Bitter || zarry stylik [Russian Translation]

Гарри стучит пальцами по подлокотнику кожаного кресла, безучастно смотря на серую стену позади секретаря. Через 20 секунд он проверяет объект своего наблюдения, а затем часы. Его врач должен быть здесь уже сейчас. Как только Гарри встает, чтобы снова поговорить с секретарем, дверь в кабинет Доктора Малика открывается, и он чувствует, как расширяются его глаза. Стоящий в дверном проеме Доктор Малик - высокий, красивый мужчина в свежей розовой рубашке и классических брюках.

Доктор Малик улыбается Гарри и протягивает руку для рукопожатия. После того, как Гарри посмотрел на руку Доктора Малика, а потом на свою, он неохотно пожимает её. Как только Гарри покрыл свои руки антисептиком, он был сопровожден в офис.

Отряхнув свое кресло, Гарри наконец садится напротив очень удивлённого Доктора Малика. Перед тем, как посмотреть на Гарри, Доктор Малик пишет что-то в своём блокноте.

– Так, Гарри, давай проведем быструю регистрацию, прежде, чем мы поговорим, хорошо?

Гарри не может не полюбить то, как Доктор Малик произносит его имя.

– Хорошо, Доктор Малик.

– Пожалуйста, зови меня Зейн. Доктор Малик - это слишком формально, - Зейн улыбается после чего выражение его лица становится угрюмым.

– Тебе диагностировали депрессию и беспокойство, посмотрим... 3 года назад. Правильно?

Гарри кивает, дискомфортно ерзая. Он ненавидит обсуждать это. Именно поэтому он колебался перед тем, как придти сюда.

– Да, все верно.

– Хорошо, как ты себя сейчас чувствуешь, настроение? - спрашивает Зейн, скрещивая ноги, из-за чего его брюки сильнее натягиваются на коленях.

Гарри невольно замечает, как Зейн молод и ему становится интересно, когда он окончил университет. Внезапно Гарри вспоминает о вопросе и пожимает плечами:

– Очевидно, бывало и лучше. Я имею в виду, что если бы все было отлично, то меня, скорее всего, здесь не было бы, правильно?

Зейн смеется.

– Да, полагаю ты прав. Сейчас, когда мы немного зарегистрировались, давай перейдем к делу. Я буду задавать вопросы, а ты будешь отвечать на них как можно честнее, хорошо?

Гарри кивает, пытаясь не закатить глаза. Его старый врач, которого он перестал посещать год назад, задавал слишком много вопросов.

– Мысли о самоубийстве?

Гарри кивает, а Зейн пытается не хмурится.

– Причинение вреда себе?

Гарри кивает, в этот раз неохотно. Зейн поднимает брови, делая грустное выражение лица, но продолжает:

–Какие-либ-

Гарри прерывает его своим вопросом:

– Сколько тебе лет?

Зейн покраснел от неожиданных слов Гарри.

– Эм, мне 26, весьма молод, знаю, но не дай этому помешать тебе. Так или иначе, на чем мы остановились? Ах да, вопросы. Кстати, прости за эти. Я знаю, что они не очень веселые.

Гарри пожал плечами и показал Зейну жестом продолжать.

– Ты практикуешь какую-нибудь рутину или ритуалы? Например, много раз задвигаешь и выдвигаешь стулья, моешь руки до тех пор, пока на коже не появятся ссадины. Я спрашиваю это, потому что заметил, что у тебя есть некоторые обязательные действия.

Гарри побледнел.

– Эм, ну, я...Да. Мой старый врач сказал, что это связано с моим беспокойством.

– Ну, и да, и нет. В большинстве случаев, человек будет делать это, чтобы успокоить тревогу, но я чувствую, что с тобой все по другому.