77 глава
Вы шли уже несколько часов. Но силы закончились ещё в первый час пути, просто тело отказывалось подчиняться, а ты заставляла его идти, шаг за шагом, не думая о том, что будет дальше.
Вы остановились у полуразваленного здания. Стены когда-то были белыми, теперь они покрылись паутиной трещин, окна зияли чернотой, крыша местами провалилась. Но внутри было сухо, и ветер не задувал так сильно.
Хёнсу ушёл куда-то сразу, как только вошли. Сказал только: "Вернусь". И исчез в темноте коридора. Ты не стала его останавливать. Не знала, кого остановишь, его или того, другого.
Ты села рядом с Хани. Она выглядела неважно, дышала часто, поверхностно, лицо покрылось испариной, руки дрожали. Она смотрела в одну точку, и в глазах не было той странной безумной искры, к которой ты привыкла.
Ыню разводила костер прямо в центре комнаты, складывая обломки старой мебели. Чанён доставал консервы из рюкзака, раскладывал на расстеленной тряпке.
Хёнсу вернулся, когда вы уже приступили к еде.
Ты подняла глаза и замерла.
На нём был строгий чёрный костюм, пиджак сидел идеально, под ним темнела водолазка. Ты никогда не видела его таким.
Ты перевела взгляд на его лицо.
Волосы исчезли. Те длинные, мягкие пряди, в которые ты так любила запускать пальцы, были срезаны. Теперь ты видела его лицо целиком и не узнавала. Черты стали острее, скулы резче, нос будто вытянулся. Даже губы казались другими - тоньше и жёстче.
- Вы что, без меня едите? - возмутился он, оглядывая компанию.
- А тебе нужно? - удивился Чанён, поднимая банку.
- Конечно! - протянул Хёнсу, и в голосе зазвучала обида.
- Тогда бери.
Хёнсу наклонился, взял с земли консерву. Покрутил её в руках, будто видел такое впервые. В свете костра его лицо казалось чужим, холодным, красивым, страшно красивым.
А потом он просто раздавил её. Одной рукой. Железо хрустнуло, содержимое брызнуло в стороны.
Чанён покачал головой, глядя на него.
- Сейчас вернусь, - хрипло сказала Хани и поднялась, пригнувшись. Исчезла в темноте коридора.
Ыню пошла за ней.
- Что с ней? - спросила ты.
- Ломка, похоже, - Чанён вытер руки о штаны. - Она напоила меня какой-то своей травой. Чуть не откинулся тогда.
- Так вот в чём дело, - протянула ты.
Что-то волной ударило в груди. Ты придвинула ноги к себе, обхватила колени руками, положила ладонь на сердце. Ты ждала, когда этот приступ отступит.
- Так это над твоим письмом он рыдал как мальчишка? - услышала ты.
Ты подняла голову.
Хёнсу сидел напротив, откинувшись на спину, опираясь на руки. Расслабленный, почти ленивый.
- Что? - не поняла ты.
- "Ты - моё лекарство", - повторил он, и в голосе зазвучал смех. - "Я буду ждать тебя там, где закаты никогда не кончаются". Серьёзно? Ты правда так думала?
- Откуда ты... - голос сорвался. - Он нашёл моё письмо?
- А ты пыталась его спрятать? - он приподнял бровь. - Оставила под матрасом, будто и хотела, чтобы он нашёл.
- Я хотела, - тихо сказала ты. - Но после моей смерти.
- О, это был спектакль, - он усмехнулся, и от этого звука у тебя внутри всё сжалось. - Он так долго плакал. Свернулся в комок, трясся, как ребёнок. Будто тебя уже не было.
Ты смотрела на него. На эти чужие глаза, на эту чужую улыбку. Пыталась увидеть там Хёнсу, того, кто держал тебя за руку, когда ты задыхалась. Но не находила.
- Перестань, - прошептала ты.
- Что? - он приподнял бровь. - Расстраиваю тебя?
- Перестань, - повторила ты громче. Глаза наполнились слезами. - Это не ты.
Он замер. На секунду.
- А кто? - спросил он тихо. И в этом голосе на миг прорвалось что-то живое.
Но тут же погасло.
- Я - это он, - сказал он спокойно. - Просто без всей этой... сентиментальности. Неужели ты думала, что ему нравится быть слабым? Нравится бояться? Нравится плакать?
- Ему нравилось быть человеком, - ответила ты. - Ему нравилось любить.
Хёнсу усмехнулся. Отвёл взгляд к костру.
- Человеком, - протянул он. - А я стал сильнее.
- Ты стал никем.
Он посмотрел на тебя.
- Ты всегда была смелой, - сказал он. - Даже когда он прятал тебя от мира.
- Он не прятал. Он был рядом.
- Как сейчас?
Ты не ответила.
Со стороны леса донёсся тяжёлый, глухой звук, будто что-то огромное рухнуло на землю, и она содрогнулась, отозвалась дрожью под ногами. Птицы взметнулись вверх с криком, и на секунду стало тихо.
- Посмотрю, что там, - Хёнсу поднялся с земли, отряхнул чёрный пиджак и вышел. Его шаги были лёгкими, почти бесшумными.
- Пойдём? - тихо спросила ты у Чанёна.
Он кивнул. Молча собрал вещи, закинул рюкзак на плечо. Вы вышли на улицу, в серый, умирающий свет.
- Что это там? - ты указала за верхушки деревьев. Что-то огромное двигалось там.
- Бежим, - Чанён сорвался с места.
Ты побежала следом. За ним, за Хёнсу, за этим звуком, который разрывал тишину.
Вы выбежали из леса на поляну.
И замерли.
Огромный, мускулистый монстр извивался в центре, он возвышался над деревьями, над небом, над всем. Ты даже представить не могла, сколько метров составлял его рост. Он метался, крушил землю, ломал вековые стволы, и его крик был таким, что хотелось закрыть уши и упасть на колени.
Хёнсу был на нём.
Он пронзил монстра крылом и скользил вверх, вниз, разрезал плоть, оставляя глубокие, чёрные раны. Монстр отзывался криком, дёргался, пытался сбросить его, но Хёнсу держался крепко. Его лицо было спокойным, почти равнодушным. Он убивал не спеша, со вкусом, будто наслаждался каждым движением.
В стороне, у самой опушки, ты заметила парня.
Он стоял, прислонившись к дереву, в полосатой кофте, с руками в карманах. Его ты не знала. Но он смотрел не на монстра, он смотрел на Хёнсу. Ждал, когда тот окажется внизу. И улыбался.
- Сейчас вернусь, - сказала ты Чанёну и шагнула вперёд.
Рука сама нашла раскладной нож в кармане. Ты шла медленно, стараясь не шуметь, не привлекать внимания. Парень не видел тебя, его глаза были прикованы к Хёнсу.
Ты почти подошла.
И в этот момент Хёнсу оказался перед ним.
Быстрее, чем ты успела моргнуть. Быстрее, чем парень успел дёрнуться. Он стоял вплотную, глядя сверху вниз, и его крыло всё ещё было в крови.
Парень замер. Улыбка исчезла.