Глава 12. Мы
Утром я проснулся в объятиях Райна.
Солнце ещё не поднялось, но в комнате уже было светло — мягкий, молочный свет струился сквозь полупрозрачные шторы. Я повернул голову и снова принялся рассматривать его лицо. Идеальное. Спокойное во сне, без ледяной маски, без напряжения, которое обычно застывало на его лице днём. Я мог бы смотреть на него вечность.
Я попытался осторожно выскользнуть из его рук, чтобы пойти приготовить завтрак, но Райн, не открывая глаз, притянул меня обратно.
— Так и знал, что ты сбежишь, — пробормотал он сонно.
Я рассмеялся.
— Никуда я не бегу. Всего лишь хотел приготовить тебе завтрак.
Он поцеловал меня в губы — лениво, не спеша.
— Я сам справлюсь, — сказал он, наконец отрываясь. — Чтобы мой любимый не напрягался.
— В таком случае, — я провёл пальцем по его груди, — твой любимый направляется умываться. А мой любимый идёт готовить мне сырники.
Райн широко раскрыл глаза. Потом опустил их, и в его голосе появилась едва уловимая растерянность:
— Это не то блюдо, которое я с лёгкостью приготовлю.
Я рассмеялся громче.
— Готовить сырники не так уж и трудно.
— Сегодня мы обойдёмся омлетом с овощами, — Райн нашёл компромисс. — А позже я приготовлю всё, что ты захочешь.
Я улыбнулся и снова поцеловал его — дольше, глубже, чувствуя, как он отвечает.
— Так нельзя, — сказал он, отстраняясь. — Иначе завтрака мы лишимся.
— Тогда я убегаю в ванну, — я сделал движение, чтобы встать.
Он притянул меня обратно.
— Я тоже хочу в ванну.
— Неужели опять вместе? — я приподнял бровь. — Просто постоять под душем?
— Именно этим и собираюсь заняться, — он поднялся, потянул меня за собой. — Просто вместе постоять под тёплой водичкой.
Я кивнул и потащил его в ванную.
Вода была тёплой, почти горячей, пар окутывал нас облаком. Мы целовались — долго, не торопясь, наслаждаясь каждым мгновением. Его руки скользили по моей спине, опускались ниже, и я знал, чем это закончится.
Его пальцы проникли внутрь, и я застонал ему в губы, когда он задел особо чувствительное место.
Я опустился на колени.
— Чего ты ждёшь от меня? — спросил я, но ответ меня не волновал. Я уже взял в рот, и Райн не успел ничего сказать.
— Я не закончил с пальцами, — выдохнул он.
Я прервался, поднял голову.
— Дам тебе на это больше времени, — и продолжил.
Он не стал спорить.
Потом он развернул меня спиной, продолжил начатое пальцами, а второй рукой массировал мои соски. Я откинул голову назад, чувствуя, как тело плавится. А потом он опустился ниже — и его язык оказался между ягодиц.
Я поймал себя на мысли, что у него длинный язык. И он хорошо умеет им пользоваться. Только не в разговорах.
После этого он снова развернул меня, взял на руки — и вошёл. Новая поза, новые ощущения. Мне нравилось изучать своё тело с его помощью, каждый раз испытывать новые чувства.
— Я люблю тебя, — прошептал я, чувствуя, как он ускоряется.
— Я люблю тебя, — ответил он, и его голос был хриплым, полным страсти.
Когда мы вышли из душа, я наконец вспомнил про завтрак.
— Ты ещё не начал готовить, — сказал я, обнимая его сзади, пока он стоял у плиты.
— А ты мне мешаешь, — ответил он, но не отстранился.
Я уткнулся носом ему между лопаток и улыбнулся. Так хорошо. Так спокойно. Так правильно.
У Криса и Джея утро начиналось похоже.
Только готовил, как всегда, Крис. Максимум, на что был способен Джей — два бутерброда, и то они сгорали в микроволновке.
Джей осыпал Криса поцелуями — в шею, в плечи, в спину. Крис пытался помешивать яичницу и одновременно приводить его в норму.
— Мне очень нравится, что ты надел фартук на голое тело, — сказал Джей, прижимаясь ближе. — Так удобнее пользоваться руками.
Он сел за стол. Крис резко повернулся.
— Что это значит?
— Вчера была бурная ночь, — Джей развёл руками. — Если вовремя не остановиться, можно повредить нежные слизистые. А так как я очень заботливый муж, то не позволю тебе страдать.
Крис выложил еду на тарелки, поставил на стол.
