Глава 84
Гу Хуайчжан стоял в гостиной, долго глядя вверх на изгиб винтовой лестницы. Лицо его было холодным, словно кусок льда.
Тетушка Чжан вышла из кухни с чашкой отрезвляющего отвара. Увидев, что он всё еще стоит там, она позвала: - Молодой господин, второй господин уже давно унес Сяо Чи наверх. Вам тоже пора ложиться.
Гу Хуайчжан обернулся, мазнул взглядом по чашке в её руках и недовольно произнес: - Второй утащил его в свою комнату. Ты считаешь это уместным?
Тетушка Чжан опешила, а затем невольно улыбнулась: - А что такого? Они ведь и так встречаются.
Лицо Гу Хуайчжана потемнело: - Даже если так... нельзя позволять ему пользоваться тем, что человек пьян, и творить глупости. Он добавил с ноткой непреклонности: - Они ведь еще не женаты.
Тетушка Чжан замерла. Глядя на его непоколебимую уверенность, она на мгновение усомнилась в собственных взглядах: неужели она слишком современная? На дворе двадцать первый век... Нужно обязательно пожениться, чтобы спать в одной постели?
Гу Хуайчжан продолжил: - Быть столь ветреными до брака - разве это не безответственно?
Тетушка Чжан пробормотала в замешательстве: - В-вроде бы так?
- М-м. - Гу Хуайчжан удовлетворенно кивнул и распорядился тоном, не терпящим возражений: - Поднимись и скажи второму, чтобы вернул парня в его собственную комнату. Помолчав, он добавил: - Скажи, что это я велел.
- Хорошо...
Тетушка Чжан еще раз взглянула на него, но перечить не осмелилась. Она поднялась на третий этаж с чашкой отвара.
Гу Хуайчжан, засунув руки в каманы, ждал, пока её фигура скроется наверху.
Не прошло и двух минут, как тетушка Чжан спустилась обратно. Гу Хуайчжан увидел, что отвара в руках больше нет, но за её спиной по-прежнему было тихо - ни звука, ни движения.
Взгляд Гу Хуайчжана стал еще тяжелее. Он холодно смотрел на подошедшую женщину. Тетушка Чжан улыбалась: - Ой, молодой господин, не переживайте! Второй господин ведет себя очень благоразумно. Я зашла с отваром, а он там вовсю в шкафах роется - говорит, ищет пижаму для Сяо Чи.
«Еще и раздевать его собрался?» Гу Хуайчжан нахмурился: - Ты не передала ему мои слова?
- Передала, конечно передала! - поспешно заверила она. - Второй господин сказал, что знает меру и ничего лишнего себе не позволит!
Гу Хуайчжан помолчал несколько секунд и холодно усмехнулся: - Знает он меру, как же.
Тетушка Чжан притихла, тревожно теребя фартук. Почему-то ей казалось, что сегодня старший господин был необычайно раздражен... Хотя, когда он вернулся с работы, вид у него был вполне благодушный. Он даже похвалил её еду, когда возвращал пустой ланч-бокс.
- ...Ладно, - внезапно сказал Гу Хуайчжан. - Иди отдыхай.
Тетушка Чжан увидела, что он сам наверх не собирается, и замялась: - А как же вы?..
- Не беспокойся обо мне. - Опустив веки, он подошел к кулеру набрать воды. - Я поднимусь чуть позже.
Поняв, что он больше не настроен на разговоры, женщина развязала фартук и ушла в свою комнату.
Когда дверь неподалеку закрылась, маска спокойствия на лице Гу Хуайчжана окончательно спала. Он жадно пил воду, но ледяная жидкость, скользя по горлу, не могла унять пожар в его душе.
Он знал, что раз позволил брату ухаживать за Чи Я, он должен помнить свое место. Но при одной мысли о том, что Чи Я сейчас лежит в постели второго, что тот заботится о нем, возможно, уже снял с него одежду своими руками... он не мог сдержать ярость и жажду разрушения, клокочущие внутри.
Да, он разрешил Гу Хуайаню попытать удачу. Но Чи Я-то об этом не знает, он еще не согласился. Тетушка Чжан не понимает ситуации, но Гу Хуайчжан-то знает: в сердце Чи Я нет любви ко второму, он не считает их парой. Если он сейчас это допустит, что почувствует Чи Я завтра, когда протрезвеет?
Тонкие губы Гу Хуайчжана, влажные от воды, сжались в побелевшую линию. Он подверг свои чувства безжалостному анализу и с ужасом осознал, что боится. Боится, что близость пробудит в Чи Я старые воспоминания. Боится... что Чи Я снова полюбит брата. В конце концов, это человек, которого он когда-то так сильно любил.
Бумажный стаканчик в руках Гу Хуайчжана деформировался от хватки. Мужчина резко обернулся, устремив тяжелый, мрачный взгляд на лестницу. Возможно, он был низок в своих помыслах, с трудом удерживая маску рассудительности, но в одном он был уверен: Чи Я должен делать выбор на трезвую голову. А не становиться жертвой чужой наглости, пока он в беспамятстве.
·
Затуманенный алкоголем мозг плохо соображал. Окружающий мир казался размытым, словно за толстым матовым стеклом. Чи Я хотел спать, но его тело постоянно качали, не давая покоя.
