Глава 17
Когда Гу Хуайань добрался до заднего двора, он увидел на ровно подстриженном зеленом газоне своего брата в черных брюках и черной рубашке. Тот стоял в стороне со своим обычным холодным видом. А прямо перед ним Чи Я повалила на траву овчарка и вовсю лизала ему лицо.
Бао Цинтянь, когда вставал на задние лапы, доставал Гу Хуайчжану почти до пояса. Его конечности были мощными и сильными, под лоснящейся шерстью угадывалась игра крепких мускулов, а пара клыков в пасти были острыми, как кинжалы. Высунув длинный алый язык, пес вовсю лизал лицо и шею Чи Я, а его хвост вилял так неистово, что превратился в сплошное размытое пятно.
Чи Я, придавленный такой огромной собакой, совсем не боялся. Напротив, он не переставая хохотал, уворачиваясь от ласк: — Щекотно... Бао Цинтянь, господин Бао, ну хватит, хватит лизаться, ха-ха-ха-ха...
Бао Цинтянь был любимцем Гу Хуайчжана с самого детства. Характером пес пошел в хозяина — высокомерный и холодный как лед. В прошлый раз, когда Цинь Юйцзэ сдуру решил его погладить, пес тяпнул его за руку так, что тому пришлось ехать в больницу за порцией уколов от бешенства. Видеть собаку в таком неописуемом восторге от человека было большой редкостью.
Гу Хуайань резко замер, и в его душе закралось странное, жутковатое предчувствие.
Пока он гнал машину обратно в Наньху, он всю дорогу представлял себе, как маленький заика с влажными ресницами тайком вытирает слезы. Он и подумать не мог, что этот парень не только не плачет, но еще и смеется так счастливо...
Нет, дело было не в этом. Точнее, не только в этом.
Он прошел еще несколько шагов вперед. Чи Я лежал на траве под весом собаки, костыль валялся в стороне, а широкая старая футболка задралась от собачьих когтей, обнажая белоснежное плечо. Юноша с трудом поднял руку и привычным, уверенным движением погладил Бао Цинтяня по шее. Его рука ни капли не дрожала.
В этот миг в голове Гу Хуайаня словно молния сверкнула. Он весь одеревенел.
Он наконец понял, что именно было не так!
Заметив вошедшего, Гу Хуайчжан обернулся, но увидел лишь брата, который, не отрываясь, сверлил взглядом лежащего на земле юношу. Лицо Гу Хуайаня было предельно серьезным, он даже не заметил на себе взгляда брата.
Гу Хуайчжан помедлил и негромко скомандовал: — Бао Цинтянь, место.
Услышав голос хозяина, пес негромко заскулил и нехотя отстранился от Чи Я. Щеки юноши раскраснелись, круглые кошачьи глаза сияли радостью — видимо, от недавнего смеха в них еще поблескивала влага. Подняв взгляд, он увидел Гу Хуайаня, замер, и улыбка невольно сползла с его лица. Опираясь руками о траву, он попытался подняться.
Гу Хуайань сделал два шага вперед и протянул ему руку.
Гу Хуайчжан посмотрел на брата, затем на полусидящего на траве юношу. Поджав литовские губы, он придержал Бао Цинтяня, который, потеряв всякий стыд, снова порывался прильнуть к Чи Я.
Сам же Чи Я просто остолбенел, глядя на протянутую ему руку. «С чего это Гу-второй вдруг стал таким любезным?» «Что за новую пакость он задумал?»
— Моя рука настолько красивая? — внезапно заговорил Гу Хуайань низким голосом. — Или ты снова хочешь, чтобы я взял тебя на руки?
Чи Я инстинктивно покосился на стоящего неподалеку Гу Хуайчжана.
Высокий холодный мужчина опустил глаза и трепал собаку по голове, но, услышав эту фразу, бросил короткий взгляд в их сторону. На мгновение их глаза встретились. Видимо, Гу Хуайчжан расценил это как смущение юноши, поэтому снова отвел взор и, крепко взяв Бао Цинтяня за кожаный ошейник, отвел его подальше.