— Зачем, по-твоему, я надел фартук на голое тело?
Джей изобразил задумчивость.
— Наверное, тебе просто так удобно.
Крис снял фартук и сел на колени Джею. Тот невольно потянул руки вперёд, но остановил себя — просто держал Криса за талию.
Крис сделал обиженное лицо — как у ребёнка, которому не дали игрушку.
Джей скользнул рукой по его члену — и тут же убрал.
— Я перестал быть соблазнительным? — спросил Крис.
— Это глупости, конечно же нет, — ответил Джей.
— В чём тогда проблема?
— Я уже дал ответ.
— Твой ответ неубедительный, — Крис наклонился к его уху и прошептал: — Трахни меня.
Джей, который и так держался из последних сил, поднял Криса на руки и положил на стол. Наклонился над ним.
— Ты сам начал соблазнять меня, — сказал он, поднимая его ноги и пристраиваясь между ягодиц.
Его язык скользнул внутрь, и Крис выдохнул. Он подумал о том, что сильно стараться над Джеем не стоит — но тот действительно прав. Каждый день заниматься сексом может быть проблематично. В отличие от Рафа, у Криса нет биокинеза, который восстановит его за секунду.
— Ты не сосредоточен, — заметил Джей, поднимая голову.
— Раздумываю, как удовлетворять наши общие желания, — ответил Крис.
Джей вошёл в него, и Крис изогнулся.
— Стоит переместиться на диван, — сказал Крис. — В конце концов, на столе мы едим.
— Я именно этим и занимаюсь, — Джей продолжал двигаться. — Пожираю своего парня.
Он наклонился и оставил ещё несколько засосов на теле Криса.
— Ты совсем бессовестный, — выдохнул Крис. — Но именно за это я тебя и люблю.
Джей замер.
— Что ты сказал? — переспросил он.
— Назвал тебя бессовестным, — ответил Крис.
Джей толкнулся в него.
— Повтори.
— Бессовестный, — Крис усмехнулся.
Джей толкнулся ещё два раза.
— Спроси ещё раз, — попросил Крис.
— Бессовестный здесь только ты, — сказал Джей и начал двигаться быстрее.
— Я сейчас кончу, — предупредил Крис.
И кончил. Джей — позже.
Они стояли в обнимку, тяжело дыша, и Крис поднял голову к Джею.
— Я люблю тебя, — сказал он.
— Я тоже тебя очень люблю, — ответил Джей. — И буду рад почаще слышать это от своего любимого.
— Разве я недостаточно показываю свою любовь? — спросил Крис.
— Достаточно, — Джей провёл пальцем по его щеке. — Но слова «я люблю тебя» произносят, чтобы дать понять свои мысли партнёру.
Крис поцеловал его, обнял.
— Я не хочу просто говорить, — сказал он. — Я хочу показывать. Делать завтрак, гулять под ручку, заботиться во время болезни… Правда, ты такой твердолобый, что болезнь от тебя заболеет, а не наоборот.
Джей рассмеялся.
— Тебе просто достаточно существовать, — сказал он. — Этого для меня хватит.
Крис улыбнулся и уткнулся носом ему в плечо.
— Тогда я буду существовать. Долго и счастливо.
— Договорились, — Джей поцеловал его в макушку.
Они всё же переместились на диван — завтрак остыл, но никому из них не было до этого дела.
После завтрака мы отправились на Совет. По пути встретили Джея и Криса — они шли, держась за руки, и выглядели непривычно счастливыми. Джей что-то шептал Крису на ухо, тот улыбался и качал головой.
— Доброе утро, — сказал я, поравнявшись с ними.
— Доброе, — Крис кивнул, но его взгляд задержался на моём лице. — Выглядишь отдохнувшим.
— Стараюсь, — я покосился на Райна.
В кабинете Совета Игнис метался из одного угла в другой. Его огненные волосы полыхали, оставляя за спиной дымные шлейфы, и он размахивал руками так, будто пытался взлететь.
— Что происходит? — спросил Джей, присаживаясь на край стола.
— Всё пропало! — Игнис остановился, схватился за голову. — Наши мечты разбились на сотню мелких осколков!
— Художественное описание меня не устраивает, — Джей скрестил руки. — Что конкретно произошло?
Астор, который сидел в своём обычном углу, поднял голову.
— Открылся Разлом, — сказал он спокойно. — Охотников срочно направили туда. Парочка тварей повылезали, но проблем нет. Все живы и здоровы.
Я почувствовал, как внутри что-то ёкнуло. Разлом. Снова.
