Бетельгейзе

Тэхён заправлял постель, когда одетый в деловой костюм Хосок вошёл в спальню, спросив:

- Ну, как я тебе?

«Шикарен, прекрасен, великолепен»,- подумал Тэ, но вслух сказал:

- Сане понравится,- и улыбнулся.

Хосок ещё какое-то время наблюдает, как Ким разглаживает мятые края покрывала, как поправляет подушки и смотрит на свою работу, а затем говорит младшему:

- Подойди, пожалуйста...

Тэхён реагирует не сразу. Но потом подходит к мужчине и, положив руки ему на плечи, слегка сжимает пальцы, пытаясь немного снять напряжение с измученного лица Чона.

- Это твой день,- улыбается Ким,- и ты, действительно, красив.

- Может быть, стоит всё это отме...

- Нет. Так надо. Так лучше для всех. Ты сам говорил...

- Когда вы уезжаете?- Хосок обвивает талию младшего руками.

- Уедем завтра же. Думаю, так будет лучше для всех.

- Да, так лучше...- смотрит на губы Тэхёна, отчего тот нервно облизывает их,- увидимся ли мы когда-нибудь снова?

Ким опускает голову, прижимается лбом к шее Чона и просто молчит.

- Будет лучше, если нет, не так ли?

- Да, так и есть,- медленно кивает Чон, поглаживая густые волосы и утыкаясь в них, словно в мягкую перьевую постель. Так уютно. Тепло. Здесь, в объятиях друг друга, они словно дома.

- Нужно идти... Я возьму такси и поеду за машиной в салон. Нужно успеть арендовать авто. Сана хотела, чтобы мы прокатились по городу после регистрации.

- Раз так, то...

Они без слов взглянули друг другу в глаза. Да, это был последний раз, что они позволят друг другу вольность. Тэхён притягивает Чона за шею к себе и в очередной раз сливается с ним в беззвучном крике. Холодные их пальцы переплетаются, врезаясь костяшками в ладони. Словно дементоры, отбирающие жизни друг у друга, они целуются, травя последним прикосновением души.

Ким отрывается. Его губы дрожат. Хосок в последний раз на вкус пробует сначала одну, а затем втягивает другую, словно бы успокаивая.

Сейчас Тэхён хочет остановить его. Попросить не делать этого, не жениться, не идти никуда, остаться с ним. Хочет вцепиться в его рукав мёртвой хваткой и не выпускать. Но Хосок просил... просил не отговаривать, просил сказать, что его действия оправданы. Руки Тэ падают вниз, когда Чон нежно касается большими пальцами его щёк.

- Тебе пора...- шепчет парень.

- Встретимся на церемонии...- отвечает Хосок и отступает на несколько шагов назад, ведя пальцами по руке Кима и выпуская её постепенно.

Оставшись один, Тэхён оборачивается, на прощание окинув взглядом спальню, ставшую их убежищем, и уходит к девушкам, чтобы узнать, всё ли проходит хорошо.

Юна как-то странно смотрит на него. Не то с грустью, не то с опаской. Но улыбается, увидев своего парня.

- Как провели время с Хосоком?- тут же спрашивает Сана, поправляя диадему на волосах.

- Хорошо. Он много вспоминал о тебе,- говорит Ким.

- Правда? Вот проказник!- залилась смехом довольная девушка.

А Юна была задумчива как никогда. Она смотрела на Тэхёна, который пытался сохранять спокойное выражение лица. У неё перед глазами всё ещё были картинки увиденного прошлой ночью. Она вспоминала то, с какой нежностью и любовью оба парня отнеслись друг к другу. Она вспомнила стоны, выбивающиеся из Тэ вместе со слезами. Она вспоминала, как отчаянно сжимал Кима в своих объятьях Хосок. И как они уснули вместе... Она вспомнила вдруг первую встречу, когда Тэхён заплакал, только услышав голос Чона. Отчего-то ей было очень больно. То ли от осознания того, что эти два года, проведённые с Кимом, не стали им крепкой основой для чего-то

большего, то ли от понимания боли, что испытывают эти двое, пытаясь предать свои чувства ради «нормальной жизни».

