Ставка на искренность

Лукас смотрел, как София скрывается в дверях метро, и чувствовал себя так, будто только что подписал смертный приговор — либо своей совести, либо своему будущему. Он не мог просто уйти. Теперь, когда он знал, кто она, игра Лео превратилась из азартного спора в грязную месть. 

На следующее утро Лукас не поехал в офис. Вместо этого он поднял старые архивы новостей по делу «Фордс». Фотографии Софии трехлетней давности — испуганная, но гордая девушка в окружении репортеров — подтвердили его худшие опасения. Лео не просто хотел её «влюбить», он хотел выставить её на посмешище перед всем городом, доказав, что «святую» Бернарт можно купить за фальшивые чувства.

Лукас набрал номер своего помощника.

— Узнай, где сейчас работает София Бернарт. И найди всё по её текущим задолженностям. Только тихо. Если Лео об этом узнает — мы оба трупы. Через два часа пришел ответ: София  работала реставратором в полузаброшенной мастерской на окраине и едва сводила концы с концами. Её счета были арестованы из-за бесконечных судебных издержек, которые тайно спонсировали юристы отца Лео.

Лукас понял: чтобы «выиграть» этот спор и при этом не уничтожить Софии, ему придется стать её тайным покровителем , оставаясь для неё тем самым «побитым псом» из бара.
Он анонимно перевел крупную сумму на счет реставрационной мастерской как «заказ от частного коллекционера», указав именно её имя как мастера. Это был первый шаг. Он начал вести двойную игру: перед Лео он изображал циничного охотника, а для Софии создавал мир, в котором она наконец могла почувствовать себя в безопасности.

Но ложь росла как снежный ком.

Вечером того же дня Лукас снова пришел к её мастерской. Он стоял в тени, видя через окно, как она удивленно смотрит на уведомление в телефоне. В её глазах впервые за долгое время блеснула надежда. И это убивало Лукаса изнутри.

Лукас понимал, что просто так «подкармливать» её деньгами долго не получится — София была слишком умна и подозрительна. Ей нужно было дать не просто деньги, а работу, которая вернула бы ей достоинство.

Через подставного посредника он организовал встречу. Официально — обсуждение реставрации редкого полотна XVIII века. На самом деле — способ увидеть её снова, не вызывая подозрений у Лео.

Он ждал её в небольшом, тихом кафе вдали от центра. Когда София вошла, она выглядела иначе: на ней был строгий пиджак, а в руках — тот самый скетчбук. Увидев Лукаса, она замерла в дверях.

— Вы? — её брови поползли вверх. — Только не говорите, что «анонимный коллекционер» — это вы.

— Нет, — Лукас встал, на ходу сочиняя новую ложь, которая должна была спасти её. — Я просто работаю на него. Мой фонд занимается поиском талантов для частных заказов. Вчера в баре... я не сказал, потому что не хотел смешивать личное и работу. Но ваш рисунок в блокноте... в нем есть техника, которую мой наниматель ищет годами.

София медленно села напротив. Она смотрела на него с прищуром, пытаясь нащупать подвох.

— И что за заказ? — спросила она, игнорируя меню.

— Реставрация семейного портрета, который пострадал при пожаре. Работа сложная, пыльная, займет минимум пару недель. Оплата... — Лукас назвал сумму, которая заставила Софию вздрогнуть. Это было втрое больше рыночной цены. — Мой босс ценит анонимность и качество. Вы согласны?

София молчала, крутя в руках салфетку. Она чувствовала, что за этой щедростью что-то стоит, но отчаянное положение семьи не оставляло выбора.

— Я согласна, — наконец выдохнула она. — Но при одном условии, Лукас. Никаких «друзей» вроде того типа из бара. Мы работаем строго конфиденциально.

— Идет, — Лукас протянул ей руку.

В этот момент его телефон на столе завибрировал. На экране высветилось сообщение от Лукаса: «Вижу вас через витрину. Красиво играешь, Лукас. Главное — не заиграйся в спасателя».

Лукас почувствовал, как холодный пот пробежал по спине. Лео следил за каждым его шагом.