9 глава
Время потеряло смысл.
Прошла ещё неделя. Или две. Ты не знала точно, дни просто сменялись ночами, ночи - утрами, а это было единственное, что тебе необходимо знать. Календари остались в прошлой жизни, вместе с расписанием уроков, планами на будущее и людьми, которые могли бы сказать: "Сегодня пятница".
Сегодня было особенно холодно.
Пальцы коченели даже в перчатках, изо рта вырывался пар, а бетонные стены гаража, казалось, промёрзли насквозь. Высовывать нос на улицу не хотелось категорически. Ты сидела внутри, закутавшись в найденное где-то старое одеяло, и в сотый раз проверяла систему раннего оповещения.
Бутылки на лесках висели ровно, контакты были заизолированы, сигнальные нити почти незаметны. Ты знала это, но всё равно проверила. Привычка. Та, что уже не раз спасала жизнь.
Твой новый дом менялся.
Он уже не казался просто гаражом, он стал убежищем. Крепостью. Местом, где можно было дышать. Ты разложила вещи по полкам, соорудила подобие лежанки из старых покрышек и досок, накрытых одеялами. В углу стояли бутылки с водой, аккуратно, ровными рядами. На самодельном столике банки с консервами, открывашка, несколько книг и комиксов. В другом углу оружие: копьё, нож, цепь, запасные саморезы и гвозди.
Всё на своих местах. Всё под рукой.
Ты привыкла к этому месту. Настолько, что уходить отсюда уже не хотелось.
Ловушки работали безупречно.
За эти недели через них прошло пятеро монстров. Ты уже не считала дни, но тела считала. Каждое - подтверждение: ты делаешь всё правильно. Они задевали леску, механизм срабатывал. Гвозди вонзались в плоть, ток парализовывал тварь, а потом ты выходила наружу с бензином и зажигалкой.
Сжигала.
До углей, до чёрной корки, до хрусткого пепла, который ветер разносил по пустырю. А потом возвращала ловушки в исходное состояние.
Сегодня можно было не выходить. Сегодня можно было просто сидеть в тепле, читать комиксы и не думать ни о чём. Ты это заслужила.
После обеда бутылки запели.
Ты подскочила мгновенно, тело среагировало быстрее, чем сознание успело проснуться. Натянутые лески дёргали стекляшки, и те бились друг о друга в бешеном ритме.
Это был не ветер.
Ты подкралась к двери, прижалась ухом к холодному металлу. Сердце колотилось стучало в ребра, но дыхание ты держала ровным.
Минута. Две.
Тишина. А потом резкий, хлёсткий звук сработавшей ловушки. И следом вскрик.
Приглушённый. Короткий. Но такой, от которого внутри всё оборвалось.
Это был не рык монстра.
Ты замерла, прижавшись лбом к холодной двери. В голове пронеслось всё сразу. Выживший. Заражённый. Приманка. Ловушка на ловца.
Вспомнился отец. Его глаза в последний момент. Пустые и чужие.
Звуки стихли.
Тишина давила, требовала действий.
Ты медленно, очень медленно толкнула железную дверь. В одной руке была канистра с бензином. В другой зажигалка.
Снаружи было холодно и серо. Ветер трепал волосы, задувал под куртку.
Ты сделала шаг и посмотрела туда, где стояла ловушка.
Посреди твоей ловушки лежал человек.
Парень. Тёмно-зелёная кофта, разорванная в нескольких местах. Чёрные штаны, заляпанные грязью и чем-то тёмным. Чёрные волосы разметались по земле.
Глаза закрыты. Брови чуть сведены, даже в беспамятстве тело помнило боль.
- Твою мать, - выдохнула ты одними губами.
Руки сами, на автомате, опустили канистру на землю. Зажигалка отправилась в карман. Дверь осталась открытой.
Ты подошла ближе. Заглянула в лицо. Глаза обычные, не те пустые, что были у отца. Руки обычные, без костяных наростов. Дышит.
Пока человек.
Ловушка держала его крепко. Несколько гвоздей вошли в кофту, но, кажется, не задели тело, ткань плотная, приняла удар. Провода опутывали ноги. Аккумулятор всё ещё гудел, готовый дать новую порцию тока.
Ты отключила питание. Потом, матерясь сквозь зубы, начала распутывать провода, выдёргивать гвозди из ткани, отцеплять лески. Пальцы не слушались, то ли от холода, то ли от нервов.
Если он окажется монстром, ты об этом пожалеешь. Если он человек, ты не сможешь жить с мыслью, что оставила его умирать.
- Ну и тяжёлый же ты, - прошипела ты, когда пришло время тащить.
Ты взяла парня под мышки, упёрлась ногами в землю и потащила. Метр. Ещё метр. Спина взмокла, руки тряслись от напряжения, ноги скользили по примёрзшей траве.
До гаража оставалось несколько шагов, когда нога поехала. Ты рухнула на колени, едва не уронив парня головой о бетонный пол. Ты вскрикнула от боли, но зубы сжала и доползла.
Втащила.
Закрыла дверь.
Прислонилась спиной к холодному металлу и несколько минут просто сидела, хватая ртом воздух. Парень лежал у входа, бледный, неподвижный, только грудь вздымалась мелко и часто.
Ты подползла к нему на коленях. Схватила одеяло, то самое, тёплое, в котором сама спала последние недели и накрыла его, оставив только лицо. Пальцы коснулись лба - горячий.
Ты откинулась назад, села на холодный пол и обхватила колени руками.
В гараже было тихо. Только ветер посвистывал в щелях, только сердце колотилось где-то в ушах, только парень под одеялом дышал. Неровно, но дышал.
Ты смотрела на него и не знала, радоваться или злиться.
Человек. Впервые за столько недель живой человек. Не монстр. Не труп. Человек, который дышит, которому больно, который может заговорить.
Или может оказаться тем, кем стал твой отец.
Зажигалка в кармане грела пальцы. Бензин остался у двери.
Ты тяжело вздохнула и уставилась в потолок.