35 глава
Сознание возвращалось медленно, будто продираясь сквозь толщу ледяной воды. А потом ты открыла глаза и закричала.
Крик вырвался сам, неконтролируемый, полный такой агонии, будто все чёрные шипы Юмена всё ещё торчали из твоего тела. Ты чувствовала их, каждый, во всех деталях: холодную гладкую поверхность, разрывающую плоть; тупую пульсацию в ранах; тяжесть чужеродных предметов внутри.
Но боль ушла так же внезапно, как пришла.
Она просто исчезла, оставив после себя только дрожь в мышцах, сбившееся дыхание, мокрый от пота лоб. Ты лежала на холодном полу в общей комнате. Знакомый потолок. Знакомые стены. Знакомый запах пыли и сырости.
Сколько ты провалялась здесь? Ты не знала. Всё это время, пока была без сознания, ты находилась в темноте, не во сне, не в забытьи, а в чём-то среднем, где не существовало ни времени, ни мыслей, ни чувств. Только пустота. Тягучая, бесконечная, почти уютная.
Тихий звук заставил повернуть голову.
В дверях стояла Джису.
Она смотрела на тебя, и в этом взгляде было что-то, от чего сердце сжалось сильнее, чем от любой физической боли. Она будто боялась. Боялась подойти, боялась заговорить, боялась тебя.
Ты встала со старого матраса, чувствуя, как тело всё ещё ломит после случившегося.
- Что произошло? - ты подошла к Джису, стараясь, чтобы голос звучал ровно, - Где Хёнсу? Он в порядке?
- А ты в порядке? - Джису смотрела на тебя жалобно, и в этом взгляде уже не было того страха, который тебе почудился спросонья. Может, ты просто спутала его с чем-то другим. С усталостью. С тревогой.
- На ногах стою, - ты опустила глаза. Ты ненавидела, когда тебя жалели. Жалость всегда вставала комом в горле, мешала дышать, заставляла чувствовать себя слабой и никчёмной.
- Он в изоляторе, - тихо ответила Джису, - Плохо помнит произошедшее.
Ты молча кивнула и поплелась к парню, хотя понятия не имела, что скажешь, когда увидишь его. После того, как ты едва не умерла, внутри скопилось столько слов, что они, казалось, могли бы заполнить эту комнату до потолка. Но сказать их вслух, значило признать что-то, на что ты пока не была готова.
Хёнсу сидел в изоляторе, уставившись в экран телефона. Он и правда выглядел так, будто ничего не помнит, отстранённый, погружённый в себя, далёкий.
Ты замерла в дверях, рассматривая его со стороны. И поняла: пока не готова. Что-то останавливало, что-то пугало в этой картинке - в нём, в себе, в том, что могло бы сейчас произойти между вами.
Так и не войдя, ты развернулась и ушла обратно в общую комнату.
- Простите, - Ёнсу обратился к Игён, которая сидела неподалёку от тебя, - Дедушка не просыпается, - Игён сорвалась с места и направилась туда, где спал Гильсоп. Ты последовала за ней.
- Господин Ан, проснитесь, - девушка потрясла мужчину, но его тело и лицо оставались неизменными. Игён положила палец на шею Гильсопа и медленно посмотрела на тебя. Ты поняла всё без слов.
Через пару часов все собрались в подвале. Сырой, холодный, освещённый тусклым светом нескольких окон, он стал местом прощания. Гильсоп и Бёниль. Два человека, которых больше нет.
Бёниль закрыл собой Хеин. Принял пулю, которая предназначалась ей. Ты смотрела на их тела, на лица присутствующих, и в голове пульсировала одна мысль: если бы ты продержалась ещё немного, если бы не отключилась, если бы смогла дать отпор раньше, этого бы не случилось. Если бы ты была смелее, сильнее, быстрее... многие из этих людей остались бы живы.
Ты опустила глаза, чувствуя, как внутри разрастается тяжёлое, липкое чувство вины. Оно заполняло грудь, сковывало движения, мешало дышать.
- Что это? - голос Сынвана вырвал тебя из мрачных мыслей. Он указывал в дальний угол подвала, туда, где в бетонном полу темнел едва заметный люк.
Игён подошла ближе, всмотрелась.
- Господин Ан всё же нашёл его, - тихо сказала она.
Бомбоубежище. То самое, которое Гильсоп искал до самого утра. То, ради которого копался в подвале, не жалея больного сердца. Он нашёл его. Уже не для себя.