Оставшись наедине с самой собой, Юна вдруг поняла что-то...что-то очень сокровенное. Сана говорила, что Хосок ушёл с военной службы из-за какого-то парня, которому не смог бы смотреть в глаза... У Чона в то же время было ранение. Пуля, кажется... И... Конечно, Юне сложно это признать, но все эти два года она знала, что Тэхёну снятся кошмары. И сейчас фраза «не умирай, пожалуйста...не оставляй меня одного» кажется не просто бредом, сказанным во сне. Это просьба о спасении, идущая от самого сердца...

- Юна, церемония через час. Ты готова?- улыбнулся ей Тэхён.

- Да,- кивнула она, ответив улыбкой в ответ,- Тэхён,- вдруг она ухватила его за край рукава.

- Мм?- вопросительно взглянул Ким.

- Почему ты... почему ты не поехал сейчас с Хосоком? Ты бы мог поддержать его. До церемонии ведь всего час.

Тэхён грузно выдохнул. «Отчего Юна сейчас выглядит так, словно смотрит мне прямо в душу?»,- подумал он.

- Он должен морально подготовиться. Один.

- Мне кажется, с тобой ему было бы спокойнее.

- Юна... Юна, ты что-то хочешь мне сказать?- Тэ взял её за плечи и посмотрел прямо в глаза,- Скажи прямо, не таи. Мы не чужие люди друг другу. Что-то случилось?

- Тэхён...я...я видела...

В комнату вдруг зашла Сана, а Тэ с Юной сделали вид, словно они чем-то заняты.

- Оу, я вам помешала,- усмехнулась невеста.

- Ничего страшного,- отозвалась подруга.

- Уже надо надевать платье. Поможешь мне?

- Да, конечно,- улыбнулась Юна, и вышла из комнаты.

«Что она видела?»,- подумал Ким и взглянул в окно, «...ветер поднимается».

Тэхён спустился в фойе, минуя суетящихся людей на этажах. Ему была непонятна причина всей этой суеты, но затем он увидел, как человек на ресепшене объявил что-то в микрофон, и из динамиков, расположенных на всей территории отеля, послышалось штормовое предупреждение.

- Сегодня мы настоятельно рекомендуем вам не покидать территории отеля и оставаться здесь до конца шторма. Берегите своё здоровье! Повторяю, сегодня настоятельно...

Предчувствие. Предчувствие чего-то плохого,- вот что поселилось в ту самую секунду с сердце Кима. И он рванул обратно в номер, минуя волнующихся от объявления девушек, забежал в свою комнату и начал судорожно набирать номер Чона. Гудки шли, но никто не отвечал. «Ну же, Хосок, ответь»,- руки Кима дрожали, и сам он превратился в одно сплошное ожидание. Ожидание новостей. Плохих или хороших.

Никто не ответил, поэтому выбежал в коридор и вновь направился вниз, игнорируя вопросы Саны. Он подбежал к человеку на ресепшене.

- Скажите, пожалуйста, насколько ужасна обстановка в округе.

- Молодой человек, ветер настолько сильный, что даже деревья с корнем вырывает. Это настоящий ураган. Такого не было в этих краях последние лет двадцать.

- Извините, а на чём можно доехать до центра?

- Вы что, с ума сошли? Никто сейчас не согласится вас подвезти. Ураган ведь. Тем более мы закрыли территорию отеля, чтобы постояльцы никуда не вышли по незнанию, и чтобы ветер не выбил двери.

- Но там человек. Он выехал...

- Извините,- виновато посмотрел седовласый мужчина.

Паника охватывала изнутри. Тэхён метался, не в силах что-либо сделать. Скоро должен был быть полдень. А это значит, время новостей. Нужно отследить, вдруг там будет что-то новое.

Но и по новостям ничего не передают, кроме того факта, что повсюду штормовое предупреждение.

Тэхён чувствует неладное. Чувствует, что что-то не так. Потому что что-то внутри обрывается, потому что что-то летит к чертям. Что-то меняется...

...

Сидит у дверей балкона, вглядываясь в порывистые потоки ветра. Юна тихонько подходит, садится рядом.

- С ним всё будет хорошо,- говорит она,- слышишь, он жив. Не волнуйся.

У Тэхёна уже второй час бледное лицо и потухший взгляд. Ему кажется, что он в этот момент постарел лет на десять, настолько сильно было его волнение.

- Юна, он, правда, жив?- спрашивает Тэ, хоть и знает, что она сама находится в неведении. Это способ успокоить себя. Способ доказать себе, что всё хорошо.

