Цветок Последнего Бессмертия

Помятая и заспанная, я лежала на столике в кабинете. Травоведение было важным для меня предметом, но, буду честна, я знала уже чуть больше, чем предполагала программа. Вот именно поэтому, игнорируя загадочный антураж помещения, который буквально от потолка и до пола был увешан цветами, травами и деревьями, а также инструментами, баночками и, можете себе представить, лунным календарём, игнорируя более громких, чем обычно, студентов, и, игнорируя даже невероятную преподавательницу госпожу фон Анфир, спокойно посапывала и досматривала невероятные сны про бескрайнее поле ромашек.

Я не сразу почувствовала тишину и её причину. Когда все, наконец, умолкли, я предположила, что началось занятие. Однако стоило заговорить мужскому голосу, как я мгновенно подорвалась.

Перед нами стоял директор собственной персоной, вызывая во мне смешанные чувства, ведь, кажется, если Рыжуля права, то, ахах, он убийца, который переложит всю вину на меня. Рядом с ним важно стоял Страж, лицо которого знали все. Его портреты, как и других архимагов из Саббата, висели в рамочках в кабинетах истории, администрации и в некоторых коридорах. Их лица смотрели на нас из газет и журналов. Их лица говорили с нами из магических побрякушек. В общем, небезызвестные ребята.

Мужчина был высок, с кучей шрамов и внушительными мышцами. Смотрел на всех с приподнятым подбородком, не давая обвинить его в высокомерии, но оставляя за ним превосходство.

Ещё один гость, которого к нам привели, поверг меня в шок, панику, истерику и безумное сумасшествие. Стальные глаза, безучастно скользящие по кабинету, заставили меня окаменеть. Страшно было сделать лишнее движение. Вздохнуть было тяжело! ПСИХЕЯ! Они привели сюда психею! Настоящую! Высшую! В кабинет!!! Нас точно решили убить! Почему он ещё на свободе?!

— Дорогие студенты. Как вы все уже знаете, неделю назад одна из наших студенток, Келли Франц, была зверски убита в лесу. Следователю Филиппу Вурмбранду, к большому сожалению, не удалось найти виновных в этом преступлении. Именно поэтому, Даливан Луческу из Саббата магов, известный как Страж, лично посетил нас, чтобы найти и наказать тех, кто совершил столь жестокую расправу над невинной девушкой. — Директор очень серьёзно оглядел наш небольшой состав, стараясь вбить новую информацию в шебутные студенческие головы.

Я постаралась спрятаться за спинами однокурсников и вообще не шевелиться. Моё сердце бешено стучало, пробивая грудную клетку. Все в порядке, Мара. Всё хорошо. Всё просто за-ме-ча-тель-но.

— А это его сын, Линден Луческу. Прибыл вместе с отцом, чтобы посодействовать в расследовании и набраться опыта. Если вы вспомните какую-либо информацию, можете обращаться и к нему в том числе.

Мои глаза расширились до размера небесного светила. Сын?! Сын Стража — психея?! Вы, должно быть, шутите.

— Прошу Мару Австразию, Кастанадиеля Савойю, а также команду, в которой состояла Келли, после всех занятий появиться в моём кабинете. Придётся повторно провести допрос. На этом всё. Продолжайте занятие.

Трое страшных мужчин, после того как своими взглядами невероятно важных и ценных особ окинули каждого студента, покинули аудиторию. Я немного выдохнула, но приступ паники крепко вцепился в горло.

Рвано и с особыми усилиями я повернула голову сначала на Касти, который уже глядел на меня своим черт-возьми-Мара взглядом, а затем на Рыжулю, которая задумчиво строчила в небольшой блокнотик. Спустя долгие десять секунд она посмотрела на меня, поджав губы, а затем опять окунулась в писанину. Дышать было трудно, как минимум из-за того, что я задерживала дыхание.