- Упокойся с миром, - прошептал Ынхёк, и в тишине подвала его слова прозвучали отчётливо.
Ты сжала губы и перевела взгляд на люк. Спасение было так близко. Но цена, которую за него заплатили, оказалась слишком высокой.
До самого вечера ты просидела в холле, смотрела на улицу, где тонким слоем на землю ложился снег. Ты много думала, в основном о Со Ин. Ты лишь надеялась, что с ней всё хорошо и в скором времени ты сможешь ее увидеть.
Ближе к ночи тишину разорвал нарастающий гул. Вертолёт и десятки двигателей. Тяжёлая техника, окружившая здание со всех сторон.
Голос из громкоговорителя врезался в воздух, холодный и беспощадный:
- Вы окружены. Немедленно сдайте заражённых. Оставшихся в живых направят в безопасный лагерь.
Фраза повторялась снова и снова, механически, безэмоционально. Ты застыла на лестнице, пытаясь понять, кто мог вас сдать. Кто из своих сказал им, где вы, кто именно здесь прячется.
Ты сделала шаг к выходу, но земля дрогнула.
Прозвучал взрыв. Глухой, тяжёлый, он пришёл откуда-то снизу, из-под земли. А за ним последовал град выстрелов. Солдаты палили прямо по дому, не разбирая, не жалея.
Ты зажала уши ладонями, вжалась в ступеньки, пытаясь стать маленькой, незаметной, несуществующей. Каждый новый выстрел отдавался в висках пульсирующей болью.
Когда стихло, ты подняла голову.
В холл вышел Хёнсу. Медленно, будто во сне, он направился к выходу.
- Хёнсу, стой! - ты вскочила, догнала его и схватила за руку. Пальцы сжались на его запястье, не давая сделать следующий шаг. - Куда ты собрался?
Он остановился, но даже не посмотрел на тебя. Взгляд был устремлён куда-то вперёд, в темноту за дверью.
- Выжившим обещают убежище, если солдаты получат особенного заражённого.
- Ты в это веришь? - ты не скрывала удивления, - Невозможно создать безопасное убежище. Это ложь.
- Дело не только в этом, - Хёнсу наконец повернулся к тебе. В его глазах было что-то, от чего было не по себе, - Если таким образом человечество получит лекарство... я готов быть испытуемым.
- Но что, если ты просто погибнешь? - слова вылетали сами, ты лихорадочно искала аргументы, миллион причин, чтобы он остался. Но в голове было пусто.
- А это имеет значение?
- Да. Для меня имеет.
Ты сказала это твёрдо. Глядя прямо в глаза. Надеясь, что эти простые слова перевесят всё остальное.
Хёнсу опустил голову.
- Оставайся с остальными. Мне пора.
- Стой, - выдохнула ты почти беззвучно.
А потом шагнула к нему и обняла. Крепко, до хруста, до боли, до последнего вздоха. Прижалась так, будто видела его в последний раз. И возможно, так оно и было.
Он замер, не ожидая. Ты чувствовала, как напряглись его плечи, как неровно забилось сердце где-то под твоей щекой.
- Я не пойду с ними, - прошептала ты, отстраняясь ровно настолько, чтобы взять его за руку, - У меня есть свои дела.
Из кармана ты достала плетёный тканевый браслет, тот самый, который делала долгими днями в изоляторе, перебирая нитки, думая о нём, вплетая в каждый узел то, что не решалась сказать вслух.
Ты надела браслет ему на запястье, и он лёг на кожу тонкой цветной нитью. Твои пальцы замерли, обвивая его руку, будто запечатывая эти слова и этот момент.
- Это наша с тобой последняя связь, - тихо сказала ты, - Вспоминай обо мне хоть иногда.
Не дожидаясь ответа, ты подхватила с лестницы рюкзак, собранный заранее, приготовленный для этого момента, и шагнула вверх по ступеням. Туда, где ждала темнота, где ждали твои "дела", где ждало будущее, в котором вы, возможно, больше не встретитесь.
Ты не обернулась. Боялась, что если обернёшься, не сможешь уйти...
----------------------------------------------------------
Дорогие читатели, первая часть этой истории закончена!
Вторую часть вы можете найти в моем профиле.
Хочу выразить огромную благодарность всем своим читателям и жду от вас честных отзывов и предложений 💞