- Тэхёни...- она положила голову парню на плечо,- я знаю, что вы любите друг друга.

Он смотрит на её макушку, прикрывает глаза и щёкой прижимается к её волосам. Юна всегда понимала и была слишком добра, чтобы злиться. Она всегда была на стороне Тэхёна, даже сейчас. Они молча наблюдали за непогодой, ожидая, когда всё утихнет.

Спустя ещё пару часов объявили о том, что шторм позади. Сказали, что скоро поступят данные о пострадавших. Но Тэ не мог ждать, и он выскочил из отеля, крикнул водителю одного из такси, чтобы тот отвёз его по всем больницам, что есть в городе. И пока они ехали, постоянно обновлял новостной портал, надеясь не увидеть там имени Хосока.

Номер Чона теперь был выключен, и от этого становилось ещё хуже. В первой больнице не было такого пациента, как Чон Хосок, поэтому Ким отправился в другую. Но там тоже сообщили о том, что к ним не поступал пострадавший с таким именем. Тэхён хотел было уже выйти из этой больницы, чтобы помчаться в следующую, как вдруг мельком услышал разговор двух медсестёр.

- Его привезли в ужасном состоянии. Вряд ли удастся выжить.

- Да... Ещё и имени до сих пор не выяснили...

Тэ подбегает к ним и, резко схватив за руку одну из медсестёр, буквально кричит:

- ГДЕ ОН?

- Кто?

- Тот, о ком вы сейчас говорили.

- Этот парень в хирургическом. Ему сделают операцию, иначе он умрёт от потери крови и переломов.

- А он очнулся?- спросила у неё другая.

- Нет, возможно, это сотрясение мозга.

Тэхён делает несколько шагов назад. «Они ведь не знают имени, но отчего у меня это жуткое предчувствие...».

- Где находится хирургическое отделение?- спрашивает он.

- Вас туда не пустят.

- ГДЕ.НАХОДИТСЯ.ХИРУРГИЧЕСКОЕ.ОТДЕЛЕНИЕ!?

- Второй этаж налево и до конца,- говорит медсестра, буркнув из-за неуважительного к ней отношения.

И Тэхён бежит, забыв про всё. Спотыкаясь, бежит наверх, перепрыгивает через ступеньки, ускоряет шаги, добегает до операционной. Смотрит на табло. Указано «17:00 --- имя неизвестно». Сверяет с часами на телефоне. 16:47. Скоро операция. Тэхён должен знать, кого будут оперировать. Он не успокоится.

Вдруг его кто-то толкает. Это был врач. За ним ещё несколько. Они отворяют дверь операционной. Мимо него, сопровождая кушетку, бегут врачи. Пострадавший в белой больничной сорочке. Лицо окровавлено...

- ХОСОК!- пытается ухватиться за него Тэ, но его грубо отталкивают и закрывают операционную. Ким оседает на пол рядом с дверью и полностью теряет контроль над своим телом. Его трясёт, а в глазах темнеет. Ему кажется, словно голова сейчас лопнет, а сердце остановится. Он сжимается весь, превращаясь в отброшенный штормом осколок.

Его замечают работники больницы, поднимают и ведут в какую-то палату. Он ни слова не может вымолвить. Отключается, лёжа на кушетке.

...

Хосок находился в коме три месяца. Говорят, что люди, находясь в подобном состоянии, слышат, что происходит вокруг. И, если это так, то все три месяца изо дня в день Чон слышал плач и мольбы о том, чтобы он очнулся.

Сана очень страдала это время. Особенно её мир перевернулся, когда доктора сказали, что даже в случае, если он очнётся, у него вряд ли получится когда-нибудь встать на ноги и ходить, как раньше. Сказали, что он будет прикован к инвалидной коляске...что ему понадобится ещё много операций для восстановления хотя бы элементарных способностей двигаться. Понадобится очень много финансов, чтобы покрыть страховку, пребывание в больнице и многочисленные операции.

Тэхён видел, как страдает Сана. Видел и злился на неё и на себя. Злился и хотел послать весь мир к чертям.

Последней точкой стало, когда Сана сказала:

- ...мне всего 25... несмотря на всю мою любовь к Хосоку, значит ли это, что я буду всю жизнь жить с тем, кто не может даже пошевелиться. Кто не сможет...

