Chapter sixth
Предательство. Ложь. Ненависть. Зависть. Эти чувства всегда возникают в моей голове, когда я думаю о том, что произойдет, когда я скажу всем. Я скажу о том, что буду Джульеттой. Я не хочу ей быть. Категорически и бесповоротно. Однако я обещала Гарри. Знаю, что с первого дня считала его тем, с кем бы точно не заговорила, но я не могу просто отказаться и потому, что не хочу быть исключенной. Директриса ясно дала понять, что на этот раз точно исключит меня. Ей не нужен плохой рейтинг.
Этим утром школа была по-особенному полной. Всюду ходили ученики и, казалось, даже вздохнуть нельзя, потому что со всех сторон давили люди. Этим стадом становилось все труднее управлять, поэтому я в очередной раз разоралась на них. В середине моей тирады подошла Трейси и стала говорить о том, что я сильно громко кричу и жестоко обхожусь с ними.
- Тебе ли судить? Думаю, я лучше знаю, разве нет? Не ты получала три года подряд корону королевы школы. Ученики знают, что я это не со зла.
- Им просто нужен тот, кто будет ими руководить. И тут ты удачно перешла в старшие классы, - зло прошипела она.
- Что ты сказала? Не много ли на себя берешь?
- Для Джульетты ты слишком желчная и бесчувственная.
- Что? Откуда ты... Да пошла ты!
Я громко закрыла свою дверцу шкафчика и ушла, расталкивая подростков. Откуда она узнала?! Кто проболтался? Если узнаю, кто это, я разорву его на части, пропущу через мясорубку и скормлю собакам, а если вдруг будет лишь малая вероятность того, что он выживет, я... Придумаю что-нибудь еще более эффективное. Об этом знали только я, директриса и... Стайлс! Вот какая скотина сдала меня с потрохами этой шлюхе, называющейся Трейси. Он же ясно дал понять, что я могу доверять ему! Как он только мог? Я так зла. Чертовски зла на него. Сейчас я готова выполнить все, что описала выше. Думаю, меня даже кто-нибудь благословит на этот подвиг, а потом еще спасибо скажет. Ненавижу этого мудака с его паршивым языком и понтами.
Я знала, что не увижу его в течение дня, поэтому нетерпеливо ждала начала репетиции. Эта была чрезвычайно важной, потому что на ней присутствовала сама Ее Величество Директриса. Конечно, из этого, как всегда, раздули целую Репетицию прямо с большой буквы. Все было жутко прилично, вокруг кружили мелкими мушками актеры второстепенных ролей, пытаясь запомнить хотя бы малую часть текста, чтобы выпендриться перед Смит. Мне же было абсолютно плевать - я искала в этой толпе свою жертву. Сегодня он не выйдет из этого зала живым.
"Спектакль" для Ее Величества начался. Занавес подняли. Как бы не старались другие запомнить хоть что-то, они в итоге все равно вышли на сцену с тоннами бумаги:
- Грегорио, уговор: перед ними не срамиться, - Самсона играл парень, который был со мной в классе по информатике. Он был отличным программистом, но я никак не ожидала увидеть его и здесь. Сам по себе он был крепкого телосложения, поэтому здорово походил на вояку.
- Что ты! Наоборот. Кого ни встречу, сам осрамлю, - Грегорио. Его играл какой-то ботаник, чудом прошедший пробы. Я вот только сейчас задумалась: а пробы вообще были? Судя по бесвкусному и абсолютно слепому взгляду подобранных, можно было так и подумать, будто они просто собрались как-то вечерком и решили сыграть эту пьесу, разобрав понравившиеся роли.
- Зададим им баню!
- Самим бы выйти сухими из воды.
- Я скор на руку , как раскипячусь.
- Раскипятить-то тебя - не скорое дело.
- При виде монтекковских шавок, я вскипаю, как кипяток.
- Кипеть - уйдешь. Вскипишь - и наутёк, как молоко.
А смелый упрётся – не сдвинуть.
- Перед шавками из дома Монтекки я упрусь - не сдвинуть.
