Боязнь.-16 глава-
Обними меня крепче.
***
На следующий день я просыпаюсь с тяжёлой головой, всё ещё думая об этом странном сообщении Синтии. Я ничего ей не ответила, но понимаю, что во время сегодняшней встречи нам, так или иначе, придётся затронуть эту тему. О чём она вообще думала? Я искренне надеюсь, что девушка просто ошиблась диалогом, и на самом деле этот вопрос адресован вовсе не мне.
Хадсон заходит в комнату со стаканом кофе в руках и мягко улыбается, замечая, как я внимательно осматриваю его.
— Я трезв, господи, — закатывает он глаза и вздыхает, — так что можешь не начинать снова меня пилить.
— Пилить? — усмехаюсь я. — Я тебе не жена, слава богу, чтобы заниматься подобным.
Он слышит это «слава богу» и тут же вскидывает голову, прищуривая глаза.
— Я вовсе не это имела в виду, — сразу начинаю оправдываться, смягчив тон, — просто я беспокоюсь о тебе, ты же знаешь.
Чейз подходит ко мне, осторожно целуя в висок и прикасаясь к моим волосам.
— Мне нужно будет уехать на пару часов.
Я тут же мрачнею. Ещё и 11 утра нет, как Хадсон уже решил пустить день под откос? Чёрт.
— Можешь делать, что хочешь, — произношу я ему его же недавнюю фразу. Отодвигаю его в сторону и недовольно шлёпаю босыми ногами в ванную.
— Я вернусь трезвым, честно, — он идёт следом за мной, — и мы проведём вечер вместе.
В моей голове сразу всплывает эта картина: я, Чейз и Синтия на тусовке Фредди.
Если ад всё-таки существует, то это будет именно он.
— Я уеду вечером на концерт. Организатор хочет увидеться, — перебиваю я его, собирая волосы в хвост перед зеркалом в ванной.
— Только организатор? — я ловлю взгляд Хадсона в отражении. Он недоволен, но знает, что не может запретить мне походы куда-то, пока сам где-то пропадает целыми днями.
— Ну, может, Хорхе ещё пойдёт вместе со мной, — невинно пожимаю плечами, выдавливая зубную пасту на щётку.
— Там ещё будет Паркер, — парень фактически выплёвывает имя бывшей подруги.
— Впервые об этом слышу.
Он напряжённо всматривается в моё лицо, но ничего больше не говорит. Хотя я чувствую, что Хадсон мне не верит.
Мы вместе готовим завтрак, и он успевает выпить литра два воды. У него всё ещё болит голова, и он крайне дерьмово выглядит, но я молчу, не желая подливать масло в огонь. Отходняки превращают Хадсона в ядовитую змею, которая недовольно шипит на каждое слово.
— Тебе и правда нужно уехать? — мягко спрашиваю я, опираясь на стену в прихожей.
— Парни уже ждут меня, — вздыхает он. Я буквально слышу эти просящие нотки «Только не начинай» в его голосе.
— Иногда я чувствую себя так, будто ты меня избегаешь, — отстранённо замечаю я, наблюдая, как шатен зашнуровывает кроссовки.
— Не неси чушь, — тут же отзывается он, — просто сейчас у меня напряжённый график.
«Конечно, — думаю я, — алкоголь ведь сам себя не выпьет».
— Прошлой ночью, когда ты выгнал всех гостей, едва я вернулась домой, и пришёл ко мне в спальню, я чувствовала, что была нужна тебе, — продолжаю я.
Чейз замирает, разворачиваясь лицом к зеркалу.
— Я был под экстази, — глухо произносит он, избегая смотреть на меня.
У меня мгновенно пересыхает горло и сжимается так, что я не могу сделать ни единого вдоха. Он что, шутит?
Я всё ещё пялюсь на него, когда парень оборачивается ко мне, целует в щёку и выходит за дверь, не произнося больше ни слова.
Меня охватывает чувство злости. Ублюдок. Я сижу здесь с ним, таская ему таблетки и успокаивая его во время параноидального бреда посреди ночи, а он вот так вот просто сообщает мне, что всё ещё юзает колёса, когда клятвенно обещал, что останется хотя бы только трава?