Он страдал, пытаясь свернуться калачиком, но кто-то схватил его за руки, заставляя выпрямиться. А затем он смутно почувствовал, что с него снимают одежду.
...?! ??? Честь Чи Я в опасности!
Вспышка тревоги заставила его сознание встрепенуться. Чи Я с трудом разлепил веки и обнаружил, что лежит в незнакомой комнате, на чужой кровати. Горел лишь тусклый настенный светильник, в свете которого он узнал склонившееся над ним лицо - глаза-персики, полные лукавства.
- Гу... - Чи Я болезненно нахмурился, инстинктивно пытаясь оттолкнуть руки мужчины. - Гу Хуайань, что... что ты творишь?
- О, проснулся? - Тот продолжал расстегивать пуговицы на его рубашке, нехорошо ухмыляясь. - А что еще я могу творить, когда мы здесь вдвоем? Цыц, убери руки.
На самом деле Гу Хуайань просто по привычке паясничал. Он хотел проявить заботу и переодеть Чи Я в пижаму, но Чи Я-то об этом не знал!
Когда была расстегнута еще одна пуговица, хмель почти выветрился от страха. Чи Я вцепился в воротник и попытался сесть, заикаясь от ужаса: - Не надо... уходи, уйди от меня!
Гу Хуайань не ожидал такого отпора. Чи Я ударил его по рукам, и на тыльной стороне ладони тут же проступили три красные полосы от ногтей. Гу Хуайань охнул и мертвой хваткой перехватил запястье Чи Я: - Да ты охренел!..
Чи Я был прижат к подушке, не в силах вырваться. Его влажные глаза, расширенные от испуга, робко смотрели на обидчика. От алкоголя лицо пошло пунцовыми пятнами, даже ключицы порозовели. Волосы растрепались, рубашка была полураскрыта, обнажая белую грудь. В тусклом свете он выглядел одновременно соблазнительно и жалко.
У Гу Хуайаня перехватило дыхание. Сначала он правда не планировал ничего такого, но сейчас сдерживаться стало трудно. В конце концов, это ведь его парень, разве нет?
Взгляд Гу Хуайаня потемнел, в нем вспыхнуло желание. Тяжело дыша, он перекинул ногу через Чи Я, нависая над ним и придавливая его своим весом.
Чи Я стало по-настоящему страшно, его голос дрожал: - Я... я предупреждаю! Не см-мей...
- ...Вообще-то я собирался быть джентльменом, - оскалился в улыбке Гу Хуайань. Он отпустил одну его руку и медленно коснулся лица Чи Я, шепча на ушко: - Но ты слышал поговорку?
Дрожь в теле Чи Я уже невозможно было скрыть. Он закусил губу и снова попытался вырваться: - Я не... не знаю и знать не хо-хочу!
- А поговорка такая, - Гу Хуайань беспардонно усмехнулся. - В постели, чем сильнее ты сопротивляешься, тем больше мужчина... заводится...
Чи Я в ярости выплюнул: - Извращенец!
Гу Хуайань глухо рассмеялся и придвинулся вплотную, обжигая лицо Чи Я горячим дыханием: - А мне нравится. Поругай меня еще.
Чи Я плотно сжал губы и отвернул голову. Его правая рука, которую Гу Хуайань отпустил, лихорадочно нащупала что-то на тумбочке. Не долго думая, он схватил предмет и изо всех сил обрушил его на голову обидчика!
- А-а-а! - Гу Хуайань вскрикнул от неожиданности и боли. Всё его тело дернулось, он схватился за голову. В следующую секунду он почувствовал, как между пальцами быстро расползается что-то теплое и липкое.
Кровь! Это была кровь!!
Гу Хуайань опешил. Придя в себя, он соскочил с кровати и, тыча пальцем в Чи Я, заикаясь от шока, выдавил: - Ну ты и... жестокий!
Увидев, как по шее мужчины потекла темная струйка, Чи Я сам перепугался до смерти. Он приподнялся на локтях и увидел, как Гу Хуайань, зажимая рану, шатаясь выбегает из комнаты с криком: - Брат! Тетушка Чжан! Мать вашу, зовите врача!
Чи Я кубарем скатился с кровати и, даже не обувшись, бросился вдогонку: - Стой! Не ше-шевелись! Я позову... сейчас по-позову...
Дверь резко распахнулась. У Гу Хуайаня кружилась голова, он потерял равновесие и врезался в стоящего в проеме человека: - Брат?..
Чи Я замер. Гу Хуайчжан тоже на мгновение оцепенел. Он машинально подхватил брата под локоть, и в ярком свете коридорных ламп увидел на его руках ярко-красную кровь.
- Брат! Брат! - Гу Хуайань вцепился в его плечо, его губы начали бледнеть. - Быстрее... врача...
Гу Хуайчжану было не до расспросов. Он крепко обхватил валящегося с ног брата и крикнул вниз: - Тетушка Чжан! Буди водителя!
Дверь на первом этаже тут же распахнулась, оттуда выскочила женщина в тапочках: - Бегу, бегу! Что случилось?!
Гу Хуайчжан обернулся. Поверх плеча брата он посмотрел на застывшего в комнате юношу. Чи Я уже включил основной свет, который заливал его мертвенно-бледное лицо.