- ЗАТКНИСЬ!- рыкнул Тэхён, сжимая зубы от ненависти. Хоть он и понимал, что это выбор Саны, но ему было противно, что он чуть не отдал Хосока той, что в трудную минуту бросит его.

- Тэхён?- непонимающе уставилась на него Сана.

- Заткнись и проваливай. Я понял твой выбор. Так что, просто уходи. Я справлюсь один.

- Тэхён!

- Даже если он никогда не очнётся, я останусь с ним. Я не смогу без него...

- Тэхён??? Что это, чёрт возьми, значит?

Юна подошла к Сане, положила руку на её плечо и посмотрела той в глаза.

- Тэхён прав...

- Юна! Ты хоть понимаешь, что твой парень хочет навсегда остаться сиделкой другого мужчины? Они не братья! Они не родственники! Какого чёрта?

- Сана,- девушка присела на коленки перед подругой,- они не друзья. Для Хосока Тэхён – не просто друг. У них больше, чем просто дружба.

- И ты так спокойна? Мой жених что, гей? Гей? Ты серьёзно? Вы, ребята, тут все с ума сошли. Я была слепа? Да, я была слепа. Сумасшедшие придурки. Вы ещё моложе меня. Вы должны думать о будущем, а я что вижу? Я...

- Сана,- вновь спокойно улыбнулась Юна,- просто ты сделала свой выбор. У каждого свой путь. И я до конца буду на их стороне. Прости и...уходи.

Это была их последняя встреча с Саной.

...

Той ночью Тэхён спал у кровати Хосока, переплетя с ним пальцы. Он проснулся от того, что его руку слабо попытались сжать. Поднял голову и увидел перед собой чёрные словно смоль глаза.

Хосок смотрел на него молча и слегка улыбался. От уголков глаз к вискам тянулись солёные дорожки, а сухие губы дрожали, не в силах что-либо сказать.

Тэхён всхлипнул и прижался губами к губам Чона...

...

Тэхён работал с утра до ночи, а вечерами приходил домой убитый и выключался. Он экономил на всём. Он пытался добыть деньги везде, где только было возможно. Перечислял всё до последней копейки на страховой счёт Хосока, который проходил лечение заграницей.

Тэхён не звонил Чону, потому что тот всегда просил отказаться от него, бросить его. Говорил, что не любит Тэхёна. Говорил, что нельзя портить свою жизнь ради кого-то. Умолял сдаться и оставить доживать дни в пансионате.

Но Ким был выше всех этих слов. И он верил, что настанет день, когда всё наладится. У него была маленькая, но надежда, и это заставляло работать усерднее.

...

Спустя два года Хосок возвращается в инвалидной коляске на родину. Они с Тэхёном живут в тесной однушке и часто целуются, залечивая душевные раны.

- Почему ты так веришь, что я встану на ноги?- спрашивает Хосок.

- Я просто знаю, что этот день настанет. Я буду ждать столько, сколько понадобится. У нас всё получится.

- Прости, я краду твою молодость,- Хосок плачет, закрыв руками лицо. Тэхён прижимает его к себе.

- Укради всю мою жизнь, Чон Хосок. Укради и не возвращай.

...

Они упорно делали упражнения изо дня в день. Ким помогал Хосоку держать мышечный тонус и постоянно тренировал ноги мужчины.

Изо дня в день...

Из года в год...

...

Это был холодный сентябрьский вечер. Тэхён стоял на балконе, наблюдая за огоньками, что покрывали город. Он вдруг понял, что доволен тем, что у него есть. А главное тем, кто у него есть. Он осознал, что не хотел бы прожить жизнь иначе. Осознал, что проблемы сделали его лишь сильнее...

Он не сразу понял, что за шум позади него. А когда распознал, то сердце его замерло...

Это были звуки шагов.

Шагов, что он не слышал в течение шести лет после автокатастрофы.

Ещё медленные, неуверенные, но шаги. Совсем как у малыша, что только учится ходить...

Что-то мягкое ложится на его плечи. Плед.

- Здесь холодно, не простудись,- говорит Хосок и обнимает Тэхёна со спины.

Слёзы.

И впервые за шесть лет это слёзы счастья.

...

«Чтобы любовь была нам дорога,

Пусть океаном будет час разлуки,

Пусть двое, выходя на берега,

Один к другому простирают руки.

Пусть зимней стужей будет этот час,

Чтобы весна теплей пригрела нас»

(У. Шекспир)

***
Конец