10
— Санс? — неожиданно, после долгого молчания выдала девушка, вздохнув. Остановившись как вкопанная, Чара повернулась к скелету лицом. — А давай мы заключим мирный договор, пока я не доберусь до Азгора и все не узнаю? Ты хочешь помочь, так помогай, а не таскайся как украшение, хихикая и мешая!
— Хм, вот как. — Санс призадумался, а затем улыбнулся шире, потирая ребра и как-то лениво смотря на девушку, впрочем, как всегда. — Даже если я и соглашусь, зачем оно тебе? Да и, что мне с этого будет, малая?
— Ты глупый?! Притворяешься?! Ты прекрасно знаешь все подземелье. Ты будешь мне полезен, а твоя плата…хм. Удовольствие от приятно проведенного времени со мной. — Недовольно буркнула девушка, скрещивая руки на груди.
— Только не нервничай. — Санс хотел отпустить пару шуточек, но вместо этого шумно выдохнул, потягиваясь под недовольным надзором красных глаз. — Хорошо, малая. Так и быть, уговорила! Но только потому, что ты съела стряпню Папса и не расстроила его!
Девушка победно улыбнулась и подошла к скелету, дабы пожать руки в знак согласия. Единственное, Чара не была бы Чарой, если не скрестила пальцы за спиной.
Когда парочка пожала друг другу руки, то принялись идти вновь. Сначала разговор у них не ладился. Оба не знали, что сказать, что обсудить. Но через часик-другой уже более открыто и смело разговаривая друг с другом. Как оказалось, и Чара, и Санс, не ожидали, что будут так приятны друг другу в общении, что несказанно радовало обоих, однако делить своим восторгом вслух не собирался ни один из них.
Санс был достаточно добр, что Чару бесило, но забавляло одновременно. Конечно, в силу ее характера, она хотела поплеваться ядом, покричать, что она убийца и Санс должен ее ненавидеть, ведь девушка никак не хотела признавать, что завидует Фриск и точно так же хочет совсем чуть-чуть любви…
Ночь путешествия пролетала, а они так и не устраивали привал, продолжая идти под предлогом: «чем раньше доберемся до Нового Дома, тем быстрее избавимся друг от друга».
***
— Ох, почему в Жаркоземье так жарко? — канючила Чара, то и дело, убирая испарину со лба.
— В Сноудине холодно! В Водопадье сыро! В Жаркоземье жарко! Хватит уже ныть, Чара.
— Лучше бы доброженку купил! — надулась девушка, отворачивая голову в сторону. — А? Санс, ты это иди, у меня шнурок развязался, я сейчас!
Присев на одно колено, Чара принялась завязывать шнурок, непослушными и обмякшими пальцами, из-за чего ее «я сейчас» затянулось вплоть до того, что скелет пропал из виду. Неожиданно на плечо Чары легла тонкая и донельзя холодная детская ручка. Она повернулась, смотря на махонькую девочку, что улыбалась ей, качаясь из стороны в сторону
— Ребенок? Тебе чего? — спросила Чара, «победив» шнурок.
— Папочка говорит, что я не ребенок! — захихикала та, обнимая плюшевую игрушку, потрепанную временем.
— Э-э, да-да, хорошо! — Чара постаралась встать, но девичья ручка с нечеловеческой силой вернула ее обратно на землю, заставляя плюхнуться на попу. — Эй, ну-ка прекрати! Меня ждут!
— Пять минут! Всего пять минут от твоего путешествия… — Чара нахмурилась, уже собираясь убрать чужую руку с плеча, как девочка сжала ее, заставляя Чару скривится. — Ты чувствуешь, как тяжесть твоих грехов ломает твои кости? — спросила девочка, улыбаясь. — Что чувствует убийца, желающий быть как все?
— Кх… УБЕРИ РУКУ! — Чара, плотно стиснула зубы, чуть ли не скрипя ими. Она сразу поняла, что это не просто ребенок, а когда та до боли сжала ее плечо и вовсе убедилась в этом.
— Хи-хи, не раньше того, как твои хрупкие косточки сломаются! — повалив Чару на спину, девочка уселась сверху, в клочья, разорвав одежду на плече Чары, после укладывая ладонь на чужое оголенное плечо. — Ты — тьма! Жалкий кусок тьмы, выбравшийся в свет! Папочка идет за тобой! Тьма идет за тобой! — это был уже не человеческий, и более того, не детский голосок. Ладонь, что была прижата к плечу девушки, была равносильна лаве, попавшей на кожу. Чара бы кричала от боли, если бы звуки не застревали в горле, она даже банально не могла позвать на помощь, как бы то ни было противно для ее гордости.
— С...Санс! — после долгих попыток выговорить, что-то членораздельно, выдала она. На это девочка…существо, рассмеялось.
— Ты настолько наивная, да?! Ненавидишь его, но зовешь на помощь! Как мило. Только, ни ты, ни твой дружок — никто! Никто тебе не поможет, даже ты сама. Папочка заберет тебя и твоих друзей, ты вернешься туда, где твой пустой дух сожрут души! — из глаз и рта, выше сидящей, потекла черная, густая жижа, с отвратительно хлюпающими звуками падая на грудь и шею Чары. — Хи-хи-хи, никто! Умрешь! — больше ее речь не была связной, скорее это был случайный набор слов.
Чара захрипела, когда горячущие руки легли на ее шею, начиная душить. Чара отбивалась, как могла, а когда изображение начало сгущаться и переставало быть четким, она увидела, как залп костей насквозь пробил тело существа и то плюхнулось на бок, медленно растекаясь, не переставая хихикать.
— Чара! — обеспокоенно прикрикнул Санс, мигом оказываясь рядом с Чарой
— Ты специально выжидал? — всхлипнула девушка, дрожащей рукой потянувшись к обожженному плечу. — Специально, да!? Чертово слабое человеческое тело! Чертова боль…идиотские слезы.!
Санс приподнял Чару, на что девушка заворочалась, ни желая, чтобы скелет касался ее.
Через какое-то время Санс смог успокоить Чару, поглаживая по голове.
— Она порвала твою толстовку… — тихо сказала девушка, уткнувшись щекой в ребра скелета
— Ничего, купим новую.
— Я запачкала твою футболку этой черной гадостью…
— Ничего, Папс эксперт в пятновыводителях…
— Санс… — Чара невзначай шмыгнула носом, а потом и вовсе разрыдалась, крепко обнимая Скелета. — Я никогда не буду как Фриск! Меня никто не любит! Во мне всегда будут видеть МОНСТРА!..
Не правда...Я люблю тебя! И ты НЕ монстр...