Глава 18.Теории.
Выслушав подробный рассказ от Аматэрасу и, узнав, что все присутствующие случайно были замешаны в злую игру государыни Арен, Пак Чанёль и Капитан сделали поначалу для себя один вывод: эти ребята сбежали из психушки. Однако когда Яма снова продемонстрировал свой талант, то они убедились, что не заснули в каком-нибудь кабаке.
— Теперь о существовании иного мира ваших покровителей знаете и вы, но это все, конечно, не просто так, — устало проговорила Аматэрасу. — В судьбе человеческой все не просто так. Вы встретились неслучайно, правда, Яма?
— Правда. Я же не зря пришел к этому мальчишке. Кстати, я тебя не просто проучил, экстрасенс, — ухмыльнулся Яма.
— Что Вы хотите сказать, великий Царь Эмма? — слишком фамильярно спросил Капитан.
— Хотел сказать, что не стоит играть с загробным миром, иначе он вас заберет, — мрачно отозвался Яма.
— Да ну, бред какой-то, — прошептал Чанёль, не сводя глаз с бульдога.
— Чего уставился? Собак умнее себя никогда не видел? — хмыкнул Бу-Бу, выставив белый клык.
— Он не бог. Это, на самом деле, соседский пес. Все его познания идут от хозяйки, честное слово, — проговорила Сон Ги, будто извиняясь перед парнем.
— Так, хорошо, если бульдог — это не бог, то ты и та девчонка... Вы какие-то богини, да? — спросил Чанёль, смотря на девушек.
— Во сне, если только, — буркнул Бу-Бу и Сон Ги ущипнула его за ухо.
— Меня зовут Ан Сон Ги и я, как ты понял по рассказу Аматэрасу, обычная школьница, а эта моя подруга Ин Ок, — пояснила Ан, указывая на девушку. — Рядом с ней ее бывшая плюшевая игрушка. Его зовут Хань, или же Тигриный Лик.
— Я богиня плодородия, — улыбнулась Инари, покрутив в руках стеклянный шар.
— Рыженькая, ты откуда такая красивая? — спросил Капитан, улыбнувшись.
Бульдог тут же хмыкнул:
— Смотри-ка, рыжая, хорошая партия для тебя.
— Ой, замолчи, Буджинг, а то в каждой кочке затычка, — нахмурилась Инари.
— В каждой бочке, идиотина, — вздохнул Бу-Бу.
— Что в бочке? — посмотрела на него Инари.
— Затычка, — повернул к ней морду бульдог.
— Какая?
— Ты что, издеваешься? У тебя в голове уже пшеница проросла, — рыкнул Бу-Бу и Чанёль ухмыльнулся.
— Просто замечательно. Я будто бы попал в один из фильмов Дэвида Боуи, — вздохнул Пак, зарываясь пальцами в свои волосы.
— Значит, здесь всего два обычных человека, а остальные это типа магические существа? — спросил Капитан.
— Магические существа — это единороги, сирены, оборотни, ведьмы, в конце концов, ты, копия седьмого гнома из «Белоснежки», — вяло проговорил Бу-Бу. — А перед тобой люди из мифической Вселенной, и эта Вселенная, отнюдь не «Marvel» или «DC».
— Он всегда так разговаривает? — снял очки Капитан, впившись взглядом в бульдога. — Его бы на шведскую колбасу пустить.
— Ты что же это? Швед какой-то? По лицу так сутенер или зазывала из бедного квартала в Мехико, — отозвался тут же Бу-Бу.
— Ты что сказал сейчас, псина? — рявкнул Капитан и Пак захохотал.
— Капитан, ты дошел до того, что бульдог обозвал тебя сутенером, — улыбнулся Чанёль.
— Вы просто до этого его не слышали. Это очень вредный, но умный пес, — проговорила Сон Ги.
— Вот спасибо, соседка, похвалила так похвалила, — покачал головой Бу-Бу. — На самом деле, экстрасенс Чанёль и брат твой меньший, похожий на плохой косплей феи Динь-Динь, это очень классные ребята!
— О-о, ничего себе! — почти в один голос отозвались и боги и люди.
— Ну все, заткнитесь, — буркнул Бу-Бу. — И вообще, ты, Сон Ги, говорила, что у тебя есть какая-то теория насчет Арен.
