Друг спасает свою подругу

Секретная база коалиции. Утро. Кабинет командира.

Роман Петрович оказался не тем, кого я ожидала. В моём воображении командир секретной базы — это либо бородатый ветеран с нашивками, либо сухой старик с ледяным взглядом. Роман Петрович был другим: невысокий, коренастый, с умными серыми глазами и вечными мешками под ними — не от бессонницы, а от привычки всё контролировать. Его голос звучал спокойно, даже мягко, но в этой мягкости чувствовалась сталь.

— Садитесь, — он указал на стулья перед своим столом. Карта местности была расстелена поверх клавиатуры, красные флажки отмечали предполагаемые позиции агентов Вескера.

Крис сел, я пристроилась рядом.

— Задание простое, — начал Роман Петрович. — В пятнадцати километрах к югу от нас есть заброшенная метеостанция. По нашим данным, Амбрелла использует её как ретранслятор сигнала. Нужно проверить, активна ли она, есть ли охрана, и по возможности — заснять оборудование.

— Почему мы? — спросил Крис. — Леон бы справился быстрее.

— Леон на связи с европейским офисом. А вы, — Роман Петрович посмотрел сначала на Криса, потом на меня, — вы нуждаетесь в... свежем воздухе. Слишком долго сидите в бетоне.

Я не стала спорить. Свежий воздух звучал как мечта.

— Маршрут вот, — он ткнул пальцем в карту. — Лес, старая грунтовка, потом пешком около часа. Оружие взять, но без лишнего шума. Если заметите патруль — уходите. Без геройства.

— Я никогда не геройствую, — буркнул Крис.

Роман Петрович хмыкнул. Было ясно, что он знает Криса давно и не верит ни одному его слову.

— Лена, — он повернулся ко мне. — Вы — гражданское лицо. Держитесь рядом с Крисом. Если что — бежите сразу, не дожидаясь команды. Поняли?

— Поняла, — кивнула я.

Мы вышли через запасный выход. В лицо ударил свежий ветер — не бункерный, рециркулированный, а настоящий, лесной, с запахом сырой земли и хвои. Я вдохнула полной грудью и чуть не закашлялась от счастья.

— Соскучилась? — Крис поправил лямку рюкзака.

— Очень, — призналась я.

Мы двинулись в лес. Сначала по просеке, потом свернули на едва заметную тропу. Крис шёл первым, я за ним. Ветки хлестали по лицу, но я не жаловалась. Тишина вокруг была такой густой, что казалось — её можно потрогать. Только изредка кричала птица или хрустел сучок под ногой.

— Как думаешь, нас найдут? — спросила я через полчаса пути.

— Не найдут, — ответил Крис уверенно. — Мы чисто ушли.

— Я не про Вескера. Я про Диму.

Крис остановился, обернулся. Его лицо было серьёзным.

— Если Дима сунется — я его встречу. И ты даже не заметишь.

— Замечу, — я подошла ближе. — Я не слепая.

— Тогда смотри, — он взял меня за руку и повёл дальше. — Но не бойся.

Я старалась не бояться. Но внутри шевелился червячок тревоги — тот самый, который поселился в груди ещё в тот день, когда я получила первое сообщение от «Отдела безопасности».

Метеостанция. Часть первая.

Мы вышли к ней через час с небольшим. Это было двухэтажное здание из серого кирпича, заросшее плющом. Окна заколочены, дверь заварена. На крыше — остатки метеорологического оборудования, давно не работающего.

— Не похоже на ретранслятор, — прошептал Крис, разглядывая в бинокль.

— Может, подвал? — предположила я.

Он кивнул. Мы обошли здание по периметру. С задней стороны нашёлся люк, прикрытый куском ржавого железа. Крис приподнял его — под ним была лестница, уходящая в темноту.

— Я первым, — сказал он. — Ты за мной, только когда я скажу.

Я кивнула. Он спустился, бесшумно, как кошка. Через минуту снизу донёсся его шёпот:

— Чисто. Иди.

