𐙚16-глава✯⭑
Передо мной стоял Ньют.
Ньют, которого я видела утром. Но теперь он не казался плодом воображения. Он стоял в центре моей комнаты, бледный, с остановившимся взглядом, а его одежда была испачкана чем-то темным и липким. От него веяло холодом и сыростью Лабиринта, словно он принес эту тьму с собой прямо в мою хижину.
Это было совершенно не похоже на того тактичного и сдержанного Ньюта, которого я знала. Обычно он краснел или неловко отворачивался, если заставал меня в обнаженной, но сейчас его взгляд был прикован ко мне с пугающей прямотой.
Он не остановился у порога. Его шаги по деревянному полу были медленными и тяжелыми. Он шел напролом, игнорируя то, что я стою перед ним в одном белье, прижимая к груди эту дурацкую лейку душа. В его глазах не было привычного недовольства только какая то странная, темная решимость.
- Ньют, что ты собираешься сделать? - мой голос дрогнул, и я невольно сделала шаг назад, пока не уперлась лопатками в холодное запотевшее стекло кабины.
Он промолчал, продолжая сокращать дистанцию. На его лице не дрогнул ни один мускул, но я видела, как тяжело вздымается его грудь. Мой мозг лихорадочно соображал: это всё еще из-за ревности? Или он тоже увидел Карла и теперь пытается меня «защитить» таким странным образом? Или же... это вообще не Ньют?
Когда между нами оставалось меньше метра, он протянул руку, и я зажмурилась, крепче сжимая свое импровизированное оружие.Я стояла, прижавшись лопатками к холодному запотевшему стеклу, и чувствовала, как капли воды дорожками бегут по коже.
В руках тяжелая металлическая лейка, мой единственный и нелепый шанс на защиту.Ньют сделал еще шаг. Потом другой.Обычно он двигался легко, чуть спеша, но сейчас его походка была пугающе уверенной и хищной.
Он не сводил с меня глаз, и в этом взгляде не было ни капли того привычного Ньюта, который приносил мне только неприятности, оссуждал мою неуклюжость,смотрел на меня как на последнюю дуру .
- Ньют, остановись... - мой голос дрожал, а пальцы до боли сжали металл.
- Что ты делаешь? Что с тобой?
Он не ответил. Когда между нами оставалось всего полметра, он резко сократил дистанцию, вторгаясь в моё личное пространство.
Я почувствовала запах его кожи свежести, солнце и что-то горькое, похожее на кофе. Он поднял руку, и я зажмурилась, ожидая удара или чего-то похуже, но вместо этого почувствовала, как его ладонь с силой уперлась в стекло прямо над моим плечом.
Я оказалась в ловушке между ним и душевой кабиной. Его лицо было так близко, что я чувствовала его прерывистое, горячее дыхание на своих губах.
- Ты думала, это игра, Эли? - прошептал он, и от его низкого, вибрирующего голоса по телу пробежала лихорадочная дрожь.
- Думала весь день, улыбаться и заигрывать с этими придурками, а потом просто наслаждаться после душа? - говоря каждое слово он приближался мне все ближе
Он подался еще ближе, почти касаясь своей грудью моих обнаженных плеч. Его взгляд на мгновение опустился ниже, на капли воды, стекающие с моей шеи до моих грудей , а затем снова впился в мои глаза с такой неистовой силой, что мне стало трудно дышать.
Eго свободная рука медленно потянулась к моей руке, в которой я всё еще сжимала лейку душа.Ньют не ответил сразу.
Он лишь сильнее подался вперед, так что я почувствовала каждой клеточкой своей кожи жар его тела. Его рука, упирающаяся в стекло над моим плечом, слегка дрожала, а пальцы впились в поверхность так сильно, что костяшки побелели.
Он опустил голову, зарываясь носом в мои влажные волосы у самого вишка, и сделал глубокий, почти судорожный вдох.
- Что ты делаешь? - мой вопрос прозвучал как надтреснутый шепот.
Голос вздрогнул, предавая меня, а сердце внутри пустилось вскачь, ударяясь о ребра.
От него пахло не пылью и жарой лабиринта , как обычно. Сейчас от него исходил отчетливый, резкий аромат мяты и ледяной свежести, будто он только что сам умывался студеной водой. Этот запах дурманил, смешиваясь с паром в комнате, и заставлял мои колени слабеть.
- Вдыхаю, - глухо отозвался он, и его губы почти коснулись моей шеи.
- Пытаюсь понять, Эли... Пытаюсь понять, как ты это делаешь. Как ты умудряешься за один день свести меня с ума и заставить ненавидеть каждого парня в этом чертовом Глэйде.