— Так просто это всё не кончится, — сказал я. — Возможно, нас до конца дней будут преследовать Разломы. Просто надо вовремя бороться с тем, что оттуда вылезает.
Бренден, сидевший рядом с Игнисом, повернулся ко мне.
— Ты собираешься закрывать Разломы?
Я задумался.
— Пока не до конца понимаю, как пользоваться этой способностью, — признался я. — В системе отображается «Сшиватель» — B ранг. Как прокачать её я пока не знаю.
— И что в этом плохого? — спросил Игнис, наконец замирая.
— Есть кое-что хуже, — я посмотрел на свои руки. — Не уверен, что продолжу существовать, если прокачаю эту способность до предела.
Райн взял меня за руку. Его пальцы были холодными, но это было привычно.
— Мы отправимся к Разлому, — сказал он. — А на месте решим.
Мы так и поступили.
Разлом открылся на окраине города — недалеко от того места, где когда-то был Центральный. Чёрная трещина пульсировала в воздухе, из неё тянуло холодом и запахом озона. Вокруг уже выставили оцепление, охотники патрулировали периметр.
Прораб — высокий мужчина в каске — что-то объяснял Райну, показывая на разлом. Я не слушал. Я стоял напротив чёрной дыры и смотрел в её глубину.
— Раф, — голос Райна вернул меня в реальность. — Ты уверен?
— Уверен.
Я протянул руку к Разлому. Райн перехватил моё запястье.
— Всё в порядке, — сказал я, глядя ему в глаза. — Правда.
Он отпустил.
Я снова протянул руку, закрыл глаза. Эфирные шрамы на моём теле отозвались сразу — фиолетовое свечение заструилось под кожей, и я почувствовал, как они пульсируют в такт с Разломом.
Дрожь прошла по телу — от пальцев к плечам, от плеч к сердцу. Я слышал, как Райн выдохнул. Он впервые видел, сколько их на самом деле. Шрамы оплетали всё тело, как паутина, как вторая кожа.
Я потянулся к Разлому — и он начал закрываться. Не сразу, не рывком — медленно, будто нехотя. Края чёрной дыры смыкались, и я чувствовал, как энергия уходит из меня, перетекая в этот процесс.
Когда я открыл глаза, Разлома больше не было.
В системе пришло уведомление:
Способность «Сшиватель» повышена до A ранга.
— Возможно, Разлом взаимодействует с моей внутренней энергией, — сказал я, опуская руку. — И закрывается.
— Это просто замечательно, — голос Райна был спокойным, но я чувствовал, как он напряжён. — Узнавать дальше мы не будем.
Я хотел возразить, но посмотрел на него — на его побелевшие костяшки, на сжатые губы, на глаза, в которых застыл страх. И не стал спорить.
— Хорошо, — сказал я. — Не будем.
Придя домой, я улёгся на кровать и задумался.
Всё, что произошло за мою жизнь. Случайная мутация, когда я понял, что могу исцелять. Быстрое заживление, которое спасло меня не раз. Детоксикация, благодаря которой я выжил там, где другие погибали. Разлом, в который я вошёл и из которого вернулся через пять лет. Ресторан Миранды, где я прятался от всего мира. Райн, который нашёл меня, и не отпустил.
Да всё подряд. Хорошее и плохое. Боль и радость.
Потери и обретения.
Я улыбнулся.
Райн плюхнулся рядом со мной, откинулся на подушки.
— О чём ты думаешь? — спросил он.
— Думаю, что даже несмотря на Разломы, мы всё равно будем счастливы, — я повернул голову к нему. — И другие люди тоже. Наверное, это главное.
Райн взял мою руку. Я почувствовал, как что-то холодное коснулось пальца — и понял, что это металл.
Кольцо.
Простое, серебряное, без камней. Оно сидело идеально, будто всегда было моим.
— Я хочу постоянно слышать «мы», — сказал Райн, и его голос дрогнул.
Я посмотрел на кольцо, потом на него. Сердце забилось быстрее, но не от страха — от того, что всё встало на свои места.
— Мы справимся, — сказал я, обнимая его. — Со всем вместе.
Он прижал меня к себе, и мы лежали так — молча, в тишине, в которой не нужно было слов.
— Я люблю тебя, — сказал он.
— Я люблю тебя, — ответил я.
За окном сгущались сумерки, где-то вдалеке зажигались огни, и город жил своей жизнью — обычной, спокойной, почти счастливой.
А мы лежали и смотрели в потолок, и в этой тишине было обещание — долгой жизни, полной тепла и света.
И больше ничего не нужно.
Только мы.