Я полезла. Лестница скрипела под моим весом, но выдержала. Внизу было сыро, пахло плесенью и старым машинным маслом. Крис включил фонарик — узкий луч выхватил из тьмы стойки с оборудованием. Серверы, несколько мониторов, спутанные провода.

— Это оно, — сказал он. — Ретранслятор. Но похоже, он не работает.

— Или работает, просто мы не видим индикацию, — я подошла ближе к стойке. — Может, надо включить?

— Не трогай.

Я уже тронула. Тумблер поддался легко, и один из мониторов засветился зелёным. На экране побежали строки кода.

— Ты специально не слушаешься? — Крис подошёл сзади, положил руку мне на плечо.

— Слушаюсь, но иногда ослушиваюсь, — я улыбнулась. — Это помогает чувствовать себя живой.

Он хотел ответить, но вдруг замер. Фонарик погас.

— Тише, — выдохнул он.

Сверху, с поверхности, донёсся звук. Хруст веток. Шаги. Не один человек — один.

— Кто-то идёт, — прошептал я.

— Сиди тихо, — Крис вытащил пистолет. — Это может быть патруль.

Мы замерли. Шаги приблизились к люку, замерли на секунду, потом раздался скрежет — железо отодвигали.

— Лена, — голос сверху. Я узнала его сразу. Холодок пробежал по спине. Дима.

— Выходи, — сказал он. — Я знаю, что ты там. И твой старый хахаль тоже. Выходите оба.

Крис посмотрел на меня, приложил палец к губам. Он не собирался выходить.

Дима спустился первым — не по лестнице, а спрыгнул, держа в руке нож. Второй рукой он включил налобный фонарик, луч заметался по стенам, нашёл нас. Усмехнулся.

— Привет, Леночка. Скучала по мне?

— Ни капли, — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— А я по тебе скучал, — он сделал шаг вперёд. — Особенно когда узнал, как ты развлекаешься со своим новым... другом.

Крис шагнул передо мной, закрывая собой. В тусклом свете его фигура казалась огромной.

— Уйди по-хорошему, — сказал он тихо. — Я не хочу пачкать руки.

— А я хочу, — Дима крутанул нож. — Хочу вырезать ей сердце и посмотреть, кому оно достанется. Тебе? Вескеру? Или никому?

Он рванул вперёд быстро — быстрее, чем я ожидала. Но Крис был ещё быстрее. Он сместился в сторону, перехватил руку Димы, выкрутил нож — тот упал на бетонный пол с глухим звоном. Второй рукой Крис схватил Диму за горло и прижал к стене.

— Я сказал — уйди, — голос Криса был низким, почти без эмоций. — Не заставляй меня делать больно.

Дима захрипел, но не сдавался. Он попытался пнуть Криса ногой, попал по бедру — Крис даже не дрогнул.

— Ты не знаешь, кто я, — прошипел Дима. — Я работал на Вескера. Я знаю про вас всё. Где ваша база, сколько человек, где спят, где едят. Я всё расскажу ему, и он придёт за вами.

— Не придёт, — спокойно ответил Крис. — Потому что ты ему ничего не расскажешь.

— Почему?

Крис наклонился к самому уху Димы и что-то прошептал. Я не расслышала слов — только шёпот, похожий на шипение змеи. Дима замер. Бросил взгляд на меня — в его глазах мелькнул страх. Настоящий, животный страх.

— Ты... ты не посмеешь, — выдавил он.

— Посмею, — Крис отпустил его и отступил на шаг. — У тебя три секунды, чтобы убраться отсюда. Три.

Дима не стал ждать. Он подхватил нож, метнулся к лестнице, взлетел по ней быстрее белки. Сверху донёсся топот — он бежал, ломая ветки.

Я выдохнула. Только сейчас заметила, что дрожу.

— Что ты ему сказал? — спросила я.

— Неважно, — Крис подошёл и обнял меня. — Важно, что он ушёл и больше не вернётся.

— Ты уверен?

— Уверен, — он поцеловал меня в макушку. — Пойдём. Задание выполнено, пора возвращаться.

Мы вышли из подвала. Солнце уже клонилось к закату, лес стал золотым и красным. Я оглянулась на метеостанцию — она стояла тихая, зловещая, как склеп.