Его свободная рука медленно, почти невесомо скользнула по моей талии, обжигая кожу там, где не было нижнего белья. Я почувствовала, как по телу пробежала волна мурашек и на этот раз не от холода.
Лейка душа в моей руке стала казаться неподъемно тяжелой, и я почти забыла, что собиралась ею защищаться.
Ньют отстранился всего на пару сантиметров, чтобы заглянуть мне в глаза. В его зрачках, расширенных до предела карих глазах, отражался мой собственный страх, смешанный с чем-то темным и неистовым.
В его глазах, обычно теплых, как предзакатное солнце Глэйда, сейчас полыхала настоящая, неконтролируемая ярость.
Это было так непохоже на привычного, рассудительного Ньюта, что у меня перехватило дыхание. Он сжал челюсти так сильно, что на скулах заиграли желваки.
- Что ты в них нашла? - прорычал он, и его голос, обычно мягкий, теперь напоминал скрежет металла.
- Что ты нашла в этих сопливых новичках, что весь день не сводила с них глаз?
Он подался еще ближе, так что я почувствовала пуговицы его рубашки своей кожей. Его ладонь на стекле сжалась в кулак, и я услышала, как оно жалобно скрипнуло под его напором.
Я видела, как расширились его зрачки, поглощая радужку. Он выглядел так, будто готов был разнести эту хижину к чертям, если я прямо сейчас не дам ему ответ. Его ревность больше не была тихой или скрытой она вырвалась наружу, превращая его в дьявола.
Я вжалась в стекло, чувствуя, как металлическая лейка в моей руке становится бесполезной игрушкой.
Ярость в его взгляде пугала, но в то же время внутри меня что-то отозвалось на этот надрыв в его голосе.Его пальцы сомкнулись на моём запястье, и эта хватка была требовательной, почти собственнической. Я почувствовала, как металлическая лейка едва не выскользнула из моих ослабевших рук.
- Ньют, мы никто друг другу! - выкрикнула я, и мой голос сорвался, эхом отразившись от влажных стен.
- Перестань... ты меня пугаешь!
Я надеялась, что эти слова подействуют на него как ледяной душ, что он опомнится и отступит. Но я ошиблась. Вместо того чтобы отпустить, он резко дёрнул меня на себя.
Моя грудь столкнулась с его твёрдым плечом, а свободная рука Ньюта властно легла мне на талию, прижимая так сильно, что между нами не осталось и миллиметра воздуха.
Его лицо было в опасной близости, а ярость в глазах сменилась чем то куда более глубоким и пугающим.
- Мы никогда не были друг другу никем, Эли, - прорычал он прямо мне в губы.
Его голос вибрировал от сдерживаемого напряжения.
Мир вокруг перестал существовать, когда его губы накрыли мои. Это не было похоже на те осторожные, нежные прикосновения, о которых я иногда мечтала в тишине ночей.
Этот поцелуй был сокрушительным, как обвал в Лабиринте. В нём смешалось всё: его накопившаяся за день ярость, обжигающая ревность и та дикая страсть, которую он так долго подавлял под маской рассудительного лидера.
Я выронила бесполезную лейку душа она с глухим звоном ударилась о пол, но я даже не вздрогнула. Мои руки сами взлетели вверх, пальцы запутались в его волосах, притягивая его ещё ближе, если это вообще было возможно.
Я отвечала ему с той же силой, отдавая всю ту обиду и искры, что копились во мне с самого обеда.
Мы двигались к выходу, словно в трансе, не разрывая этого безумного контакта. Ньют вел меня, его руки на моей талии держали крепко, не давая ни единого шанса отстраниться.
Когда моя спина коснулась прохладного дерева входной двери, он прижал меня всем своим весом, окончательно лишая опоры.
Только тогда он медленно отстранился, давая мне возможность сделать жадный вдох. Воздух в комнате казался наэлектризованным. Ньют тяжело дышал, его лоб упирался в мой, а глаза всё ещё метали темные молнии.
Он склонился к самому моему уху, и его горячее дыхание заставило меня вздрогнуть.
- Эли, ты принадлежишь мне и только мне, - прошептал он, и в этом шепоте было столько собственнической силы, что у меня подкосились колени.
- Больше никогда не смей смотреть на кого-то так, как смотрела на них сегодня.
Его губы коснулись мочки моего уха, а рука на талии чуть сжалась, требуя немедленного признания.