Девушка не успела открыть рот для ответа, как её перебил Пак:
— Послушайте, она же школьница, откуда она может знать как избавиться от вашей зловредной Арен? — медленно спросил Чанёль.
— Да, я школьница, а не хитроумная аферистка, как ты — хмыкнула Сон Ги. — Ну что? Может, покажешь свой волшебный дар?
— Умение мыслить и знания мифологии — это уж очень легкий дар, девчонка, — ответил Пак.
— Аферист, — бросила в ответ Сон Ги и отвернулась.
— Просто изу-у-мительно! — оголил клык Бу-Бу, улыбаясь. — Аматэрасу, что Вы думаете насчет этого всего?
Пес огляделся и увидел, что ни Аматэрасу, ни Ямы в приемной экстрасенса уже не было.
— Эй, а где они? Единственные зрелые боги оставили меня с кучей детишек, аферистов и рыжей. Изу-у-мительно. Ладно, пес с ними, — вздохнул Бу-Бу, оглядывая людей.
— Инари, они разве просто так нас бросили? — спросила Ин Ок.
— Честно? Они сказали, что Хотэй со своим добродушием напугал какую-то старушку. Вам, людям, добро сделай, так вы ещё и думать будете, что здесь что-то не так, — пожала плечами Инари.
— Знаете, что нам надо, чтобы разгадать эту загадку Арен и помочь вернуть все как было? — вдруг спросила Сон Ги.
— Умных людей? — посмотрел на неё Пак.
— Если так, то ты можешь сразу уходить, — огрызнулась Сон Ги и парень медленно улыбнулся. — Мне кажется, что в этой ситуации нам нужен человек, который лучше всего знает всю историю мифологии, то есть, наш учитель Чхве.
— Но он же просто историк. С чего ты взяла, что Прилежный Корень станет нам рассказывать о мифах и углубляться вообще в это? — посмотрела на неё Ин Ок.
— Ин Ок, ты не права. Когда я наблюдал за вашим учителем в автобусе, то понял, что у него совсем другая аура, — вдруг сказал Хань. —То есть у людей существует оболочка, которая видна зверям и вот мне. Вы, должно быть, замечали, что к некоторым людям животные относятся плохо, даже если те им ничего не делают?
— Да, меня как-то бабушкин гусь ущипнул, когда я мимо шел, — почесал мочку уха Капитан.
— Это значит, что он увидел в Вас нечто плохое, что испугало его, — пояснил Лу.
— Да? Я потом за ним погнался и пару перьев выщипал, как следует! Он это предвидел, наверное, — задумчиво сказал старикашка.
— Замечательно, ты встретил гуся-прорицателя. С того времени у тебя и начались волшебные заскоки, — хмыкнул Чанёль, похлопав Капитана по плечу.
— Погоди, Хань, значит, у господина Чхве необычная аура? — посмотрела на парня Ин Ок. — И человек он особенный?
— Знаете, вы, наверное, в силу своей современной отдаленности не читаете классику мирового масштаба, — вдруг спокойно заговорил Бу-Бу, — но я знаю одну книгу, где описывался подобный случай. У русского писателя Достоевского в «Преступлении и наказании». Главный герой этого произведения составил свою теорию насчет обычных и необычных людей. Мол, первые это всего лишь материал, который существует, а вторые, — чудные умы, гении, мечтатели — чуть ли не вершина на человеческой ступени. Может, Достоевский предвидел, что в мире будут такие люди. С подобным разделением.
— И к чему же привела его теория? — изумленно взглянул на бульдога Чанёль.
— Ни к чему хорошему, но все же. Теория-то хоть и жутковата была, зато есть в ней доля загадочного рассуждения над судьбой человека, — заключил Бу-Бу.
— Знаешь, бульдог, у тебя, по-моему, мозгов больше, чем у нас всех, — растерянно сказал Капитан.
— Верно. Домашним животным просто ничего не остается делать, как познавать вас, людей, — равнодушно отозвался Бу-Бу. — Я знаю одного лабрадора, в собачьем кафе с ним пересекались, так вот, он наизусть знает все стихи Мацуо Басё.
— Ого, — вытянул смуглое лицо старикашка.