Глава 13. Пустота
Бункер «Амбрелла». Кабинет Вескера. День пятый.
Пять дней. Сто двадцать часов. Ни одной зацепки.
Альберт Вескер сидел за своим столом неподвижно, как статуя. Перед ним на мониторе сменяли друг друга отчёты, спутниковые снимки, данные прослушки — и всё это было бесполезно. Лена исчезла. Алекс исчез. Призрак исчез. Даже Дима, которого он отправил на поиски, как бездомный пёс, метался по лесам, но не находил ничего.
В дверь постучали.
— Войдите, — голос Вескера звучал ровно, но в этом спокойствии чувствовалась натянутая струна.
Вошел оперативник в чёрной форме. Безликий, как все. В руках — планшет с докладом.
— Сэр, седьмой рапорт за сегодня. Объект «Лена» не обнаружен. Все известные адреса её родственников и знакомых проверены. Она не выходила в интернет, не пользовалась банковскими картами, не звонила. Спутники не фиксируют её тепловой сигнал в радиусе трёхсот километров.
— Три дня назад вы говорили то же самое, — Вескер медленно поднял голову. За тёмными стёклами очков красные глаза сверкнули.
— Сэр, мы расширили зону поиска до пятисот километров. Привлекли авиацию, кинологов, осведомителей. Ничего. Создаётся впечатление, что они... растворились.
— Растворились? — Вескер усмехнулся, и оперативник инстинктивно сделал шаг назад. — Не бывает так, чтобы три человека растворились в воздухе. Они где-то. Не нашли — плохо искали.
— Мы делаем всё возможное, сэр. Но, возможно, им помогает профессиональная структура. Слишком чисто замедены следы. Ни одной ошибки. У нас есть подозрение, что к операции причастны бывшие сотрудники BSAA или... Леон Кеннеди.
При этом имени Вескер вздрогнул. Едва заметно, но оперативник, обученный читать эмоции, это уловил.
— Леон Кеннеди, — повторил Вескер. — Старый знакомый. Если он в деле, то понимаю, почему вы его не нашли. Леон умеет прятать людей. Но это не значит, что я смирюсь.
Он нажал кнопку на пульте, и на главном экране появилась карта. Вся территория Беларуси и прилегающих областей России была усеяна красными точками — места обысков, опросов, засад.
— Продолжайте, — приказал Вескер. — Перекройте все выезды из страны. Проверьте каждый поезд, каждый автобус, каждую попутку. Если она попытается уйти к границе — вы её возьмёте.
— А если она уже за границей, сэр?
— Тогда пусть пеняет на себя. Я подключу европейские ячейки. Она не уйдёт.
Оперативник кивнул и вышел. Вескер остался один.
Он встал, подошёл к стенду, где висели распечатанные фотографии Лены. Та самая, где она улыбается на деревенской улице. Другая — где она сидит за ноутбуком, сосредоточенная. Третья — крупным планом, зелёные глаза, ранка на нижней губе.
— Ты думаешь, что спряталась? — прошептал он, касаясь пальцем стекла. — Ты ошибаешься. Я найду тебя. Даже если мне придётся перевернуть каждое дерево в этой стране.
Он вернулся к столу и открыл личный канал связи с агентом в Минске.
— Слушай приказ: объяви награду за информацию о местонахождении Лены. Два миллиона долларов. Анонимно. Человек, который сдаст её, получит не только деньги, но и гарантию безопасности на всю жизнь. И добавь фотографии. Пусть их разошлют во все криминальные круги. Кто-то из её знакомых наверняка продаст её за такие деньги.
— Принято, сэр.
Вескер откинулся на спинку кресла. В голове крутилась одна мысль: почему его не покидает интерес к этой девушке? Маленькой, полноватой, с дурацкими страшными книжками и голосом, который поёт про жизнь. Он мог бы забыть о ней, переключиться на другие дела. Но не мог.
— Ты заноза, — сказал он пустой комнате. — Заноза, которую хочется вытащить и рассмотреть поближе.
Тем временем. Секретная база коалиции.
Лена не знала, что за неё назначена награда. Она сидела в углу командного центра, обложившись ноутбуком, и писала. Писала всё — свои ощущения, диалоги, страхи. Книга росла прямо на глазах, становясь документом эпохи.
— Ты чего такая сосредоточенная? — спросил Ярик, поднося ей кружку с кофе.
— Думаю, — ответила Лена. — Вескер не успокоится. Он будет искать нас вечно. Нам нужно что-то большее, чем просто прятаться.
— Что, например?
— Найти способ ударить по нему самому. Не отбиваться, а нападать.
Ярик присвистнул.
— Слушай, Синьорита, а ты реально «Злая из Рая». Не каждый такую смелость имеет.
Лена усмехнулась, отпила кофе.
— Смелость — это когда боишься, но делаешь. А я боюсь. Очень боюсь.
Из-за спины подошёл Леон.
— Мы тоже думаем о нападении. Есть план. Завтра обсудим. А пока — отдыхай. Завтра будет тяжёлый день.
Лена кивнула. Спрятала ноутбук в рюкзак и пошла в свою каморку. По дороге встретила Алекса, который разговаривал с Крисом о защите периметра.
— Спи, Синьорита, — сказал Алекс. — Я заступлю на дежурство.
— Ты тоже выспись, Синьор. Бледный какой-то.
— Это я всегда бледный, — отмахнулся он.
Лена легла на койку, укрылась армейским одеялом. Запах ромашек смешался с бетонной пылью. Она закрыла глаза и прошептала в темноту:
— Только бы выстоять.
На другом конце страны Вескер всё ещё сидел в своём кресле, глядя на её фотографии. В его груди боролись два чувства: ярость от того, что его ослушались, и странная, почти болезненная нежность к той, кого он никогда не видел живой.
— Ты не уйдёшь, — произнёс он, нажимая «сохранить» на очередном снимке. — Я найду тебя. И тогда ты станешь моей навсегда.