56 глава
Ты открыла глаза и несколько секунд просто лежала, глядя в потолок.
Сознание медленно возвращалось урывками. Сначала просто свет, потом знакомые трещины на деревянных досках, потом запах кофты Хёнсу, твоей подушки, чего-то ещё, неуловимого.
А потом память вернулась.
Вчерашний вечер. Туалет. Тошнота. Дверь, запертая изнутри. Его голос. Слёзы. Крики. Кулаки, разбивающие стены. Его руки, гладящие по спине.
Ты закрыла глаза.
- Нет, - прошептала ты в пустоту. - Только не это.
Но воспоминания накатывали волнами. Каждая деталь всплывала с ужасающей чёткостью: как ты визжала, выгоняя его; как била кулаками в стены, раздирая кожу; как рыдала, уткнувшись лицом в колени; как слюни и слёзы текли по подбородку, и ты даже не вытирала их. Как ты была жалкой. Слабой.
- О боже, - выдохнула ты, закрывая лицо руками. - Что я наделала...
Ты вспомнила, как кричала, что никому не нужна. Как обвиняла его во лжи. Как заставляла уйти, хотя на самом деле хотела, чтобы он остался. Как он всё равно остался. Как сидел на холодном полу, пока ты рыдала.
Щёки вспыхнули жаром. Стало физически больно от стыда.
Ты повернула голову.
Рядом, на соседней подушке, лежал Хёнсу.
Он спал. Крепко, впервые за долгое время. Лицо расслабленное, руки раскинуты, дыхание ровное и глубокое. Видно было, что он вымотался, под глазами тени, щёки впали, даже во сне брови чуть сдвинуты, будто он всё ещё за кого-то переживал.
Ты посмотрела на свои руки. Костяшки были аккуратно замотаны бинтами. Он обработал. Пока ты спала и не видела.
В горле встал ком.
Как он может до сих пор быть рядом после всего этого? После того, как ты орала на него, выгоняла, обвиняла? После того, как ты развалилась на куски прямо у него на глазах?
Ты осторожно, стараясь не шуметь, села на кровати. Голова тут же отозвалась тупой, противной болью. Перед глазами на секунду потемнело, пришлось посидеть неподвижно, пережидая.
Потом пришла тяжесть в груди. Знакомая, привычная. Сердце ныло, будто тоже пережило вчерашнее.
Ты прижала ладонь к груди. Тук-тук. Тук-тук. Слишком быстро, слишком слабо.
Дышать было трудно. Каждый вдох давался с усилием, лёгкие работали, но кислорода всё равно не хватало. Ты замерла, прислушиваясь к себе - обычное утро? Или последствия вчерашнего?
Неважно. Важнее было то, что горело внутри сильнее любой боли. Это стыд.
- Не спишь?
Голос Хёнсу выдернул из мыслей. Ты даже не заметила, как он открыл глаза.
- Нет, - ответила ты, не глядя на него. - Проснулась.
Он сел. Потянулся, хрустнул шеей. Посмотрел на тебя.
- Как ты?
- Нормально.
- А если честно?
Ты промолчала. Смотрела куда-то в стену, только бы не на него. Щёки горели.
- Т/и.
- Что?
- Посмотри на меня.
Ты не обернулась. Не могла. Если ты посмотришь на него, то увидишь в его глазах жалость. Или осуждение. Или, что хуже, понимание. А это было бы невыносимо.
- Т/и, - повторил он мягче.
- Я не могу, - прошептала ты.
- Чего не можешь?
- Смотреть на тебя. После вчерашнего.
Он молчал. Потом подвинулся ближе. Сел рядом, почти вплотную.
- Из-за того, что случилось?
- Ты видел меня такой. - Голос содрогнулся. - Жалкой. Слабой. Истеричной. Я кричала на тебя. Выгоняла. Говорила ужасные вещи.
- Т/и...
- Я стены била, Хёнсу. Как ненормальная. Рыдала в голос. Меня вырвало, и я сидела и выла. Ты это видел. Ты всё это видел.
Голос сорвался. Ты закусила губу, пытаясь не разреветься снова.
- И после этого ты должен был уйти. Просто взять и уйти. Оставить меня там. Но ты не ушёл. Ты сидел рядом. На этом грязном полу. И гладил меня по голове.
Он молчал. Просто слушал.
- Почему? - выдохнула ты. - Почему ты не ушёл?
- Потому что я люблю тебя.
- Даже после такого?
- Особенно после такого.