Ярость накрывает с головой. Тысяча извинений Хадсона проносятся у меня в сознании, распаляя ещё больше. Я чувствую очередной припадок агрессии, но не хочу успокаиваться. Я захожу в спальню, начиная переворачивать там всё вверх дном. Выдвигаю ящики тумбочек, торопливо раскидываю вещи из шкафа. Это должно быть где-то здесь, в квартире. Он должен прятать всё это дерьмо на своей территории. Они все так делают.
Не найдя ничего в спальне, я перерываю всё в ванной, а потом перехожу к гостиной. Я понимаю, что, возможно, поступаю неправильно. Что это нарушение личных границ Хадсона, и что он непременно закатит мне скандал, как только увидит всё это, но я так сильно на него злюсь, что сейчас мне совершенно плевать. Бинго! Я нахожу небольшую коробку из-под обуви, спрятанную у стены за диваном. Открываю её и сразу замираю, как вкопанная.
Ярость мгновенно испаряется, и вместо неё приходит шок. На дне коробки лежат зиплоки с разноцветными таблетками, марками и белыми порошками. Резиновый жгут и пара шприцов пугают меня ещё больше. Я тут же жалею о том, что вообще решила что-то искать. Не зря говорят: меньше знаешь, крепче спишь. Это всё просто какой-то пиздец. Я сошлась с парнем, думая, что его проблема в том, что он выкуривает десяток косяков в неделю. Но это? Блять. Эти колёса и, боже, эти шприцы... Твою мать. Бенджи был прав, я связалась с грёбанным торчком!
Мне становится очень страшно. Я наворачиваю по квартире три круга, выкуривая пару сигарет, пока моё сердце не начинает вновь биться в прежнем режиме. Трачу пару часов на уборку всего беспорядка. Мне нужно как-то поговорить с Чейзом, но сейчас я нахожусь в состоянии такого глубокого шока, что мне просто на ум не приходит ничего, кроме банального «Какого, блять, хуя ты творишь?».
Чуть позже звонит Хадсон, спрашивая, что привезти из еды, так как его обламывает сегодня что-то готовить, а я слишком в ахуе для чего бы то ни было. Он приезжает минут 40 спустя, действительно трезвый и адекватный. Я не перестаю украдкой пялиться на него, пока он болтает о новой девушке Джейдена. Я едва понимаю, о чём он. Перед глазами всё ещё стоит эта раскрытая коробка.
Мы проводим вместе пару часов, и я по-честному стараюсь сделать вид, будто всё в порядке. Но знаю, что выходит херово, потому что Хадсон дважды спрашивает, в каких облаках я там витаю. Он знает, чувствует, что что-то не так, но не может понять, в чём дело.
За мной заезжает Хорхе, и мы вдвоём едем на концерт. Перед выходом я спрашиваю парня, хочет ли он присоединиться к нам. Чейз отвечает мне долгим красноречивым взглядом, с усмешкой покачивая головой.
— Передавай Синтии привет, — салютует он мне напоследок.
Желудок тут же нервно сжимается. Я знаю, что Хадсон шутит, но не могу перестать думать о том, что будет, если он узнает, что я еду на концерт сейчас вовсе не из-за Фредди. Хотя с ним я тоже очень хочу увидеться.
Безумно заряжающая атмосфера на концерте отвлекает меня, и я чувствую себя действительно здорово, подпевая на пару с Хорхе знакомым нам трекам. Когда всё заканчивается, он почти сразу уезжает, отказываясь от последующей вечеринки. Я отправляюсь на поиски гримёрки Фредди и по пути натыкаюсь на Синтию. Она вся мокрая и вспотевшая, но у неё глаза горят, а на лице сверкает такая счастливая улыбка, что я не могу не улыбнуться в ответ. Мы обнимаемся, и блондинка шепчет, что рада моему приезду. Я осторожно касаюсь её волос, и она подмигивает мне.
— Я сама ещё не до конца привыкла к тому, что они теперь такие короткие.
Потом нас прерывает Фредди, идущий навстречу. Он утаскивает меня с собой, и я спиной ощущаю провожающий нас взгляд Паркер. Мне жутко неловко, потому что я вспоминаю её ночное сообщение, и на мгновение мне хочется сбежать домой. А потом я думаю о том, что там меня встретит уже явно объёбанный Хадсон, который не преминул использовать моё отсутствие себе во благо. Чёрт. Ситуация не то, что выбрать из двух зол меньшее, это надо выбрать из двух одинаковых зол.
