Глава 19
Я увидела отца и Викторию. Они направлялись к нам с Кирой, и я отчетливо могла прочесть в глазах мачехи неприязнь ко мне, но та старательно пыталась натянуть улыбку на лице.
– Кирочка, милая! Выглядишь прекрасно, как обычно лучше всех, – восхищенно восклицает Виктория, обнимая дочь, игнорируя мое присутствие, но заметив суровый взгляд Киры, повернулась ко мне и пусто протараторила: – Милое платишко, как раз в твоем стиле.
Я оглядела себя и немного смутилась. Язвительные словечки Виктории обычно не задевали меня, как и сейчас, но это платье выбирала мама и я очень доверяю её вкусу.
Найдя маму в толпе, она болтала с Вадимом, и почуяв на себе взгляд, она встретилась с моим. Она смотрела на меня так, будто ничего лучше в мире и не видела. Я верю ей.
Ведь не важно что говорят другие, если близкие смотрят на тебя как на свою мечту. Точно так же на меня смотрел Громов. Вспомнив о нем, о нашем поцелуе – мелкая дрожь пробиралась по позвоночнику.
В толпе я начала искать Артема. Прошло достаточно времени, но его нигде не было.
И вот, на заднем дворе я замечаю странные движения и знакомое тело. Громов! Кажется, он собирается забраться в дом через задний вход, что меня очень настораживает, как и то, что я совсем забыла о том, что моему отцу он нужен в карыстных целях.
Сердце пропустило удар и я резко выдохнула, чувствуя как тело начало трясти. Этого не должно произойти!
Отец как обычно стоял в стороне, разговаривая с кем-то по телефону не в очень спокойном и добром тоне. Морщинки на его лбу стали выделяться, а вид становился более напряженным. Он убирает телефон, обращая внимание на нас, но дольше всех задерживает взгляд на мне. Я еле сглатываю ком в горле.
– С днем рождения девочки, – он, на удивление, улыбается и обнимает Викторию. – Подарок от меня ждите чуть позже. Сейчас лучше уделить время гостям, а я загляну в кабинет.
Нет! Папа собирается в дом, и не дай бог может встретить Громова, который, черт возьми, там что-то забыл.
– Да, мне тоже срочно нужно в дом. Припудрю носик.
– Мне как раз нужно с тобой поговорить, – отец берет меня за руку и уже более тихим голосом спрашивает: – Ты не забыла о своем однокласснике Громовом?
– Я не знаю где он, – ладони потеют, а я вру дрожащим голосом, но сдерживаюсь. – Ты нашел плохого помощника, пап. Я не смогла сблизиться с ним, и его как след простыл.
Он что-то пытался прочитать в моих глазах, возможно и ложь, но отпускает руку, поджимает губы и кивает. Я начинаю уходить, но в спину ударяют его слова. Больно, до крови.
– Я и не удивлен. Я ожидал, что на тебя расчитывать нельзя, – по щекам течет слезинка, и я её тут же стряхиваю. – Но ничего, скоро этому парнишке с его папашей крупно не повезет.
Я срываюсь с места и быстрым шагом направляюсь в дом.
В попытках найти Громова, я даже не вижу знакомого силуэта. Я начинаю нервничать, что пульс учащается в ритм моего бега. Забежав на второй этаж, я вижу как дверца кабинета отца приоткрыта. Но этого не может быть, ведь он всегда закрывает её на ключ, и кроме него ключей ни у кого нет.
Нет...этого не может быть!
Я резко захожу в кабинет, и едва не падаю на месте, увидев Громова за ноутбуком папы. Он прожигает меня взглядом, и рана в сердце ноет сильнее.
– Уходим, быстрее! Отец идет сюда, – я хватаю Артема за руку, а он же вытаскивает флешку из ноутбука, закрывает его и идет спешным шагом за мной.
Ноги еле передвигаются, но мы успеваем забежать в комнату Киры и запереться на щеколду.
Я прижимаюсь спиной к двери, и сдерживаюсь чтобы не сползти на пол. Сердце кровью обливается, смотря на него.
Я и подумать не могла, что человек, который совсем недавно одним своим прикосновением мог свести меня с ума трепетным чувствам к нему, стал тем кто снова причинил мне боль. Правдой ли все было? Все что он показывал, всю нежность и ласку? Не была ли я просто пешкой в его руках?
Он всегда умел притворяться, даже тогда, когда я видела перед собой милого парнишу, смотрящего на меня с любовью, а после злого и разочарованного посреди школьного коридора.
Нет. Больше я не открою ему сердце. Никогда!
Его образ будто менялся перед глазами, и я уже не знала кто стоит напротив меня, так пронзительно смотря.
– Еся, послушай...
– Нет! Ничего мне не говори, – цежу я сквозь зубы, вжимаясь всем телом в дверь.
Его взгляд прожигающий меня насквозь в миг потемнел, словно на него легла тень, а под кожей заходили желваки.
– Нет, ты должна выслушать меня, – заговорил он другим голосом, пробуждая во мне новую волну эмоций, и уже не печали, а злости.
– Замолчи, Громов! – снова затыкаю его. Отталкиваюсь от двери и поддаюсь к нему ближе, да так, что ощущаю исходящий жар от него. – Не в твоем положении указывать мне. Что бы ты не сказал - я больше не поверю ни одному твоему слову, как и больше никогда не приближусь к тебе.
Он хмурится, а в его глазах читается боль, но я не верю ему. Это все игра, как и до этого. Этот человек от и до знает как манипулировать мной, но больше я не поддамся своим эмоциям и чувствам. Для него нет ничего.
Он отворачивается от меня, сжимая руки в кулак, до побелевших костяшек.
– Через десять минут можешь выйти отсюда, я прослежу чтобы никто тебя не увидел, – пустым тоном произношу я, не смотря на него, выхожу.
***
Вадим прятался на балконе, слышав весь диалог ребят, и от части был рад решению Еси больше не приближаться к Громову, который с начала встречи в баре понял всю черноту таившуюся в нем.
Изначально Вадим заметил ребят в саду, а увидев их поцелуй – хотел разнести все вокруг, но понимал, что не имеет права на ревность, ведь она – не его, да и до правды ещё не докопался.
Но еще сильнее он заинтересовался в Громове, увидев, как тот взламывает замок в кабинет Белова. Тут он сразу понял, что тоже копает под него, но ради каких целей?
Сам Вадим не успел пошарить в кабинете Белова, что его очень разозлило. Но теперь его интересует не только Белов, но и то, для чего Громов пробрался в кабинет.
Вадии уже стол на улице в потоке гостей, и увидел в толпе бежавшую куда-то Есю, и вот столкнувшись с ним, она скрывает свою печаль, натянуто улыбаясь.
– Боже, Вадим, – она неожиданно обнимает парня, вжимаясь щекой в его грудь, распространяя теплый ток по его телу.
– У тебя все хорошо, – он взял лицо девушки в руки и смотрел в ярко голубые глаза. Они заблестели. Плачет.
– Да, я просто хочу уехать отсюда, – она резко хватает парня за руку. – Поехали со мной куда нибудь, поедим пиццу, а потом мороженое.
Вадим кивает в знак согласия, сжимая её ладонь в свою.
Еся оглядывалась, будто чуяла чей-то взгляд на себе. А точнее его взгляд, смотря на уходящую её с другим.