Я почувствовала, как по телу прошла горячая волна, но даже в этот момент, прижатая к двери его сильным телом, я не собиралась так просто сдаваться.
Мой страх окончательно испарился, уступив место азарту. Внутри проснулась та самая дерзость, которая всегда бесила и одновременно притягивала Ньюта.
Я чуть отстранила голову, чтобы видеть его лицо. Мои губы, всё еще горящие от его поцелуя, расплылись в вызывающей, заигрывающей улыбке. Я медленно провела ладонью по его груди, чувствуя, как бешено колотится его сердце под тонкой тканью рубашки
- Принадлежу тебе? - переспросила я шепотом, глядя прямо в его полыхающие яростью и страстью глаза.
- Ты слишком самоуверен для парня, который полдня дулся на меня из-за пары новичков.
Я приподнялась на цыпочки, коснувшись своим носом его носа, и добавила, обжигая его губы своим дыханием
- Добейся меня, Ньют.
Я видела, как его зрачки расширились еще сильнее, а челюсть непроизвольно сжалась. Мой вызов ударил по его самолюбию, но я знала, что это лишь подстегнет его.
- Ты думаешь, одного поцелуя достаточно, чтобы я забыла всё твоё занудство? - я легонько толкнула его в плечи, пытаясь создать хотя бы сантиметр пространства между нами, хотя на самом деле мне хотелось прямо противоположного.
- В Глэйде много парней, Минхо, например, куда сговорчивее тебя...
Я специально сделала акцент на имени его лучшего друга, зная, что это подействует на него как красная тряпка на быка.
Ньют усмехнулся, и в этой усмешке было столько самоуверенности, что у меня перехватило дыхание. Он подался еще ближе, обжигая своим шепотом
- Ты можешь называть сколько угодно имен, Эли, - его голос стал бархатным, но в нем все еще вибрировала сталь.
- Но мы оба знаем правду. Никто другой в этом Глэйде не сможет довести тебя до мурашек одним лишь шепотом так, как это делаю я.
В тишине комнаты раздался резкий, отчетливый щелчок.
Ньют, не глядя, завел руку за спину и провернул замок. Пути к отступлению больше не было.
Прежде чем я успела съязвить в ответ, он резко подхватил меня под бедра. Я вскрикнула от неожиданности, но инстинктивно обхватила его шею руками, а ногами крепко сжала его талию, повиснув на нем.
Мое мокрое тело прижалось к его горячей тело, и я почувствовала, как его руки сильные и надежные зафиксировали меня, не давая соскользнуть.
Он прижал меня к запертой двери, заставляя смотреть прямо в его глаза, где ярость окончательно капитулировала перед чем-то куда более глубоким.
- Ты хотела, чтобы я тебя добивался? - прохрипел он, едва касаясь моих губ своими.
- Считай, что миссия началась. И я не отступлю, пока ты не признаешь, что принадлежишь мне каждой частичкой своей души.
Я чувствовала, как его сердце колотится о мою грудную клетку бешено, в унисон с моим. Мой вызов принят, и теперь правила игры диктовал он.
Мягкость матраса под спиной контрастировала с твердым, горячим телом Ньюта, которое накрыло меня сверху. Весь мир сузился до размеров этой кровати, до звука нашего сбивчивого дыхания.
Когда его губы коснулись чувствительной кожи на шее, по моему телу прошла мощная электрическая волна. Его поцелуи были страстными, но в то же время невероятно нежными, отчего внутри всё сладко сжималось.
Я закинула голову назад, прикусив губу, чтобы не выдавить стон от нахлынувшего наслаждения.
- Ньют... - я, запуская пальцы в его светлые волосы и притягивая его еще ближе, если это вообще было возможно.
Он прижался лицом к моей груди, на мгновение замерев, словно слушая бешеный ритм моего сердца.
В этой тишине, нарушаемой лишь шорохом простыней, я чувствовала, как его ярость окончательно переплавилась в нечто иное в глубокую, почти отчаянную потребность быть рядом.
Его руки, сильные и уверенные, медленно скользили по моим бокам, очерчивая каждый изгиб тела, которое всё еще хранило влагу после душа.
Каждое его прикосновение обжигало, заставляя меня забыть обо всем на свете.
Ньют приподнялся на локтях, нависая надо мной. Его взгляд, теперь затуманенный страстью, скользил по моему лицу, задерживаясь на припухших от поцелуев губах.
- Ты всё еще хочешь, чтобы я тебя добивался, Эли? - прошептал он с легкой, почти хриплой усмешкой, в которой больше не было злости.
- Потому что я не собираюсь останавливаться.