Всех сотру в порошок: и молодцов и девок.
- Подумаешь, какой ураган!
Через некоторое время они все-таки отыграли первую сцену. Признаюсь, Гарри в роли Ромео смотрится вполне нормально. Только мне кажется, что он не полностью выкладывается. Он может больше. Но я все еще зла на него, поэтому даже думать об этом засранце не могу.
- Джульетта готовится! - крикнули издали. Я тяжело выдохнула и еще раз пробежала глазами по тексту. Ну, как меня угораздило, а? Как я из спортзала, где сейчас занимается Дин, перебралась в актовый зал, где собралось все сборище отбросов этой школы? Докатилась.
Эта сцена, пожалуй, моя самая ненавистная во всей пьесе. Здесь Леди Капулетти предлагает Джульетте, в присутствии Кормилицы, присмотреться к Парису - ее будущему жениху. Но Джульетте всего четырнадцать, а этот Парис, по-любому, старикан. Я не люблю такие моменты и вообще всю эту фиготень с ранним замужеством и стариканом в роли твоего жениха, которого ты, между прочим, видишь первый раз, и то перед алтарем. И аргументом "Ну, это же история!" тут не помочь.
На этих сценах, где показаны почти все более менее важные герои, наша показательная репетиция закончилась. Все с облегчением вздохнули, когда я последняя переступила границу между сценой и кулисами. Судя по выражению лица директрисы, ей понравилось. Я правда старалась быть как можно более искренней. Однако желчь и брезгливость с меня так и пёрли.
Честно признаться, я читала "Ромео и Джульетту" раньше. Да, это когда-то было моим любимым произведением. Вообще, я любила Шекспира. Сейчас же это кануло в лету. Мне стало далеко плевать на книги, которые до сих пор вываливаются с полок, едва мне стоит сильно хлопнуть дверью - полки просто переполнены ими. Мне больше интересно теперь читать Cosmopolitan и другие журналы, где содержатся полезные советы по красоте. Я серьезно не знаю, когда произошел тот переломный момент, в котором я предала свои любимые книги.
- До сих пор не переоделась? Что с тобой? Я думал, ты сбежишь отсюда быстрее директрисы, - он пытается шутить, но у него, как всегда, дерьмово это получается.
- Ха-ха-ха. И когда ты собирался мне рассказать о том, что разболтал все Трейси, как последняя шавка? Так нравится видеть меня в слезах? Больше никогда не увидишь, ясно? Ни за что, Стайлс. Этого не повторится. Я не настолько мазохистка, - я встала со своего стула. Меня так бесила эта его двуличность. Ненавижу таких людей всем сердцем.
- Что? Я никому ничего не рассказывал. Думал, мы договорились об этом. Мы в одной лодке, помнишь? - с растерянным видом говорил он. Он притворялся. Я просто знаю это. Они все так делают. Всегда. Неужели они думают, что я такая бесхарактерная? Неужели так слепо полагают, что я глупая и совсем ничего не понимаю? Думают, на мне можно ездить?
- Не притворяйся невинной овечкой, придурок! - я кричу, не в силах остановить свои мысли, которые так и лились прямым потоком, как из рога изобилия. Они становились все громче и громче. Мне даже на секунду показалось, что моя голова просто взорвется от такого потока. - Ты даже не представляешь, насколько я тебя ненавижу сейчас. Не за то, что ты сделал. За то, что ты ведешь себя как двуличная тварь! Что может быть ничтожней? Мне противно даже находиться с тобой в одном здании.
С каждым словом я понимала, что не смогу вернуть их обратно. И знаете, мне было так чертовски плевать на это. Он заслужил, если думает, что я такая простая и прощу его, едва он попросит. Нет, не теперь. Хватит. Надоело это терпеть. Моя интонация к концу снизилась совсем. Я говорила спокойно и размеренно. Мысли в моей голове улеглись по своим местам. Мне стало легче, что ли. Теперь я точно знаю, что буду делать в этой жизни. Я просто снова стану собой. И плевать, если другим не понравится.