила! Этот человек был паршивой овцой!
«Хе-хе… Не волнуйся. На этот раз мы заработали! Немного экстравагантности время от времени не повредит. Мы не будем вести себя так каждый день».
В отличие от Лин Цзинпэна, Лин Цзинсюаня это совершенно не волновало. Он умело обжаривал в кастрюле коричневые пирожки с зелёным луком. Что касается того, почему они были тёмными, то белая мука была слишком дорогой, поэтому он не мог позволить себе булочки на пару. Поэтому ему пришлось использовать коричневую муку в качестве заменителя.
«И это мясо тоже пожарить?»
Лин Цзинпэн почувствовал себя беспомощным, увидев нарезанные ломтики мраморного мяса и очищенные дикорастущие овощи. Похоже, всё необходимое для приготовления было готово.
«Ну, нам нужно отправиться в горы, чтобы выполнить кое-какую тяжёлую работу. Как же мы можем не съесть что-нибудь вкусненькое?»
«Прибереги их для детей и для себя. Мне хватит и дикорастущих овощей».
Лин Цзинпэн очень любил этих двоих детей и хотел оставить им побольше еды, но Лин Цзинсюань повернул голову и серьёзно сказал: «Что значит «прибереги для меня и детей»? Цзинпэн, ты мой единственный младший брат. Неужели нам нужно так чётко разделять обязанности? Я заработал денег и приготовил для тебя вкусную еду. Если ты так всё чётко разграничиваешь, должен ли я платить тебе за то, что ты помогал мне продавать рыбу?»
— Нет, я не это имел в виду, я...
Услышав это, Лин Цзинпэн нервно махнул рукой, пытаясь что-то объяснить, но Лин Цзинсюань перебил его: «Я знаю, что ты хочешь сказать, Цзинпэн. Моя семья бедна, но наша судьба в наших руках. Пока мы стремимся к чему-то, готовы усердно учиться и работать, мы рано или поздно избавимся от бедности и разбогатеем. Однажды я сделаю так, что наша семья будет каждый день есть рис и пить вино с мясом».
Глядя на худощавое лицо брата, Лин Цзинпэн тихо сжал кулак. Лин Цзинсюань был прав. Если они будут усердно работать, то рано или поздно их жизнь станет лучше.
Зная, что его младший брат умён, Лин Цзинсюань больше ничего не сказал. Одного слова было достаточно. Он понял, что это значит.
«Хорошо, Цзинпин, иди и попроси детей помыть руки и поесть. Когда они поспят, мы отправимся в горы».
“Рат-тат...”
Примерно через полчаса вспотевший Лин Цзинсюань наконец приготовил десять пирожков с зелёным луком, и дважды приготовленная свинина тоже была готова. Внезапно снаружи раздался грубый стук в дверь, точнее, удар ногой в дверь. Братья выглянули за дверь скромной кухни и увидели, что сломанная и хрупкая деревянная дверь, казалось, вот-вот рухнет под таким сильным ударом.
«Скажи детям, чтобы мыли руки. Что бы ни случилось снаружи, не выходи. Я пойду посмотрю».
Этот незваный гость, должно быть, пришёл, чтобы навлечь на себя неприятности. Лин Цзинсюань понизил голос, вытер руки и вышел. Глядя брату в спину, Лин Цзинпэн забеспокоился. Но он знал, что характер его брата изменился и он больше не позволит собой помыкать. Поэтому он просто развернулся и отнёс две булочки на пару на задний двор.
«Эй, ты что, умер? Я руку сломал, стучась в твою сломанную дверь. Ты всё ещё видишь во мне свою третью тётю?»
Не успел Лин Цзинсюань как следует разглядеть происходящее за дверью, как грубый женский голос чуть не разорвал ему барабанные перепонки. В то же время она, ругаясь, двинулась вперёд, пытаясь войти во двор. Лин Цзинсюань устало закатил глаза и слегка отодвинулся в сторону, чтобы не мешать им. «Ну, я как раз гадал, кто это. Оказывается, это тётя Лин и сестра Ин. Что привело вас сюда, дорогие старушки?»
Лин Цзинсюань смотрел на мать и её старшую дочь Лин Сяоин, стоявших перед ним, своими длинными и узкими глазами, в которых читалась неприкрытая насмешка. Он почти сразу понял, кто они такие.
Комментарии