Глава 18
Артем
– Мне нужно чтобы ты достал информацию о всех долгах компании Белова.
– Мне их родить? – огрызаюсь я не понимая, как это сделать. Как бы я не хотел послать отца за то что вмешивает в свои делишки, ещё и с Беловым. Шестерки отца заставляют меня передумать. Пару ударов и всё!
– Твоя девочка тебе для чего? – он вопросительно пялиться на меня, пытаясь вычитать на лице скрытые желания, которые, возможно, имеются.
– У неё плохие отношения с отцом, она не подходит в роль пешки, – какой раз пытаюсь переубедить отца, чтобы тот забыл о существовании Еси, зная, чем все может кончится. При одной мысли, что ей могут навредить, меня передергивает.
– Значит сделай её пешкой. Мне без разницы, но документы должны быть у моих ребят, – говорит он о шестерках.
Я испепелял разочарованным взглядом отца. В кого он превратился? Из прекрасного отца, с успешной карьерой, готового свернуть горы ради близких – теперь состарившийся зек, думающий только о мести. Он сделает все ради этого, даже пойдет по головам, даже близких.
Сердце кровью обливалось, вспоминая свое детство: мамину еду, ночные прогулки на великах, и ожидание сестренки, которой так и не удалось увидеть свет.
Воспоминания как слайд проносились в голове, дойдя до того, что тело онемело, и я чувствовал жар, тот жар исходящий от огня. И Крик. Я слышал крик матери в руках отца. Хотя нес он её бездыханную. Я только потом понял, что крик был мой.
– Хватит на меня так смотреть, – отворачивается отец, нервно почесывая бороду. Он всегда делал так, когда нервничал.
– Я пойду, – глухо выдаю я и встаю со стула.
– Приходи только с результатами, – сказал отец в спину.
Опять. Ему опять нужно только то, что касается его цели. Он ничего не спросил о том, что я не приходил к нему две недели, только шестерок своих посылал желая узнать что тем с Есей и как обстоят дела. А когда по пьяне послал их и сказал, что больше не буду помогать в их мутной теме – ударили так, что я весю оставшуюся ночь кровью харкался.
А с принцесской мы и в правду сблизились. Чаще переписывались и катал её после школы, и рядом с ней время летело быстрее. А в тот вечер в лесу она меня чуть на тот свет не отправила. Была такой ласковой, и смотрела на меня иначе, я бы все в этом мире отдал, чтобы она хоть еще раз посмотрела на меня так нежно. Считаю это самым лучшим подарком.
Я ехал за подарком Еси. Сегодня у неё день рождение, в доме её отца. Я не стал упоминать это в разговоре с отцом, кто знает, что взбредет ему в голову. Предупредила принцесска меня за неделю до этого, точнее пригласила меня на праздник, чего я вообще не ожидал.
И вот, спустя два часа, я стою рядом с тысячами незнакомых лиц. Это вся её родня, или друзья сестры, у которой тоже оказывается день рождение? Из всей толпы я ожидал чего угодно, не темнокожих латино-амереканцев, а за их спиной компания мужчин испанцев, выглядели они точно мафиози.
Один из них буравил взглядом Киру. На его руке красовался орел держа в своих зубах голубя. Выглядит интересно.
Сама Кира, стоящая в компании латино-американцев, выглядела очень эффектно. И я бы не сказал, что с принцесской они сестры, очень разные внешне. Темные волосы волнами падали на оголенные плечи, а синее платье доходила до пола, сияя блетсками, тем самым привлекая внимание.
Около неё стояла Еся. Она мало чего понимала из разговора, но её глаза сияли, будто увидела седьмое чудо света. Коктейльное платье облегало, выделяя её прекрасные формы, а обычно волнистые волосы стали прямыми. У меня ноги подкашивались от её красоты.
Еся заметила меня и отлучилась от компании.
Её глаза засияли ярче, заставив исчезнуть мое мрачное настроение.
– Я удивлен, – сказал я, оценив принцесску поближе.
– Да я и сама не ожидала, что снова побуду здесь, – она осмотрела большой дом и в миг её улыбка пропала. Я забеспокоился, но не успел спросить как она сама перевела тему: – Прогуляемся?
Я кивнул и мы направились в сад, где, на удивление, было мало людей, а территория была настолько большая, что мы направились чуть ли не в самый конец участка, и остановились около большого дерева.
– Никто не знает, но когда я часто бывала здесь, я закопала под этим деревом шкатулку с запиской в будущее, – она сама же посмеялась.
– Хочешь выкопать? – спросил я, подойдя к ней ближе, встав за спиной.
– Гости не поймут если обратно я вернусь с грязными руками, – она обернулась и вздрогнула от того что врезалась плечом в меня, и явно не часто расхаживая на каблуках, начала падать.
Испугавшись, что она удариться, я поймал её крепко обняв за талию. Она вцепилась в мою шею словно кошка, заставив моё тело напрячься. Голова закружилась от её аромата и я сам не понял, как между нами оказался дай бог сантиметр.
– Ты сегодня очень красивая, – не зная зачем, сказал я.
Дыхание Еси сбилось, как и мое. Её тело задрожало в моих руках и я прижал её сильнее.
Момент, и мне просто сносит башку. Она поддается ближе и мягко касается моих губ. Я замер, ощущая как ток разрядами бьет по телу.
Не выдерживая, я сжимаю её в своих объятиях, впиваясь в эти губы, будто это последний день в моей жизни. Углубляя его языком, принцесска тает в моих руках, а я держу еще крепче, ускоряя темп. Не зная, сколько прошло времени, Еся отстраняется не хотя, и тяжело дышит, как и я. Я вдыхаю запах её волос и теряюсь.
– Пойдем к гостям? – шепчет она и я киваю, но тут же останавливаюсь, вытаскивая из под брюк подарок.
– Держи, – я вручаю ей коробочку, чему она умиляется, но открыв её - мрачнеет.
Та самая цепочка со знаком бесконечности.
–Да... – между её аккуратными бровками появляется морщинка. – Спасибо.
Она помнит?
Мне хотелось спросить это, но мои мысли прерывает звонок с моего телефона.
«Григорий»
– Иди, я подойду позже, – пустым голосом говорю Есе, и та кивает, заметив мой тон, уходит.
– А ты продуманный мальчик, – смеется басом мужик. – Думал перехитрить всех?
– О чем ты?
– Не придуряйся, мальчик. Свою девчонку можешь водить за нос, но документы ты достать должен, и у тебя сейчас очень удобный случай...Флешка у меня на мотике, пока чистая. И поверь, если не сделаешь этого, мы и тебя достанем, и девчонку твою.
Звонок прерывается. Урод! Я кинул телефон на землю и ударил кулаком по дереву. От этого дерьма мне не сбежать, а Есю в опасность подвергать я не могу.
Она не должна ничего узнать.