двадцать второе
Лето началось так, как мы и предсказывали. Наша с Кариной встреча состоялась, и мы купили всё, что нам предстояло купить по списку. Июнь бежал так быстро.
В оставшуюся часть июня до отъезда мы успели купить все вещи из списка. Наши пакеты выглядели так, как будто мы зашли и случайно купили весь магазин. 21 июньский день в ожидании лета успешно прошёл. Лето уже закипало в крови в предвкушении ожидаемого.
Меньше всего мне хотелось грустить, ведь солнце так красиво освещает улицы и старые деревянные дома в нашем районе.
Я не любила солнце, хотела, чтобы оно пропало к черту, но сейчас я понимала всю красоту обычных солнечных календарных дней. И мне казалось, что если забрать солнце, то небо расплачется дождём, как ребёнок.
Моя жизнь была пропитана музыкой и легким запахом моих первых духов. Вся тоска словно растаяла весной и расцвела небывалой радостью летом. В лагерь с нами ехала половина нашего класса совместно с кем-то из нашей и параллели. В том числе со мной ехал Андрей и его друг Кирилл. Кирилл на удивление отличался от своих друзей непоколебимостью и спокойствием, но в то же время не был замкнут и всегда решался на любые дружелюбные разговоры, правда в скоре о них забывал. Я была рада, что всё наконец-то налаживается. С утра я поняла, что теперь это лето полностью моё, а на календаре было 22 июня.
В разгаре эмоций я начала одеваться, глядя на Календарь взглядом надежды. Словно сегодня меня должны увезти в другой мир.
Начнёт ли моя пустота постепенно наполняться жизнью? Я хотела быстрее закрыть за собой дверь, и уехать туда, где меня не найдёт ни одна проблема.
Расчесывать длинные светло-каштановые волосы было некогда, поэтому я по-быстрому провела по верхнему ряду расческой и собрала всё в хвост. Также, как и в любой день своей бренной жизни.
До момента, пока я окончательно не погрязла в унынии, у меня была цель – победить соревнованиях по танцам, но, когда я сломала ребро, мне было запрещено посещать танцы около двух месяцев, и спустя два месяца передо мной стояла цель: догонять своих одногруппниц, чтобы снова вернуться на сцену, или же уйти оттуда окончательно.
Что же я выбрала?
Сидеть дома, желая, чтобы исчезли все зеркала и окна, оставив лишь четыре стены, об которые можно было бы спокойно разбивать в кровь свои запятья со слезами на пустом лице, ждать , весть знает, чего. Но никогда не было поздно понять, что моё сердце и разум выходят за рамки этих пустых комнат, пустых слов, пустой мольбы. Уныло ждать смерти.
Я ушла из танцевального объединения. Я предала свои желания. Ты определённо больна, Юлия Эйзенштейн.
С этими флэшбеками я вылетела из дома с чемоданом, рюкзаком и двумя мешками. Только тогда я смогла ощутить все тяготы подготовки для культурного времяпрепровождения в лагере.
Я дошла до улицы, где мы с Кариной ровно в 12:00 должны были встретиться, чтобы к 12:30 подойти к школе. Я встала в ожидании счастья возле дома.
Я верила, что это лето точно заставит нас вздрогнуть. То, что я считала счастьем, обернулось серым кошмаром.
— О чем думаешь?
— Ты уже здесь? – ответила я на знакомый голос. Уже слышно, как бьётся моё сердце?
— Отовсюду. – ответила Карина, лицо которой уже расплылось в улыбке. Эта улыбка затмевала все мои думки о лете. Я не могла не нарадоваться тому, что на её лице, также как и на моём, сияет искренняя улыбка, а эти нежно-розовые волосы так по ангельски лежат на её плечах. Её изумрудные глаза сверкают, словно пруды и вдохновляют писать стихи. Челка как никогда гладко уложена, а под её джинсовой курткой видна та полосатая кофточка, заправленная в пышную сетчатую юбку до колен, которую она не надевала так давно. И даже куча сумок и переполненный вещами рюкзак, совсем не портили впечатление.
— И чего мы стоим? – улыбнувшись, сказала она.
Я поняла намёк, оставила все вещи на асфальте и кинулась к ней в объятия.
Я должна была встретиться со своим братом, ночевавшим у своего друга Кирилла, на остановке недалеко от дома подруги.
Были слышны знакомые размашистые шаги. Я обернулась, как тут же увидела перед собой Андрея. Его сине-голубые глаза отражали солнце. Парень с солнцем в глазах едва успевал поправлять свои светлые волосы. Он был выше меня сантиметров на двадцать, как всегда, весь в чёрном. Из-за его спины показался Кирилл менее высокого роста, на лице которого грусти тоже не было. Сейчас я была больше, чем уверена, что они хотят провести это лето незабываемо не меньше нашего.
— Ну и как ваше настроение? Как ты сам себя чувствуешь? – спросила для интереса я.
— Да не о чем болтать. Как обычно, я на высоте.
— Он хотел сказать на дне! Из-за него я мешок с тапками забыл. – шуточно добавил Кирилл, на что в ответ Андрей лишь усмехнулся и задал нам встречный вопрос.
— Замечательно. Заметно, что у вас тоже.
— Все равно утро добрым не бывает. Бодрое только в рекламах по телеку можно увидеть. Кирилл забыл дома какие-то шлёпанцы, видишь, меня обвиняет. – закатил глаза с улыбкой мой брат.
— Шлёпки? вы серьезно? – посмеялась Карина.
— Да, не представляешь. – улыбнулся ей в ответ Андрей.
— Бабки ещё есть? – перевёл тему Кирилл.
— Сейчас. – ответил он другу и начал рыться в карманах. — бабки есть, чу-у-уть-чуть, но это потому, что кто-то не умеет ими пользоваться.
— Вот черт... Да и хрен с ними, всё нужное для забавы мы купили. — сначала поморщился, а потом улыбнулся Кирилл.
Кажется моё первое впечатление об их настроении буквально растворилось в правде. Очевидно, что им всё равно на мелочи. Почему я не дружу тесно с ними? Кажется, все проблемы только из за лучшего друга моего брата, с которым мы взаимно ненавидели друг друга, но в скором времени вы поймёте, что не всё так просто.
Мы продолжили идти по тому же пути, парни помогали нам нести вещи, которых у нас было в два раза больше, чем у них.
— Я ведь снова почувствую, что значит тепло, солнце, ведь поэтому летом и настроение лучше. – сказала Карина радостно.
— Что правда, то правда, но у кого как. – согласилась отчасти я с ней, когда мы уже подходили к школе. Отчасти, потому что летом проблемы тоже бывают, и я это как никто знаю.
Первым делом, зайдя в школу, я оставила вещи и подошла к зеркалу, чтобы оценить свой внешний вид. Я с трудом себя узнаю в последнее время. Казалось бы, те же чёрные джинсы, чёрные кеды и розовая большая футболка, но что-то со мной было не так, как раньше... Может, пропажа мешков под синими, воспалёнными от недосыпа глазами? С началом лета я начала спать гораздо больше, чем раньше, что у многих наоборот. Или это румянец, который не так давно стал моим главным атрибутом, отличавшим мою внешность от внешности мертвеца...
Это была улыбка... Просто искренняя улыбка...