ее спаситель
Вторник выдался пасмурным, и Диана совершила то, чего с ней почти никогда не случалось — она проспала. Иногда она ходила ко второму уроку,так как ей было просто лень. Но чтобы проспать,почти никогда. Будильник прозвенел, но она просто выключила его, провалившись в тяжелый, беззвучный сон. Когда она, задыхаясь от бега, подлетела к школьным дверям, второй урок уже шел полчаса.
У главного входа, как назло, дежурил Николай Петрович — тот самый завуч, который обещал «сгноить» их со Степаном за прогулы. Он стоял со скрещенными на груди руками, и его лицо не предвещало ничего хорошего.
— Опять Белова? — он посмотрел на часы. — Тридцать пять минут опоздания. Даже не надейся пройти. Разворачивайся и иди домой, завтра придешь с родителями. Я уже подготовил приказ об отчислении за систематические нарушения.
Диана замерла. Её холодный взгляд наткнулся на глухую стену бюрократии. Она уже открыла рот, чтобы выдать какую-нибудь резкую фразу, которая окончательно бы всё испортила, как вдруг дверь за его спиной открылась. На первом этаже был кабинет химии. Как раз оттуда и вышел Степа.
— Николай Петрович, ну вы чего, — из двери вышел Степан. Он выглядел непривычно официально: в черном худи, без наушников. — Она не виновата. Она мне помогала.
— Помогала? В чем, Дунаевский? В прогуле урока химии? — завуч прищурился.
— Нет, — Степан подошел вплотную к Диане и, вопреки всем правилам, собственнически приобнял её за плечи. Его ладонь была горячей, и Диана почувствовала, как по спине пробежала волна спокойствия. — Вы же знаете, у меня с проектом по истории завал. Диана вчера со мной до ночи в библиотеке сидела, помогала структурировать информацию. А сегодня утром я её попросил зайти в типографию, забрать чертежи. Она из-за меня опоздала. Если хотите кого-то наказывать — наказывайте меня.
Диана едва заметно округлила глаза. Какой проект? Какая типография? Но она промолчала, сохраняя своё «ледяное» выражение лица.
Завуч долго переводил взгляд со Степана на Диану. Дунаевский смотрел на него прямо, честно, без тени привычной агрессии.
— Библиотека, значит... — пробормотал Николай Петрович. — Ладно. В последний раз. Проходите оба. Но если я еще раз увижу вас в коридоре во время уроков — проект тебя не спасет, Степан.
— Понял, шеф. Не увидите, — Степан подтолкнул Диану внутрь.
Когда они зашли за угол, где их не было видно, Степан облегченно выдохнул.
— Фух... Еле вывез. «Типография»... Откуда я вообще это слово вспомнил?
— Ты идиот, Дунаевский, — Диана высвободилась из его объятий, но в её глазах не было злости. — Какая библиотека? Он же может проверить.
— Не проверит. Он так офигел от того, что я вообще знаю слово «библиотека», что забыл, как дышать, — Степа усмехнулся и легонько щелкнул её по носу. — С тебя кофе на перемене, Я тебя от смерти спас.