Я смотрела на него, чувствуя, как внутри разгорается настоящий пожар, и понимала, что мой вызов обернулся против меня самой теперь я сама не хотела, чтобы он прекращал.
Я перехватила инициативу одним резким, уверенным движением. Воспользовавшись его секундным замешательством,
я оттолкнулась от матраса и повалила Ньюта на спину, сама оказываясь сверху.
Теперь я диктовала условия, чувствуя под собой его напряженный пресс и жар тела.Медленно, не сводя с него торжествующего взгляда, я поправила влажные волосы, откидывая их за спину.
Ньют замер, его руки судорожно сжали простыни, а в глазах промелькнуло восхищение пополам с чистым, неразбавленным желанием.
Я видела, как тяжело ходит его грудная клетка, и как он ловит каждое мое движение.
Я медленно наклонилась к нему, сокращая расстояние, пока мои губы не оказались у самого его уха. Запах мяты и свежести теперь смешивался с ароматом моей собственной кожи.
- Я готова, - прошептала я, и этот шепот стал последней искрой в пороховом погребе нашего напряжения.
Я почувствовала, как его ладони мгновенно взлетели к моим бедрам, впиваясь в кожу. Ньют приподнялся навстречу, его губы нашли мою шею, оставляя обжигающий след.
- Ты сама это сказала, Эли, - выдохнул он мне в кожу, и в его голосе больше не было ярости только обещание, что эта ночь в Глэйде изменит всё.
- Ты дала мне фору останавливаться я теперь не буду.
За окном хижины шумел лес, где-то вдалеке раздавались голоса парней у костра, но здесь, за запертой дверью, время остановилось
Блеск его глаз в полумраке комнаты был единственным ориентиром в этом безумном вихре чувств, который наконец-то вырвался на свободу.
Воздух в комнате, казалось, окончательно закончился, оставив только жар наших тел и бешено колотящиеся сердца. Ньют больше не сдерживался его ладонь, горячая и требовательная, медленно скользнула по изгибу моей спины, заставляя меня выгнуться навстречу этому прикосновению.
Когда застежка бюстгальтера поддалась под его пальцами, я почувствовала невероятное облегчение, словно вместе с этой преградой рухнули и последние стены между нами.
Я не осталась в долгу. Мои пальцы, слегка подрагивая от возбуждения, вцепились в пуговицы его рубашки. Одна, вторая, третья ткань наконец разошлась, и я поспешно сбросила её с его плеч, желая почувствовать его кожу своей.
Ньют был обжигающе горячим, как само солнце Глэйда в полдень. Я прижалась к его обнаженной груди, осыпая поцелуями его плечи и ключицы, впитывая его аромат, который теперь смешивался с запахом нашей страсти.
- Эли... - его голос сорвался на хриплый стон, когда мои губы коснулись шрама на его плече.
Он перехватил моё лицо ладонями, заставляя посмотреть ему в глаза. В этом взгляде уже не было той пугающей ярости, только бездонное море нежности и желания, которое затопило нас обоих. Он притянул меня к себе для нового поцелуя глубокого, долгого, лишающего всякой воли.
Воздух в комнате стал невыносимо густым и горячим.
Я начала целовать его шею,потом грудь,ниже опускаясь до пресса и все ниже и ниже Каждое мое движение было пропитано вызовом, и я видела, как Ньют борется с собой, стараясь не потерять контроль окончательно. Мои губы скользили по его груди потом на прессе, спускаясь всё ниже, пока пальцы не коснулись грубой кожи его ремня.
Я расстегнула пряжку с тихим металлическим щелчком, но в самый последний момент, когда напряжение достигло предела, я отстранилась.
Я посмотрела на него снизу вверх, лукаво улыбаясь, и замерла, дразня его этой внезапной паузой.
Ньют издал низкий, гортанный звук, в котором смешались и мука, и восхищение моей дерзостью.
Он не стал ждать продолжения. Одним резким, сильным движением он сам избавился от мешающей одежды и, перехватив меня за талию, развернул к себе спиной. Я почувствовала прохладу воздуха на своей коже лишь на мгновение, прежде чем его горячие ладони легли на мои плечи.
Его руки медленно, почти благоговейно скользили вниз, очерчивая изгибы моего тела, словно он пытался запомнить каждый сантиметр, каждую линию. Я затаила дыхание, чувствуя, как его губы прижались к моей лопатке, оставляя там обжигающий след.
- Ты даже не представляешь, - прошептал он мне в затылок, и его голос вибрировал от переполнявших его чувств
- как долго я запрещал себе даже думать о том, что это возможно. Что ты можешь быть вот так... со мной.