Я жду, пока они по очереди примут душ, и мы с компанией других музыкантов, коротая время, начинаем тусовку уже в гримёрке. Паркер забирает у меня третью банку сидра, уже почти пустую, со смехом говоря, что мне нужно притормозить. Мы вдвоём едем в клуб на машине блондинки, пока остальные остались ждать такси. Я уже нетрезва, и у меня немного кружится голова, но даже в этом состоянии я понимаю, что мы едем совсем не туда. Она либо выбирает слишком окольные пути, либо задумала что-то ещё. Невольно я напрягаюсь.
— Куда мы едем?
— Я просто катаю тебя по городу, не переживай, — мягко отвечает Синтия, не сводя глаз с дороги. — Тебе нужно протрезветь, прежде чем ты начнёшь снова заливать. Иначе вечеринка закончится для тебя слишком быстро.
— С чего ты взяла, что я буду «снова заливать»? — я делаю акцент на последних словах, передразнивая её.
— Тебе сегодня явно не помешает много алкоголя, — усмехается девушка.
Я бросаю на неё взгляд с немым вопросом. Это ещё что должно значить?
— Ты не в духе. Слишком нервная, — пожимает она плечами. — И у меня есть подозрения, что дело тут в одном нашем общем знакомом?
Я тут же нервно цокаю, складывая руки на груди.
— Я так и знала, — хмыкает она. — Что бы там ни было, я всё ещё могу устроить тебе хороший вечер в приятной компании.
Паркер поворачивает голову в мою сторону, и я на миг тону в проникновенном взгляде зелёных глаз. Она выглядит очень серьёзной в этот момент. И милой, чертовски милой.
— Либо я могу отвезти тебя домой, — осторожно добавляет девушка.
На секунду я замираю, всматриваясь в её лицо.
— Я не хочу ехать домой, — шепчу я, переводя взгляд на дорогу.
Синтия кивает и сворачивает на какую-то тихую неприметную улицу. Она выходит из машины, заходя в небольшую кофейню, а потом возвращается с парой стаканов кофе, сэндвичами и несколькими донатсами. Я смотрю на неё с таким удивлением, будто она только что принесла отрубленную человеческую голову вместо всего этого.
— Меня всегда очень пропирает на сладкое после концертов, — смеётся Синтия, видя моё лицо, приоткрывая окно и закуривая. — К тому же, я решила, что еда и кофе помогут тебе быстрее протрезветь.
Я киваю с благодарностью. Мы сидим в её машине ещё часа два, просто болтая о разных вещах, и мне снова становится спокойно. Блондинка здорово отвлекает меня, заполняя собой всё пространство, как в физическом, так и в ментальном плане.
Мы приезжаем в клуб только после того, как организатор звонит мне уже раз пятый, недовольно спрашивая, где мы потерялись по дороге. Я отмазываюсь тем, что нам пришлось заехать навестить одного знакомого. Синтия тихо хмыкает, когда слышит мою ложь, но ничего не говорит. У меня мелькает мысль, что враньё начинает входить у меня в привычку, неизменно сопутствуя Паркер.
В клубе куча народу, и лишь отдельный вип-столик на втором этаже спасает нас от назойливого внимания других посетителей. Пару часов мы много пьём, танцуем и болтаем. Вместе с Фредди я подпеваю играющей «GTG» так, что едва не срываю голос от крика. Алкоголь и приятная компания действительно отвлекают от дурных мыслей, и я начинаю радоваться, что согласилась на предложение Синтии.
Она всё время от меня не отходит, увлекая разными темами для разговора и заботливо таская мне воду. У меня внезапно щемит сердце от того, какая же она очаровательная. Поэтому в какой-то момент я не выдерживаю и притягиваю её к себе, пока мы танцуем под чей-то неизвестный трек. На секунду блондинка замирает, а потом крепко обнимает меня в ответ, поглаживая мои волосы. Я чувствую себя счастливой в эту минуту.