Ты зажмурилась. Горячие слёзы всё-таки прорвались, скатились по щекам.
- Ты не понимаешь, -- прошептала ты. - Я теперь по-другому не могу на тебя смотреть. Каждый раз, когда увижу тебя, буду вспоминать, какой жалкой была.
- А я, когда вижу тебя, вспоминаю, какая ты сильная.
- Что?
Он взял тебя за руку.
- Ты сломалась. Это бывает. Ты не железная. Но ты не осталась там, а встала и пошла дальше. Ты всегда идёшь дальше. Это и есть сила.
- Я не...
- Т/и, - перебил он. - Посмотри на меня.
Ты медленно, очень медленно, повернула голову.
Он смотрел на тебя. В глазах не было жалости. Не было осуждения. Только тепло. Только любовь. Только эта его бесконечная, глупая, удивительная преданность.
- Ты не жалкая, - сказал он. - Ты просто сильно устала.
- Ты правда так думаешь?
- Правда.
Ты смотрела на него. На его уставшее, но спокойное лицо. На синяки под глазами. На руки, в которых он держал твои.
- Прости меня, - прошептала ты. - За всё.
- Не смей извиняться, - уверенно сказал Хёнсу, - Никогда не извиняйся за то, что тебе больно. Поняла?
Ты кивнула. Слёзы всё ещё текли, но уже легче, спокойнее.
Он наклонился и поцеловал тебя в лоб.
За завтраком ты сидела как можно тише.
Слова Хёнсу, сказанные утром, немного успокоили, но только немного. Стыд всё ещё сидел внутри, липкий и тяжёлый, не желая отпускать. Ты не могла смотреть в глаза ни Хёнсу, ни Игён, ни тем более Ису. Казалось, все знают. Все видели. Все помнят, какой жалкой ты была вчера.
То, что случилось вчера, было твоим самым ужасным кошмаром. И он произошёл в реальной жизни.
Ты ковырялась в тарелке, делая вид, что очень занята едой. На самом деле кусок в горло не лез. Тошнота ещё не прошла до конца или это от нервов, или от вчерашней таблетки, или от всего сразу.
Игён встала, подошла к шкафу. Достала новую упаковку, очередную, какую-то по счёту. Поставила на стол перед тобой.
- Сегодня попробуем другую дозировку, - начала она. - Поменьше, чем вчера, может...
- Я больше не буду ничего пить, - перебила ты.
Голос прозвучал твёрдо. Даже для себя неожиданно твёрдо. Стыд отступил на секунду, уступая место решимости.
Игён замерла. Рука с упаковкой остановилась на полпути.
- Что?
- Я сказала хватит. - Ты подняла глаза. Посмотрела на неё впервые за всё утро. - Я хочу просто жить. Спокойно. Сколько осталось. Без этих мучений.
Игён молчала. Смотрела на тебя долгим, внимательным взглядом. Потом медленно кивнула.
- Я понимаю.
Она опустилась за стол. Тяжело, будто разом потеряла всю свою уверенность.
- Извини, - тихо сказала она. - Я только хуже сделала. Зря влезла со своими таблетками.
- Нет, - возразила ты. - Ты дала мне надежду. Пусть ничего не вышло, но ты дала мне хоть что-то. Для меня это важно.
Игён подняла уставшие глаза.
- Спасибо, Игён, - тихо сказал Хёнсу, сидящий рядом.
Игён кивнула.
Повисла неловкая пауза, заполненная всем тем, о чём никто не говорил вслух.
Ты снова опустила глаза. Смотреть на них было трудно. На Хёнсу, который видел тебя вчера в самом страшном твоём кошмаре. На Игён, которая потратила столько сил впустую. На Ису, которая даже не понимает, что происходит, но всё равно чувствует.
- Простите меня, - сказала ты, уткнувшись в тарелку. - За всё, что было вчера. И вообще за всё. Я знаю, у меня не самый лучший характер.
Ису тут же вскочила со своего места. Подбежала, уткнулась лицом в твою кофту, обхватила руками за талию. Крепко-крепко, как только умеют дети.
- Т/и, мы тебя всегда любим, - сказала она в твой живот.
У тебя защипало в глазах.
- Я тебя тоже, - прошептала ты, гладя её по голове.
Игён смотрела на вас. Потом сказала тихо, но твёрдо:
- На твоём месте никто бы не продержался так долго. Ты сильнее, чем думаешь.
Хёнсу ничего не сказал. Просто положил свою руку поверх твоей, лежащей на столе. И сжал.
Ты выдохнула.