Он притянул меня ближе, прижимая к своей обнаженной груди, и я закрыла глаза, окончательно теряясь в этом моменте. В комнате стало невыносимо жарко, и каждый вдох давался с трудом.
Весь мир для меня сузился до кончиков пальцев Ньюта и его горячего дыхания на моей коже.Он целуя мою шею опускался все ниже и ниде.
Когда его губы коснулись края тонкого кружева, время для меня будто остановилось. Он действовал медленно, с дразнящей уверенностью. Осторожно поддев ткань зубами, он сантиметр за сантиметром начал стягивать её вниз, не используя рук.
Я чувствовала каждое его движение уверенное. Белье мягко соскользнуло к моим щиколоткам, оставляя меня полностью беззащитной перед его пристальным, полным желания взглядом. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь нашим участившимся дыханием.
Плавные движение его языка доставляли мне безумное удовольствие.Он ласкал меня медленно вкрадчиво прислушиваясь каждому моему вздоху.Его прикосновения стали все настойчивее,доводя меня до предела я не сдержалась и с моих губсорвался тихий стон.Я едва узнала свой голос когда простонала его имя
-О боже Ньют,
Я зарылась пальцами в его светлые волосы, слегка откидывая голову назад и прикусывая губу, чтобы сдержать невольный громкий стон.
Его прикосновения были наэлектризованными, полными той самой страсти, которую он так долго прятал за маской строгого лидера Глэйда.
Я чувствовала, как дрожат его плечи от напряжения он больше не пытался казаться рассудительным или холодным. В этот момент он был просто парнем, который слишком долго ждал возможности оказаться так близко.
- Ньют... - выдохнула я, и моё собственное имя, сорвавшееся с его губ в ответ, прозвучало как самая сладкая музыка.
Мурашки не переставали бежать по телу, а внутри разгорался настоящий пожар, вытесняя последние остатки страха и сомнений.
Ньют на мгновение остановился, подняв на меня взгляд, в котором читалось столько нежности и немого обожания, что у меня перехватило дыхание. Он словно спрашивал без слов, готов ли я идти дальше, и мой ответный взгляд, полный доверия, стал для него лучшим подтверждением.
Ньют действовал с невероятной нежностью, и каждое его прикосновение отзывалось во мне сладким трепетом. Вся ярость, которая бушевала в нем еще несколько минут назад, теперь превратилась в чистую, концентрированную страсть.
Я чувствовала себя такой желанной, какой не чувствовала себя никогда прежде.
Мои пальцы продолжали блуждать в его волосах, пока он исследовал каждый сантиметр моего тела. Я окончательно потеряла счет времени и забыла, где нахожусь. Стены хижины, звуки Глэйда за дверью всё это перестало существовать. Был только Ньют, его горячее дыхание и то невероятное чувство близости, которое накрыло нас с головой.
Он не стал медлить его руки властно легли мне на плечи, принуждая склониться . Последняя преграда в виде одежды была отброшена в сторону, и в следующую секунду он неожиданно вошел в мое влагалище, заставляя меня застонать от неожиданности и острого наслаждения
Я чувствовала его тяжелое, прерывистое дыхание у самого уха. Без лишних прелюдий он вошел в меня, крепко сжав мои бедра ладонями, и я поняла, что в этом ритме больше нет места нежности только чистая, первобытная жажда
Я прикрыла глаза, полностью отдаваясь этим ощущениям. В этот момент я поняла, что никакие слова и никакие споры не могли бы выразить то, что происходило между нами сейчас.
Это было безмолвное признание, которое мы оба так долго откладывали.
Я притянула его к себе для долгого, глубокого поцелуя, чувствуя, как наши сердца бьются в один такт. В этот момент в хижине окончательно воцарилась тишина, нарушаемая только вашим дыханием. Ньют действовал так, будто каждое его движение было обещанием он больше не злился, он хотел доказать, что ты для него значит всё.
Его близость и тепло заставляли тебя забыть о том, что происходит за дверью,. В этом полумраке, когда его губы и язык касались твоей кожи, мир за пределами комнаты перестал существовать.
Ты чувствовала, как напряжение, копившееся весь день, наконец-то сменяется чистым наслаждением.
Ньют приподнял голову лишь на секунду, чтобы встретиться с тобой взглядом. В его глазах было столько нежности и страсти, что у тебя перехватило дыхание. Он словно заново открывал тебя для себя, признавая свою полную капитуляцию перед твоими чувствами.