71 глава
Ты простояла в коридоре ещё недолго, прислонившись спиной к холодной стене. Силы утекали стремительно, сердце, казалось, высосало из тела всё до последней капли, оставив только тяжёлую, ватную слабость. Даже моргать было трудно, веки налились свинцом, и каждый раз, когда ты закрывала глаза, хотелось оставить их так навсегда.
Ты опустилась на лавочку у палаты. Дерево было холодным, но сил искать место поуютнее уже не осталось.
Рядом бесшумно опустилась Ыню.
Ты скосила на неё взгляд. Она сидела тихо, сложив руки на коленях, и смотрела куда-то в пол.
- Как ты? - спросила она. Голос был тихий, без обычной для неё бодрости.
- В порядке, - ответила ты, откидываясь на стену. Слова выходили сами собой, бездумно.
- Проблемы с сердцем? - она все еще не смотрела на тебя.
- Вроде того, - ты закрыла глаза.
Между вами повисла тишина.
- Знаешь, - начала Ыню, и в её голосе проскользнуло что-то похожее на вину, - я должна тебе кое-что объяснить.
Ты открыла глаза. Повернула голову.
- Мы познакомились с Хёнсу год назад, - сказала она, глядя куда-то в пустоту коридора. - До того, как всё началось. Он переехал в дом, где я жила. Там же собрались другие выжившие. Мы вместе прятались и пытались выжить.
- Ты говорила, что знала его раньше, - тихо сказала ты.
- Я сказала, что мы были знакомы, - поправила она. - И это правда. Мы были знакомы. Жили в одном доме. Виделись в коридоре. Иногда перекидывались парой слов. Всё.
Ты смотрела на неё. На её спокойное лицо, на руки, сцепленные на коленях.
Она помолчала, потом добавила:
- Так что ничего у нас не было, - закончила она. - Никогда. Просто дом, в котором жили одни и те же люди. И он был одним из них.
- Зачем ты мне это говоришь? - спросила ты.
- Потому что не хочу, чтобы ты думала, что я ему нужна, - ответила она. - Или он мне. Он вообще никому не нужен был в том доме. Все боялись его. Думали, что он монстр.
- Он не монстр, - сказала ты твёрже, чем хотела.
- Я знаю, - Ыню улыбнулась.
Ты молчала. Смотрела на свои руки.
- Я тоже кого-то ждала, - вдруг сказала Ыню. - Кто-то был в моей жизни. До всего. И знаешь... я бы многое отдала, чтобы просто сидеть рядом с ним, как ты сейчас сидишь с Хёнсу. Или даже ссориться. Или молчать. Лишь бы он был рядом.
- Где он? - спросила ты тихо.
- Не знаю, - она покачала головой. - Может, жив. Может, нет. Я ищу. Но не нахожу.
Она встала, отряхнула штаны.
- Пойду осмотрюсь, может найду что то полезное.
- Ыню, - окликнула ты.
Она обернулась.
- Спасибо, - сказала ты. - Что рассказала.
Ыню улыбнулась. Впервые за всё время. И ушла.
Ожидание было мучительно долгим.
Ты смотрела на улицу каждые десять минут, вглядываясь в серый свет дневного города, вслушиваясь в тишину. Надежда угасала и загоралась снова с каждым новым взглядом в окно.
И это наконец произошло.
Хёнсу шёл не один. Рядом, чуть позади, держась на расстоянии, брела Ису. Она не держалась за руку, не смотрела на него, просто шла следом, как тень, как чужой человек, случайно оказавшийся на той же дороге.
Ты выбежала в коридор, когда они поднялись на этаж.
- Ису! - ты подошла к девочке, опустила руки ей на плечи. Пальцы чувствовали напряжение её тела, готового в любой момент вырваться. - Где ты была?
- Гуляла, - ответила она.
Это прозвучало холодно и сухо. Даже не взглянув на тебя, она отстранилась и прошла в палату, где лежала Игён. Её шаги были ровными, спокойными, такими спокойными, что становилось страшно.
Ты посмотрела на Хёнсу. Он стоял у стены, опустив глаза. Всё было сказано без слов. Ису перестала быть той, которую вы знали. Она стала кем-то другим. Но она пришла. Кем бы она ни была, она пришла к своей матери.
Вы стояли в коридоре вчетвером - ты, Хёнсу, Чанен и Ыню, которая тихо поднялась с лавочки и молча встала рядом. Никто не говорил. Только тихие звуки доносились из палаты, и вы ждали.
Ису вышла не скоро.
Её лицо было спокойным, даже безмятежным. В глазах не было слёз. Не было боли. Не было ничего.
- Вам больше не нужно оплакивать маму, - сказала она.
Ты замерла. Не поняла.
- Что?
В этот момент из палаты раздался громкий, глухой звук, что-то тяжёлое упало на пол. Ты дёрнулась, обернулась. Хёнсу уже бежал внутрь.
Игён лежала на полу. Кушетка была пуста. Её лицо было спокойным, почти безмятежным.
- Игён! - голос Хёнсу сорвался.
Ты обернулась.
Ису не было.
Ты рванула к лестнице, сбежала вниз, вылетела на улицу. Сердце бесконечно билось, перед глазами плыло, но ты бежала.
- Ису!
Девочка остановилась на дороге. Не обернулась. Стояла, как изваяние, в этом сером свете, и ждала.
Ты подбежала, схватилась за перила крыльца, пытаясь отдышаться.
- Куда ты уходишь? - спросила ты. - Останься с нами.
- Зачем? - она нахмурилась, и в этом движении бровей не было ничего детского.
- Что за вопрос? - ты не понимала. Не хотела понимать. - Потому что ты должна остаться с семьёй.
- Семьёй? - Ису фыркнула. - Ты человек. Как ты можешь быть моей семьёй?
- Но это не имело для тебя значения раньше, - тихо сказала ты.
- Раньше, - она выделила это слово, как приговор. - А теперь я вижу, кто вы есть. Ты даже не вылечилась.
- Ису...
- Постой, - её голос стал тихим, почти шёпотом, но от этого шёпота по коже побежали мурашки. - Ты же хотела, чтобы я обратила тебя в монстра? Хотела вылечиться?
- Ису, дело вовсе не в этом...
- Почему именно ты должна спастись? - перебила она. В её глазах разгоралось что-то тёмное. - Почему ты не заслуживаешь смерти?
Слова ударили, как пощёчина.
- Ису, - ты не знала, что сказать. Не могла поверить, что слышишь это от неё. От той, кого держала за руку. - Что ты такое говоришь?
- Так у тебя нет ответа? - она фыркнула, и в этом звуке было столько презрения, что у тебя подкосились ноги. - Так и знала.
Она развернулась и пошла. Просто пошла, не оборачиваясь, не колеблясь. Её фигура становилась всё меньше, пока не исчезла совсем.
Ты опустилась на крыльцо больницы.
Смотрела в пол. В грязные ступеньки, в трещины в асфальте, в свои руки, которые дрожали. В голове было много мыслей, они мешались, путались, не складывались в одну.
Где ты ошиблась? Когда? В какой момент всё пошло не так?
Сердце болело. Но не так, как от болезни. Эта боль была острее, глубже и безнадёжнее.