7.
Из-за полного отсутствия опыта - он и сам почти не смотрел стримы - после нескольких фраз Юй Линь невольно поджал губы. Его накрыла застенчивая неловкость: говорить больше было не о чем. Ему даже стало стыдно за собственную неразговорчивость.
Он мельком взглянул на телефон, лежащий рядом, и, увидев на заставке сияющего жизнью Гун Шии, вдруг оживился - в голову пришла тема.
В голосе зазвенела радость, и он бодро спросил:
- А у вас есть любимые звёзды? Давайте поговорим о наших кумирах!
Упорно сидевшие в стриме фанаты:
- ?????
«Брат... ты вообще слышишь, что говоришь?»
Аккаунт у Юй Линя был новый, донатов не было, а значит - и особой видимости. В стрим люди то заходили, то выходили; в итоге осталось около сотни зрителей - в основном его собственные фанаты.
Подумав, они начали печатать:
[Если хочешь комплиментов - так и скажи.]
Наш любимый артист - разве не ты?
Кто-то с молниеносной скоростью сбегал на Weibo, скопировал фанатские цитаты из чужих фандомов, поменял имя - и засыпал экран сплошной стеной текста:
[Вдруг экран стал слишком ярким - я уменьшала яркость, но ничего не помогло. А потом поняла: это ты светишься из моего телефона! [сердце]]
[Брат Юй, я тебя люблю [сердце]. Ты - выпускная работа Нюйвы [роза], перерождение Нарцисса [цветы]]
*(Нюйва - фигура из кит. мифологии, богиня-творец и создательница человечества)
[Я не собака и не хочу ею быть, но увидев тебя, сама надеваю поводок. Знаешь почему? Потому что я добровольно твоя лижущая собака .]
Юй Линь, не отрываясь смотрел в экран:
- ...
Эти фразы были до боли знакомы. Он точно видел их раньше - на фанатском сайте Гун Шии.
Более того, некоторые особо удачные он тогда даже тайком копировал и отмечал самого Гун Шии.
Но когда эти слова обрушились уже на него самого, Юй Линь впервые понял, что значит «сложные чувства». Нельзя сказать, что это плохо - его ведь хвалят... но разве можно честно не признать, что это слегка... жирновато?
Юй Линя редко хвалили напрямую. И пусть эти «радужные пуки» - универсальный язык фанатских кругов, после секундного замешательства радость всё же взяла верх.
Он ведь не пустое место в индустрии. Не безымянный фон, не злобный бумажный «мальчик-неудачник». У него есть фанаты, которые пишут ему комплименты.
Покраснев, он слегка кашлянул и вежливо ответил:
- Спасибо.
Этого «спасибо» оказалось достаточно - чат тут же взбунтовался ещё сильнее. Радужные пуки посыпались нескончаемым потоком: качество - под вопросом, зато количество - вне конкуренции. Пара сотен человек создавала ощущение десятитысячной толпы.
Фанаты вовсе не были бездельниками - написать пару комплиментов несложно. Просто в сочетании с тем, как Юй Линь буквально сиял от счастья, стараясь при этом выглядеть спокойным, это выходило невероятно мило.
Раньше они узнали его по крошечной роли второго плана, подписались на Weibo, а дальше? Продвижения почти не было. Иногда он выкладывал селфи, в остальное время - тишина. Фанаты знали, что он снимается, порой видели папарацци-кадры, но ни один проект так и не вышел.
Постепенно часть людей ушла - к более активным, более заметным артистам. Для многих слежка за звёздами - всего лишь развлечение. Ты не появляешься - чем развлекаться? Уйти вполне нормально.
Те, кто остался, испытывали к Юй Линю симпатию, но почти не знали его. А значит, и эта симпатия была неглубокой, случайной: сегодня нравится - завтра уже нет.
И вот этот стрим, начатый из-за травмы и нехватки денег, неожиданно дал фанатам причину остаться. Теперь они могли общаться с ним напрямую.
Прошло всего несколько минут, а образ Юй Линя в их глазах стал объёмнее.
Раньше он был просто красавцем - таким, что можно было смело противопоставить «деткам капиталистов». Его фанаты гордились своим вкусом: пройти сквозь толпу и выбрать самого красивого - вот правильный способ фанатеть.
А теперь вдруг выяснилось, что этот красивый «наш» ещё и характером хорош. Его образ перестал быть пустым словом «красивый» - он стал живым, трёхмерным.
Достаточно было посмотреть, как он читает комплименты и за пару минут краснеет до самой шеи, чтобы понять: этого человека очень легко смутить.
И пока Юй Линь радовался, ни о чём не подозревая, его фанаты уже тихо-молча начали менять обращения с «гэгэ» на «диди».
*(диди - младший брат)
Они эволюционировали.
[Привет, дорогой! Друзья сказали, что сегодня жарко, а я только улыбаюсь и качаю головой. И что это? Даже не половина того жара, что в моём сердце, когда я люблю тебя~]
[Я обошёл кондитерскую, ничего не купил. Эта лавка не особо: внешне не дотягивает до тебя, сладость тоже не дотягивает. Так что есть десерт лучше дома - у тебя]
Юй Линь, который до этого улыбался... постепенно завис.
[Принцесса Линьлинь [розочка во рту], ты - фея с небес, ангел, и где бы ты ни появлялась, всё вокруг склоняется перед тобой.]
[Дорогая, лишние слова не буду говорить, просто пойдем домой, дорогая. Ты такая красивая, как можно оставаться одной? Давай в следующий раз куда-нибудь, я пойду с тобой, дорогая.]
Юй Линь окончательно впал в ступор...
Его фанаты... что это вообще было?