Чи Я отвернулся. Он разомкнул губы, не желая физического контакта с Гу Хуайанем, но тот продолжал настойчиво держать руку протянутой. Ему ничего не оставалось, как осторожно поднять свою ладонь и, опустив глаза, вложить её в руку Гу Хуайаня.
Однако в следующую секунду рука Чи Я ощутила резкий, мощный рывок. В запястье стрельнуло болью — Гу Хуайань грубо вздернул его с земли.
— Э-эй?! — вскрикнул Чи Я, хмурясь на мужчину. — Ты... ты чего творишь?
Гу Хуайань не ответил. Не проронив ни слова, он потащил его за собой к дому. Чи Я спотыкался, его шаги были неровными, он едва поспевал за широким шагом деверя, тщетно пытаясь вырваться из его железной хватки.
Гу Хуайчжан поначалу намеренно отстранился, решив, что младший брат после переписки специально примчался домой, желая близости с Чи Я. Однако, почувствовав неладное, он обернулся и увидел, как Гу Хуайань с мрачным лицом молча шагает впереди, а Чи Я, даже не успев взять костыль, ковыляет на своей хромой ноге следом. На запястье юноши в том месте, где его сжимал Гу Хуайань, уже проступили отчетливые красные следы.
Бао Цинтянь забеспокоился и начал громко лаять на Гу Хуайаня. Гу Хуайчжан нахмурился и, крепко удерживая пса за ошейник, не давая ему броситься на помощь, негромко позвал: — Второй.
Гу Хуайань не замедлил шаг и ответил тоном, непривычно тяжелым для него: — Брат, не вмешивайся.
На лице Чи Я отразилось недоумение пополам с болью. Он бросил быстрый взгляд на Гу Хуайчжана, затем закусил губу и попытался свободной рукой разжать пальцы Гу Хуайаня. Всё было тщетно: прямо на глазах у старшего брата Гу Хуайань буквально вволок его в гостиную.
Гу Хуайчжан остался стоять на месте, удерживая собаку. Глядя на исчезающие за дверью спины, он слегка нахмурился.
Гу Хуайань тащил Чи Я через всю гостиную. Тетушка Чжан, протиравшая стол, вздрогнула от неожиданности и хотела что-то спросить, но Гу Хуайань даже не взглянул на неё. Он втащил Чи Я в гостевую комнату и с силой прижал его к стене.
Лопатки Чи Я через тонкую ткань больно ударились о твердую поверхность. Он невольно охнул, в глазах против воли выступили слезы. Забыв о всяком образе, он вскинул голову и выкрикнул: — Гу Хуайань, ты... ты опять с ума с-спятил?! Какая муха тебя укусила?!
Но он увидел, что Гу Хуайань, стоя неподалеку, обратным движением руки тихо запер дверь.
Замок щелкнул, и сердце Чи Я невольно екнуло. Глядя на выражение лица мужчины — совершенно не похожее на обычное — он вдруг почувствовал дурное предзнаменование.
Его губы шевельнулись, ярость на лице немного угасла. Он спросил: — Что... что с тобой случилось?
Неужели Гу Хуайань наконец понял, что это он прислал ему фото в обед? Но реакция не должна быть такой!
Однако Гу Хуайань молчал. Он стоял у двери и пристально изучал его. Этот взгляд был в точности таким, каким Чи Я увидел его впервые, очнувшись в больнице: ледяным, тяжелым и острым, как бритва.
Чи Я выпрямился у стены, слегка поджав пальцы.
И в следующую секунду он услышал слова Гу Хуайаня: — Ты — не Чи Я.
Мужчина холодно смотрел на него. Наконец он отошел от двери и начал медленно, шаг за шагом, приближаться к нему.
— Кто ты такой?