— Что ж, друзья, вы всё слышали. — Мелодичный голос преподавательницы выдернул меня из неприятного состояния, давая возможность расслабиться: здесь больше нет никого, кто бы меня пугал. — Теперь всё же приступим к теме нашего занятия — средства защиты от психей. Прежде всего, разумеется, мы говорим о самих растениях, а только потом о зельях, порошках и смесях, которые можно получить при комбинации различных составляющих. Итак. Вот перечень наиболее сильных растений и места их произрастания... — Госпожа фон Анфир что-то рассказывала, однако, мало кто её слушал. Страж и смерть Келли обогнали занятие в рейтинге «важная информация». Среди шепотков слышались разные теории убийства и обвинения в сторону магов, среди которых была я и даже Рыжуля. Больше, чем это, удостоился обсуждений только Линден. Эта... психея! Как так оказалось, что он сын Стража? В смысле, значит, он не психея? Но я видела его черные глаза, налившиеся в приступе голода до моей энергии и всё такое. Возможно, мне показалось? Вероятно, поэтому порошок из корней азалии не сработал? Чёрт, нет, я не могла ошибиться. Я же чувствовала... его.

Нервы сдавали. Нога под столом затряслась, вызывая микроземлетрясение. Девчонка рядом недовольно втянула воздух, что-то шикнула мне и гордо сдвинулась на одно сидение дальше. Я была ей благодарна, потому что её духи с запахом престарелой ведьмы способствовали моей истерике не меньше трёх ранее упомянутых мужчин. Впрочем, моё состояние не позволило проникнуться чужим сопением. Буквально через минуту я уже выходила из кабинета, сославшись на мигрень. Фон Анфир понимающе поджимала губы мне вслед.

Ноги иногда ступали неровно, подкашиваясь, что предвещало вывих. Ладони потели, поэтому время от времени скользили по джинсам, оставляя на них еле заметные разводы. Шея покрылась испариной, как и моё лицо, особенно место над губой: весь путь до уборной приходилось стирать влагу указательным пальцем. Глаза не задерживались ни на чем. Стены. Пол. Ручка двери. Лампы. Открытая дверь кабинета. Навстречу вышел высокий мужчина, но я нырнула в нужное помещение раньше, чем успела рассмотреть его.

Белоснежная плитка. Три серые двери. Зеркало.

Я стала себя рассматривать.

По всему выходило, что Линден не психея — минус одна проблема. С другой стороны, раз уж он сын Стража, то ему находиться на Земле наверняка можно, в отличие от меня. Тогда венок — предупреждение. Или угроза. При допросе, как только я совру, он сразу же может опровергнуть мои слова. Отсюда следует, что Касти попадёт. Он догадывается, думаю, но до конца не представляет, во что мы вляпались. Моё положение настолько отвратительно, что в груди, можете поверить, ледяной водой растекалась паника. Рот смешно и непроизвольно открылся в немом крике.

Я осела на пол, зарыв пальцы в волосах и с силой их оттянув. Дура. Дура. Дура.

Что такого можно сделать, чтобы спастись?

Думаю, что бы не сказали сегодня, чёртов амулет будет использован. Меня не обвинят в убийстве, но куча других вещей...

Не хотелось вставать. Выхода нет. Просто нет. Только спасение мира затмит мои проступки.

Я вдруг замерла.

Вариант. Что если я сделаю что-то геройское?

Схватившись за раковину, я подтянулась и встала.

Итак, план действий. Я рассказываю про Линдена. Например, Касти. Он, в любом случае, уже в моей дырявой лодке, что ему терять? Вместе с ним нам необходимо будет придумать, как отложить проверку воспоминаний. Неплохо было бы вообще подробнее разузнать о ней. Наверняка всё не так просто, и сначала господа из Саббата попытаются решить проблему самостоятельно. Если всё удастся, то я начну сотрудничать с Розмари. Тогда мы сможем...

Сможем что? Не я ли вчера сказала ей, что это бессмысленно? Ван дер Аальст, окажись он действительно убийцей, не даст себя поймать. Или вдруг его прикроют? Что ж, в любом случае, надо выкарабкаться из этой отвратительно глупой ситуации.

Кожи коснулся прохладный воздух, а затем хлопнула дверь. Я повернула голову вправо и затаила дыхание. Моё тело превратилось в одну большую натянутую пружину, готовую в любой момент отскочить, а глаза в два навороченных прицела, следящих за каждым движением непрошенного гостя.

— Ты.

— Я. — Мужчина легко улыбнулся, с забавой наблюдая, как я присматриваюсь к нему.