Чего я не знаю, так это того, что Фредди решил снять небольшое видео с тусовки, запечатлевая наше с Паркер объятие и мою радостную улыбку. Я узнаю об этом минут 15 спустя, когда мне на телефон начинают приходить десятки уведомлений. Левые люди в инстаграме пишут мне, отмечая в постах с этим видосом и задавая тонну вопросов. На мгновение у меня останавливается сердце, и мне кажется, будто я трезвею в одну секунду. Блять!
Я понимаю, что забыла предупредить Фредди не палить моё хорошее времяпрепровождение с Синтией в соцсетях. Теперь это лишь вопрос времени, когда эту историю увидит Хадсон. Я предчувствую громкий скандал дома, и моё настроение тут же портится. Мне страшно возвращаться в квартиру, потому что я не знаю, что парень успел принять и в каком настроении он будет.
Я начинаю пить ещё больше, и Синтия молчит, понимая моё состояние. В какой-то момент, когда мы вдвоём курим на улице, она предлагает отвезти меня к ней или в отель, чтобы я вернулась домой утром, уже протрезвев.
— Если ты так хочешь посетить мои похороны, то я могу придумать способ получше, — нервно отвечаю я, стряхивая пепел. — Хадсон мне голову оторвёт за этот видос. А если я ещё и дома ночью не появлюсь...
— Именно поэтому я и не уверена, что ехать сейчас к нему — хорошая идея, — осторожно произносит Синтия.
На секунду меня трогает такая забота.
— Всё будет в порядке, — подбадриваю я её с лёгкой улыбкой, пока внутри у меня всё от страха сжимается.
Ничего не будет в порядке. Хадсон впадёт в ярость и не будет слушать никакие мои оправдания.
Ещё через час Паркер везёт меня к дому Чейза. Я не уверена, что у меня будет ещё один шанс встретиться с ней, и поэтому пользуюсь моментом сейчас, пока алкоголь до сих пор действует, делая меня увереннее.
— Что это было за сообщение ночью? Про Европу.
Я вижу, как девушка нервно сглатывает и медлит с ответом.
— В Берлине будет проходить премьера нового фильма твоего любимого французского режиссёра, — неспешно произносит она, украдкой поглядывая на меня. — Я подумала, что ты захочешь её посетить и предложила тебе поехать со мной. Я проведу в Берлине 3 дня, нужно будет записаться с одним крутым чуваком на студии.
Я киваю, едва осознавая её слова. Она со всеми девушками так поступает? Встречает их где-то, а потом неделю спустя зовёт с собой в Европу на премьеру фильма? Господи Иисусе. У меня голова идёт кругом.
Пауза затягивается, пока я решаю, что обычно люди отвечают в таких ситуациях.
— Я ни к чему тебя не принуждаю, — с робкой улыбкой говорит Синтия, останавливаясь у подъезда. — Если ты хочешь поехать, то я буду рада твоей компании. Нет — значит нет. Я еду туда любом случае. Так что подумай об этом.
Я снова просто киваю, вновь не находя слов. Блондинка осторожно обнимает меня на прощание, и, когда я уже выхожу из машины, она смотрит мне вслед таким взглядом, что я буквально читаю там «Не ходи туда. Там небезопасно». Я машу ей рукой и захожу в подъезд с тяжёлым сердцем. Меня почти трясёт, и очень хочется сейчас вернуться назад и уехать с Паркер. Но я не могу. Дома ждёт парень, мой парень, и мне просто уже нужно через это пройти, что бы там ни было.
Время около 4 утра, и я осторожно поворачиваю ключ в замке, мысленно надеясь, что Хадсон уже спит. В квартире темно, и стоит полнейшая тишина. Я потихоньку снимаю ботинки и буквально крадусь вслепую в гостиную, пока глаза ещё привыкают к темноте.
— Привет, птичка, — вдруг раздаётся из угла комнаты, и я невольно вздрагиваю.
Я слышу щелчок выключателя, и следом загорается лампа, освещая Чейза, сидящего в кресле с полупустой бутылкой виски в руках. Блять!
— Надеюсь, ты хорошо повеселилась, — добавляет он обманчиво ласково, не сводя с меня пристального ледяного взгляда.
***
для любителей синтии и хеллз🤡🤡🤡