— Крис, — позвала я.

— М?

— Спасибо.

Он не ответил. Просто взял меня за руку, и мы пошли обратно через лес, оставляя за спиной и Диму, и ретранслятор, и все страхи. Хотя бы на время.

Бункер «Амбрелла». Доклад агенту.

Вескер сидел в темноте — свет не включал уже несколько часов. Перед ним на экране мигал сигнал вызова. Он нажал «принять».

— Сэр, докладываю, — голос агента звучал взволнованно. — Объект «Лена» и Крис Редфилд совершили вылазку к метеостанции, которая использовалась нами как ретранслятор. Они обнаружили оборудование, но не успели скопировать данные — их прервал Дима.

Вескер подался вперёд.

— Дима? Он нашёл их?

— Да, сэр. Он попытался атаковать, но Редфилд его обезвредил. Дима жив, но бежал. Судя по всему, Редфилд угрожал ему чем-то серьёзным — источник передаёт, что Дима был в состоянии паники.

— Паники, — повторил Вескер. — Крис умеет пугать. Не зря он столько лет охотился на нас.

— Сэр, более того: у нас есть основания полагать, что Дима намеревался убить объект «Лена». Вопреки вашему приказу. Он шёл с ножом, без антивируса, без плана захвата. Только убийство.

Вескер медленно выдохнул. Руки, лежавшие на подлокотниках кресла, сжались в кулаки.

— Он хотел её убить, — голос Вескера стал тихим и ледяным. — Мой пёс осмелился охотиться на мою дичь.

— Сэр, прикажете наказать Диму?

— Нет, — Вескер встал. — Он мне ещё пригодится. Но если он ещё раз посмеет приблизиться к Лене без моего разрешения, лично сверну ему шею. Передай ему это. Слово в слово.

— Будет исполнено, сэр.

Агент отключился. Вескер остался в темноте, глядя на погасший экран.

— Крис, — прошептал он. — Ты защищаешь её лучше, чем мои люди. Это... достойно уважения. Но я всё равно её заберу.

Дорога к базе. Лес.

Мы шли молча. Я думала о словах Димы: «Вырезать ей сердце». Он правда хотел меня убить. Не поймать, не отдать Вескеру — а именно убить. Своими руками.

— Лена, — Крис нарушил тишину. — Не думай о нём.

— А о ком думать?

— О нас, — он остановился, повернулся ко мне. — Мы справимся. Ты и я. Команда. Даже Алекс со своим вечным скепсисом. Мы выстоим.

— Откуда такая уверенность?

— Потому что я не позволю тебе умереть, — он сказал это просто, как констатировал факт. — Я и так потерял слишком много людей. Тебя — не потеряю.

Я подошла, обняла его, уткнулась носом в его футболку. Пахло от него порохом, потом, лесом. И почему-то — надеждой.

— Ты странный, Крис Редфилд, — сказала я в его грудь.

— Знаю, — он обнял меня в ответ. — Пойдём. Нас будут ждать с ужином.

— А если там опять гречка?

— Тогда убьём повара, — пошутил он.

— Ты не умеешь шутить.

— Учусь у тебя.

Мы вышли на опушку, где нас уже ждала машина — Роман Петрович прислал водителя, когда понял, что мы задерживаемся. Я села на заднее сиденье, Крис рядом.

За окнами плыли деревья, темнело небо. Я положила голову ему на плечо и закрыла глаза.

Дима ушёл. Но ненадолго. Я чувствовала это — он вернётся. Не как Вескер — хитро и расчётливо, а как бешеный пёс, который бросается на всех подряд.

— Крис, — прошептала я.

— М?

— Будь осторожен.

— Всегда, — он поцеловал меня в висок.

Машина ехала к базе. В бункере нас ждали Алекс, Ярик, Леон, Ребекка и ужин из гречки. А где-то в темноте, на трассе, Дима колотил кулаками по рулю и клялся, что всё равно доберётся до Лены.

Его клятвам не суждено было сбыться. Но об этом никто не знал.