Благословлённый//The Blessed

«Когда мы отдали сына вам, он был здоров, но с каждым днём ему становилось всё хуже. Вы, кучка шарлатанов! Если вы не вылечите моего сына сегодня, мы покончим с собой прямо перед вашим магазином».

«Все, идите посмотрите! Мой сын простудился несколько дней назад, и его отправили сюда на лечение. Кто бы мог подумать, что болезнь моего сына станет серьёзнее! Фух… мой сын…»

— Сэр, мэм, может, зайдем и поговорим? Ваш сын действительно простудился, и наш врач прописал ему лекарство...

«Вы, кучка глупых шарлатанов, вы ещё смеете защищаться? Я разнесу ваш магазин...»

В городе Датун было две аптеки. Лин Цзинсюань выбрала ту, что находилась недалеко от рыбного рынка Пинъань. Когда отец с сыновьями подошли к лавке, они увидели, что там уже полно народу. Время от времени доносились крики и ругательства. Лин Цзинсюань нахмурил свои брови в форме ножа, склонил голову и посмотрел на маленькое красное личико, покрытое потом. Он задумался, не отвести ли их в другую аптеку, но она находилась на другом конце города, к тому же они уже долго бродили по рынку, устали и проголодались, не говоря уже о двух булках.

— Папа, что они делают?

Малыш Бун потянул его за руку и с любопытством спросил, моргая глазками:

«Почему тебя это так волнует?»

Если рассуждать логически, то можно понять, что это должно быть связано с медициной. Лин Цзинсюань не был заинтересован в этом, поэтому он не стал вмешиваться в дела булочек, а просто хотел поскорее купить лекарство и присоединиться к Лин Цзинпэну.

Маленький булочка надул губки и печально опустил голову. Зачем его наказывать?

«Папочка, я маленькая. Может, ты скажешь мне, какое лекарство купить, а я пойду и куплю его?»

Видя, что его младший брат расстроен, Лин Вэнь крепко сжал его руку и посмотрел на папу.

— Нет, дайте мне мешок с деньгами. Вы двое, подождите меня здесь. Я скоро выйду.

Глядя на его вспотевшее личико, Лин Цзинсюань без колебаний отверг его предложение. Он скорее пробьётся сквозь толпу, чем позволит своему малышу страдать.

— Хм, ладно.

Понимая, что его отец не стал бы бездумно тратить деньги в аптеке, Лин Вэнь на мгновение замялся, протянул ему мешочек с деньгами и молча отвёл малыша в тень под навесом, чтобы тот мог присесть. Убедившись, что они в безопасности, Лин Цзинсюань развернулся и втиснулся в толпу.

«Чушь собачья, я сломаю ваш знак...»

— Чувак, успокойся...

“Босс...”

У ворот Пинъаньского зала в магазин вбежал толстый мужчина в шортах, ругаясь на чём свет стоит и размахивая мотыгой. Увидев это, несколько парней, в том числе владелец аптеки, бросились его останавливать. Женщина, стоявшая позади него, плакала, её волосы были растрёпаны, как у привидения, а неподалёку на земле лежал мальчик лет семи-восьми. Никто не мог сказать, как он выглядел изначально, потому что его голова распухла, как у коровы, и он мог умереть в любую секунду.

Лихорадка с опухшей головой?

Лин Цзинсюань, протиснувшийся сквозь толпу, нахмурил брови. При первом же взгляде на симптомы у мальчика он понял, что это была «опухшая головная лихорадка», широко известная как «чума больших голов», которая часто встречается зимой и весной и вызвана недостатком ци в организме, в то время как патогенный токсин ветра и жара воспользовался этим, чтобы проникнуть в организм. Поначалу, судя по симптомам, это ничем не отличалось от обычной простуды, но если лечить её обычным укрепляющим ци супом, то состояние может стать более серьёзным. Он обладает более высокой заразностью и относится к сфере чумы. Проблема в том, как кто-то может заразиться им в этом мире?

Подумав о том, что две булочки всё ещё ждут его снаружи, Лин Цзинсюань решительно отбросил эти ненужные мысли, развернулся и пошёл мимо людей прямо в аптеку, но там никого не было. Он не смог бы ничего купить, даже если бы у него были деньги. Беспомощно вздохнув, Лин Цзинсюань снова вышел на улицу. Скосив глаза, он увидел мужчину лет сорока-пятидесяти в нарядной мантии, который, должно быть, был владельцем магазина. Лин Цзинсюань, не раздумывая, направился к нему.

«Босс, я хочу купить лекарства».

Потянув его за собой, Лин Цзинсюань сразу перешла к делу, но в таких обстоятельствах у кого вообще будет настроение заниматься бизнесом? Владелец магазина оглянулся и раздражённо сказал: «Уходите. Лекарства пока нет».

«Мне нужно лекарство!»

Рука, державшая его, сжала его сильнее. Лин Цзинсюань повторил свои слова.

«Что с тобой не так, чувак? Ты что, не видишь, что я занят? Как я могу быть в настроении заниматься твоими делами?»

Яростно вырвав руку, владелец магазина закричал на него так громко, что его голос разнёсся по толпе, и люди на время притихли. Теперь все взгляды были прикованы к Лин Цзинсюаню: кто-то смотрел с гневом, кто-то с сомнением, но больше всего было насмешки. С самого начала и до конца никому не было дела до мальчика, лежащего на земле.

«Убирайся отсюда! Я сейчас разобью вывеску этого долбаного шарлатана…»

Крепкий мужчина, который первым пришёл в себя, взмахнул мотыгой. Снова завязалась ожесточённая драка, и тишина, которую воцарил Лин Цзинсюань, исчезла, как по волшебству. Многие ждали развития событий, но в этот момент Лин Цзинсюань, которому отбили руку, проигнорировал начинающуюся драку и медленно подошёл к мальчику, чтобы пощупать его пульс, а также проверить его зрачки и налёт на языке. «Непереносимость холода, жар, красное и опухшее лицо, першение и отёк в горле, в том числе в верхней части ушей и под подбородком до шеи, язык красный с жёлтым налётом, пульс немного ускоренный, слишком слабый. Это типичные симптомы большой головной чумы». Держи язык за зубами, если не хочешь, чтобы он умер.

Холодный голос, казалось, обладал силой, успокаивающей сердце, — он был мягким, но отчётливо звучал в ушах каждого.

— Что... за напасть?!

«Боже мой, это чума...»

“Чума...”