Полуночный шепот.

Сон Ги отчаянно пару раз приоткрыла рот, не зная, что ей сказать, пока названные боги что-то обсуждали между собой.

«Какие боги? Да разве я их не выдумала? Может, я ведьма?», — размышляла Сон Ги, не сводя глаз с этих странных людей.

— А где моя мама? И где я вообще нахожусь? — огляделась Сон Ги.

— Здрасти, твоя мать как обычно спит в своей спальне, прижимая к себе белого плюшевого зайца твоего брата. Она считает, что он пахнет детством, по которому она так скучает, — проговорил Хотэй, спустив бульдога на пол.

— Я точно не сошла с ума? Вы же нереальны, вы — вымысел людей, не больше, — пытаясь найти рациональное объяснение, ответила Ан.

На её слова бывшая лисица громко хмыкнула и присела на стол, окидывая её пристальным взглядом.

— Откуда ты знаешь, как выглядит настоящая реальность, соседка? Чувствовала ли ты эту реальность? Вдыхала? Может, на ощупь? Нет, клык даю, — прогнусил Бу-Бу, устраиваясь у ног рыжей.

Сон Ги глядела на пса. Как-то её младший брат Чжин Мо сказал ей, что соседский бульдог умеет разговаривать. И даже один раз не облаял почтальона, а сказал тому, что бы тот проваливал с их участка. Старшая Ан в это не поверила, скинув все на фантазию и возраст брата. Что ж, Чжин Мо семь лет, а Сон Ги  девятнадцать и она теперь знает, что придумки возраста здесь не при чем.

— Ты же обычная школьница, верно? Мы пришли к тебе только потому, что ты мыслишь по-другому, Сон Ги. В тебе нет вбитого устоя реальности, — подбирая слова, спокойно и мягко проговорила Аматэрасу.

— Проще говоря, носишь розовые очки, скрывая их за маской, — добавил бог Луны, улыбнувшись.

Рыжая странно глядела на них, а потом обратилась к молчащему Бу-Бу:

— Что ты говоришь, Бу-Бу?

— Я говорю, — прогнусил бульдог, — что тебя хорошо было бы утопить.

Инари громко засмеялась, наклонившись к псу.

— Да я же тебя в зерно превращу, опус ты собачий, — пригрозила богиня плодородия.

— Дура ты рыжая, опус то хоть знаешь, что такое? — глянул на неё Бу-Бу. — Лишний раз бы молчала, а то слов умных у меня набралась, а куда вставлять — не смыслит.

— Ах ты ж грязный пёс! — рявкнула Инари.

Остальные с улыбками наблюдали за перепалкой рыжей и бульдога.

— И неправда, почище некоторых, — хмыкнул Бу-Бу, отходя в сторону, где сидел Хотэй.

— Хватит, Сатана вас подери! — раздался загробный голос царя Ямы и рыжая тут же осела.

— Боже, да может кто-нибудь расскажет мне, что здесь происходит, а? — влезла Сон Ги, встав с пуфика.

Повисло молчание и слово взяла Аматэрасу:

— Это будет очень долгая и интересная история, Сон Ги, поэтому тебе лучше присесть, — попросила женщина, сняв очки.

Инари вновь раскрыла рот, чтобы внести свою лепту, однако тут же получила тростью по лопатке от Ямы:

— Мне твоей перепалки с псом хватило. Пусть Хотэй лучше расскажет, а ты помолчи хоть раз за этот век.

Девушка, не чуть не обидевшись, кивнула и все повернулись к толстяку Хотэю.

— Должно быть, ты, девочка, знаешь, что помимо вашего мира, к которому вы так привыкли, существует другой, где все ваши мысли и действия осуществляются с помощью таких существ, как мы, — толстяк замолчал, желая знать, понимает ли его Сон Ги. Девушка кивнула и он продолжил: — Так вот, не многие люди знают, что в полную луну у каждого из вас есть шанс быть услышанными.

— То есть, вы меня слышали, да? — задумалась Сон Ги.

— Конечно, ты б ещё тише тогда говорила, — хмыкнула Инари и Хотэй покачал головой.

— В ту ночь, в запретном Петушином лесу, в год «петуха», — ты была услышана. Чувствуешь совпадение во всех этих словах? — спросил толстяк, покрутив в полных пальцах кончики усов.

— Ставлю клык, что она ещё и родилась в год «петуха», и муж у неё будет тот ещё петух... — чмокнув челюстью, проговорил Бу-Бу и рыжая засмеялась.

— Велик Создатель, не слушай эту тварь, получившую дар речи, — попросил Хотэй Сон Ги, и вернулся к сути своего рассказа: — В общем, ваш мудрый учитель Чхве рассказал вам уже историю про Арен, однако у этой истории есть продолжение.

— Постойте, то есть, легенда про Арен — это не совсем легенда, да? — удивилась Сон Ги.

Хотэй задумчиво кивнул.

— В общем, эта Арен существует на самом деле. После того, как её казнили на проклятой скале, её тело вернулось туда, на небеса, ведь она отчасти тоже дочь Создателя. Однако и там Создатель сразу отправил Арен, дочь дракона, за её чудовищный дар в заключение в мир нашего царя Яма. В загробном мире самые крепкие клети, а стражи такие чуткие и злые, что ни одна душа не сбежит, однако этой подлой Арен удалось.

В загробном мире она заимела себе в соратники одного из змеев, что водился там, забирая уже страдавшие души. Змей принял облик Арен и заменил её место в клети, пока хитрая государыня сбежала из одного мира в наш. Там она натворила столько дел, что мы не успели сообщить Создателю о случившемся. Но и на нашу долю у неё был план. Так скажем, как и в вашем мире у нас есть эта... Как её?...

— Система, — поправила его Инари, обернувшись к девушке. — Эта засранка зловредная влезла в нашу систему и отправила нас на вашу землю, закрыв святые ворота. Теперь мы здесь.

— Инари, твой язык так и сквозит этими ужасными ругательствами! — сердито сказала Аматэрасу.

— Да я здесь причём? Это все бульдог! Он так называл женщину, которая кидала мусор мимо урны, — попыталась оправдаться богиня.

— Провокационная ложь! Бульдог с голубой кровью не мог так ругнуться! — в свою очередь прогнусил Бу-Бу. — Мой отец был чистым лабрадором, а мать уроженка Венгрии — чистоплотная сучка породы пудель.

— Че ты тут гонишь! — уставилась на него Инари, полюбившая людской слэнг. — Твой отец был грязным мопсом по кличке Пык-Чык, а мать толстенным бульдогом, с таким же страшным клыком, как у тебя. Её, по-моему, так и звали Клык.

— Провокационная ложь! — завопил Бу-Бу, подняв полный бесхвостый зад.

— Сам ты ложь! Лапшу нам, на эти, на каких! — девушка потрогала уши и воскликнула: — На уши не вешай!

— Иди сама себя повешай! — тявкнул бульдог.

— ЗАМОЛЧИТЕ! — раздался, точно гром, голос Ямы из угла и повисло молчание. — Думаете, речь вам дали обоим, так можете теперь против друг друга словесное козни строить?!

— Я что? Ничего же, — замялась Инари, опустив рыжую голову.

Бульдог промолчал, прижав уши. Сон Ги тихонько прокашлялась и взглянула на них.

— Простите, но что же всё это значит? Я просто правда думала, что это может быть шутка от моей подруги Ин Ок, но теперь я даже не знаю, что сказать и подумать, — проговорила девушка.

— Ох, зато мы знаем, что тебе сказать, — грустно усмехнулся Хотэй.