Глава 18: Искра в пороховой бочке
Напряжение в доме достигло точки кипения, когда отец Мусима серьёзно заболел. У него обнаружили проблемы с сердцем, и его положили в больницу на обследование. Мать Киры, вместо того чтобы поддержать, обрушилась с обвинениями: «Это всё нервы! Из-за этой вашей странной связи! Вы сводите нас всех в могилу!»
Мусим, который и так не отходил от отца в палате, получил этот удар как пощёчину. Вернувшись из больницы поздно вечером, он застал на кухне мать Киры, которая что-то яростно мыла.
?-(Она, не оборачиваясь) Ну что, как твой отец? Доигрались?
Мусим остановился в дверях.Всё, что копилось месяцами — гнев, усталость, чувство вины, — подступило к горлу.
М-(тихо, но сдавленно) Хватит.
?-Что-что? — она обернулась, её руки в перчатках были сжаты в кулаки.
М-Я сказал, хватит. Можете ненавидеть меня. Можете выгнать. Но не трогайте его. Он ни в чём не виноват. И Кира — тоже.
?-Ах, вот как! — она язвительно рассмеялась. — Защитник нашёлся! А кто защитит мою дочь от тебя, а? Кто защитит её репутацию, её будущее?
М-Я её будущее! — вырвалось у него прежде, чем он успел подумать. — И я защищу её лучше, чем вы, которые видят в ней только свою собственность и повод для сплетен!
В этот момент в кухню вошла Кира.Она слышала всё. Мусим, увидев её, замолчал, но в его глазах бушевала буря.
К-(обращаясь к матери, спокойно, что было страшнее крика) Он прав. Ты перестала быть мне матерью в тот день, когда решила, что я — вещь, которую нужно контролировать. А он… — она посмотрела на Мусима, и в её взгляде не было ни капли сомнения, — он стал моей семьёй. Настоящей.
Мать Киры отшатнулась,будто её ударили. На её лице отразилась не просто злость, а что-то сломанное, бесповоротное.
?-Убирайтесь. — её голос был беззвучным шёпотом. — Убирайтесь вон из моего дома. Оба.
Это была не угроза, а приговор. Мусим взял Киру за руку и повёл её наверх. Они сидели в его комнате, и впервые за много месяцев не скрывались. Дверь была открыта.
М-(гладя её волосы) Всё. Больше не будет. Как только отец выпишется… мы уйдём. Раньше срока.
К-(прижимаясь к нему) Я готова. Я давно готова.
Они понимали, что перешли Рубикон. Война теперь была не за тайну, а за выживание. И им нужно было продержаться ещё немного, до выписки отца, до последней подготовки. Они засыпали, не отпуская рук, под одной накидкой, слушая, как внизу хлопают двери и слышатся приглушённые рыдания. Их маленькая крепость в родительском доме пала. Теперь им предстояло строить свою собственную. С нуля.
Конец главы 18.