Линден был в длинном кожаном пальто и походил на следователя вроде Филиппа Вурмбранда. Тот, кто стоял передо мной, излучал скрытую уверенность, знание и долю лукавства. Линден напоминал ворона — хитрого и изобретательного. Пожалуй, верить ему и соглашаться ни на что не стоит.

— Что ты тут делаешь? — пока что я решила претвориться глупой. Хлопнула трижды ресницами.

— Мара. — Линден мягко произнес имя, выделяя первую букву. — Я думаю, нам есть, что обсудить. — Мужчина сделал шаг ко мне. Я, наоборот, отступила.

— Обсудим. После занятий.

— Сладкая, я чувствую, что ты делаешь. Не стоит. — Улыбка не сходила с его лица, как будто он кукольный. Она же, вкупе с дурацким обращением, заставила скривиться. — До начала допроса стоит порепетировать ответы. Что скажешь?

— Не понимаю...

— О, да брось. Это утомительно. — Улыбка так и не сошла с его губ, но стала раздражительной. — Ты узнала меня. А я тебя — тем более. Я отлично рассмотрел... всё. — он снова принялся шагать ко мне, но уже не останавливался. Главное, не наткнуться на стену, иначе я не выберусь.

— Прекрати.

— Без проблем. Но жду от тебя того же.

— Что ты хочешь? — дыхание учащалось, а это плохой знак.

— Никто не должен знать, что мы были на Земле, сладкая. Никто. Думаю, ты сама понимаешь, какие последствия тебя ждут.

— И тебя, значит.

— И меня.

Мы глядели друг на друга. Линден с лёгким любопытством ожидал от меня вопросов и новых реплик. Он знал, что я хочу спросить. Я же старалась утихомирить внезапное облегчение от его просьбы — это ведь всё упрощает. Но выходит слишком просто. Всё складывается идеально, так не бывает. Да и мои первые ощущения, не зря же они появились.

— Ты можешь довериться. Меня тоже ждут последствия. Я не желаю себя подставлять.

— Амулет Проекции?

— В крайнем случае, сладкая. Не беспокойся. — Я подавила желание попросить так не обращаться ко мне. Его это лишь раззадорит.

Мы снова замолчали. Он ждал. Я набиралась смелости.

— Ты психея? — чуть слышно спросила я, стараясь не отводить взгляда. Я должна знать. Мне было страшно, возможно, я даже выглядела глупо и вопрос этот совершенно идиотский, но быть в неведении сложнее.

— А ты как думаешь? — в стальных глазах сверкнуло что-то настолько задорное, что я готова была упасть на пол и молить его покинуть это помещение. Чёрт.

— Твои глаза были чёрными. — Плавный кивок его головы. — Мне было тяжело от тебя отойти, даже когда стало страшно. — Ещё кивок. — Но корни азалии не нанесли тебе никакого урона. Ты такой же —

— Сумасшедше красивый и живой? Это так. — Он наклонил голову вбок, разглядывая меня. Он что-то изучал, но это была не внешность. Он пытался понять меня и почувствовать. — Да, Мара. Я психея. — Линден провёл кончиком языка по верхним зубам, с каждым миллиметром доводя меня до истерики. Дыхание окончательно сбилось, я с ужасом следила за парнем, боясь пошевелиться. Меня сковала паника и безысходность.

— Тише-тише. — Он поднял руки вверх и сделал шаг назад. Линден ухмыльнулся. — Если бы ты не задыхалась, я бы сказал, что выглядишь забавно. Не бойся, я лишь наполовину такой.

— Как это? — он пожал плечами.

— Я менее опасный, чем ты думаешь, сладкая. Мои поцелуи тебя не убили бы. — На этой фразе он развернулся и вышел из женского туалета, оставляя меня напуганную и потерянную.

Он только что сказал «наполовину психея»? Я похожа на идиотку?! Чистой воды издевательство! Этого не бывает.

Стоило мужчине уйти, как воздух стал свободнее, а в груди, на место страха пришла злость. Она не была наполнена яростью, огнём или желанием фееричного шоу. Это было холодное и спокойное чувство, дающее уверенность в себе и своих действиях.

Я выйду из игры победителем. Если придётся, найду убийцу. Найду способ стать сильной. Достану любые травы и амулеты, чтобы всегда быть в безопасности. Я не дам обвинить себя в убийстве и не позволю манипулировать собой.