Не то чтобы пуки были неподходящие, эти фанаты пришли просто неподготовленными.
Неумелый в словах Юй Линь растерялся, мозг заклинило. И что он сделал? Дал фанатам показательный урок: когда неловко, можно выглядеть занятым.
Он встал, хромая, хотел уйти, но вспомнил, что нужно зарабатывать, и сел обратно.
Пошевелил рукой, хотел поправить волосы, но это была загипсованная рука, поэтому пришлось ее опустил.
Глаза бегают, губы сжаты, взгляд напряжён, и с головы до ног он словно кричит: «Что мне делать, чтобы сменить тему?»
Про «радужные пуки» нужно забыть, пусть и редко хвалят, но это слишком... перебор.
Юй Линь, суетливо шаря по комнате, открыл ящик и нашёл новую тему разговора:
- Давайте посмотрим, что нарисовал мой малыш!
Он показал рисунок, который нарисовал Юй Личжи сам - всю семью: папу, маму и себя.
Простая бумага, простые фломастеры - просто чтобы ребёнок поиграл. Когда родители Личжи были живы, его жизнь была цветной, игрушки дорогие, канцелярия - премиум. Потом родители умерли, и ребёнка передали Юй Линю без копейки.
Юй Линь тоже был не богат: мог купить только дешёвую бумагу и карандаши, чтобы Личжи развлекался, когда его самого нет дома.
Однажды Личжи нарисовал эту картину, и Юй Линь, вернувшись поздно, забрал её себе.
Рисунок не мастерский, но он передаёт сцену из памяти ребёнка: линии аккуратные, хотя перспектива кривовата; видно диван, а на нём криво сидят два взрослых, а у их ног - малыш на полу с игрушкой.
Так тепло, что слёзы наворачиваются.
Но фанаты на это среагировали не очень дружелюбно.
[«Мой малыш»?]
Их двадцатилетний маленький кумир уже женат и имеет ребёнка?
Такое обсуждать нельзя!
Фанаты в панике: когда он успел завести отношения, когда родил ребёнка, разве можно оформлять брак в таком возрасте?
Юй Линь глянул на чат и понял: тема отвлечена неудачно. Кто ещё может так дважды попасть в неловкость за одну трансляцию?
Смех ребёнка доносится в стрим - очевидно, что малыш есть.
Юй Линь поспешил объяснить:
- Нет, это не мой ребёнок.
Фанаты вздохнули с облегчением.
Он выглядел немного взволновано, прикусывая губу. Ему казалось, что он подготовился к стриму, а тут столько вопросов!
Он понимал: недостаточно быть гибким в контенте, нужно быть готовым ко всему - к чёрным фанатам, к безразличным зрителям, к отсутствию донатов, к чрезмерным подаркам...
И только начав стрим, он понял: самая важная подготовка - уметь оставаться спокойным и не выглядеть неловким в любой момент.
После краткого рассказа о Личжи Юй Линь наконец смог обрести контроль: не паниковать, дать себе право на ошибку, и осознать, что это совсем не катастрофа.
Фанаты поверили объяснениям Юй Линя. К незнакомому ребёнку у них особого интереса не было - куда занимательнее было наблюдать, как сам Юй Линь в панике мнётся и теребит пальцы от неловкости.
Заметив, что в чате снова пошли сальные заготовленные фразочки и беспорядочное «муж-жена», Юй Линь поспешно вернул разговор в нормальное русло и предложил спеть.
На самом деле фанатам было не так уж интересно слушать песни - куда веселее смотреть, как Юй Линь краснеет. Но раз уж он настаивал на выступлении, никто не возражал: что споёт - то и послушаем.
Юй Линь даже сел ровнее. Он тщательно выбрал старую песню прошлых лет - очень подходящую его образу: сдержанную, мягкую, похожую скорее на лирическое эссе, чем на страстный боевой манифест.
Пока он не начал петь, в чате ещё мелькали смешки. Но стоило ему открыть рот - и всё стихло.
Профессионализм в вокале дилетанты оценивать не брались, зато голос слышали собственными ушами.
Юй Линь пел предельно серьёзно. Он был из тех прилежных учеников, которые даже полностью выполнив задание, всё равно аккуратно расписывают каждый шаг, лишь бы ничего не упустить. В пении и в актёрстве он был таким же - не халтурил ни для себя, ни для зрителя.
Мягкий, тягучий голос лился через микрофон прямо в уши слушателей, и мир будто становился тише. Это была не скучная тишина, а спокойствие, в которое хотелось погрузиться - словно нашёл тихую гавань для души.
Когда он закончил, лишь спустя пару секунд кто-то осторожно написал:
[Это моя талантливая, красивая, давно потерянная невеста~~~]
Юй Линь:
- Хм! Лепить из меня глиняную фигурку не разрешаю!
Бунтующие фанаты расхохотались. Лепка из глины была не целью - цель была в том, чтобы посмотреть, как Юй Линь от смущения снова выглядит неловко.
Благодаря двум песням Юй Линь наконец получил свои первые донаты.
Подарки за прямую трансляцию были распределены следующим образом: бесплатные цветочки, романтические розы, букет признаний, грандиозный фейерверк и самый дорогой - сияющая звёзда.
Его фанаты эволюционировали от обычных зрителей до людей, которые начали дарить хотя бы букеты признаний.
После делёжки с платформой пополам, чистый доход за день составил 230 юаней.
Глаза Юй Линя засияли - ему так и хотелось выбежать, схватить Юй Личжи и несколько раз покружить его, а потом сказать:
- Малыш, нам больше не придётся просто проедать оставшиеся деньги и потом ждать, когда мы умрём с голоду!