Глава 4
Разговоры стихли, когда в зал вошли старейшины. Двое мужчин и женщина, все в одинаковых одеждах цвета выцветшего льна, с символами Совета Столицы на груди. Они не принадлежали ни одному клану. Их клан был городом, столицей, и они хранили его нейтралитет.
Старший мужчина, с редкими белыми волосами, жестом пригласил всех к вниманию. Его голос, лишённый эмоций, отдался в стенах зала:
— Совет открыт. Присутствуют шесть великих кланов и восемь родов второго круга. Сегодня мы обсуждаем вопрос внешней угрозы, исходящей от групп изгоев.
Каэлин сидел спокойно, пальцы в серебряных кольцах не шевелились. За него, как всегда, говорил Дэхви.
— Последние два месяца наш караванный маршрут через нейтральные территории был атакован трижды, — отчеканил он. — Пострадали торговцы, а не воины. Были убиты посланники от клана Эдхара и один мастер печатей.
Илар Эдхара вклинился со своим комментарием:
— Мы до сих пор не получили тело. Или подтверждения, что это не ваши люди его убили.
Каэлин поднял на него холодный взгляд. Но не сказал ни слова.
— Если бы он умер от наших рук, вам бы прислали его сердце в лотосовом ларце, — мягко сказал Дэхви, чуть улыбнувшись.
Среди старейшин кто-то едва заметно вскинул бровь. Затем заговорила Сэйна Канир.
— Наши пути тоже атакованы дважды. Караулы отбили обе попытки. Что важно, нападавшие двигались с координацией, не как отдельные группы.
— Изгои не могут координироваться, — прорычал Роа Таррок. Его голос отдавался в камне. — Это дикари. Они никогда не собирались в стаи. Кто-то из вас, — он обвёл взглядом зал, — возможно, помогает им. Или подталкивает.
— Не вам говорить о дикой ярости, Таррок, — резко отозвался Илар Эдхара. — Я всё ещё помню, как ваши люди ворвались на ярмарку в Калшане.
— Это было пятнадцать лет назад, павлин! Вы тогда ещё даже перья не отрастили.
— Хватит, — отрезала Сэйна, не повышая голоса.
Медленно заговорил Кадзи Сэнхо:
— Наши охотники нашли несколько тел. Людей, не имеющих запаха или отметок клана. Их тела не были изувечены, что странно.
Каэлин слушал молча, позволяя словам других обнажать их страхи, догадки, амбиции. Он знал, что подобные собрания никогда не решались на действия. Только готовились к ним. Но в этот раз ситуация была серьезнее. Речь шла не он налоговых пошлинах или стоимости ресурсов. Речь шла об общей угрозе.
Когда очередь вновь дошла до С'Найтов, он кивнул Дэхви. Тот продолжил, медленно и уверенно.
— Мы не предлагаем объединение под чьим-то знаменем. Мы предлагаем сеть. Информацию. Совместные патрули на стыке территорий. И, если потребуется, ответные удары — координированные. Система, не иерархия.
Некоторые молчали. Кто-то хмыкнул. Сэйна Канир произнесла:
— Мы поддержим это. Временные союзы для сохранения баланса — разумный шаг.
Кадзи Сэнхо кивнул.
— Волки не любят чужаков в стае. Но одиночество сделает нас уязвимыми.
Аширо Мурен тяжело вздохнул:
— Я не доверяю змеям. Ещё меньше доверяю тем, кто нападает из тени. Мы присоединимся. При условии, что решения будут приниматься коллегиально.
Только Роа Таррок и Илар Эдхара сохраняли напряжённое молчание. Каэлин знал, что паутина начинает плестись. И пусть кто-то ещё отказывается в неё входить, её нити уже чувствуются в зале.
В зале Совета началось бурное обсуждение. Голоса налетали друг на друга, перебивали, росли в силе. Кто-то уже поднялся со своего места, жестикулируя так, будто мог размахом рук склонить оппонентов к согласию. Среди этого словесного вихря Дэхви чувствовал себя как рыба в воде. Он говорил быстро, уверенно, с хищной улыбкой, бросая фразы, как удары — точно в слабые места аргументов. Он обожал спорить. Это была его сцена, его стихия. И хотя подобная возможность выпадала нечасто, сегодня он отрывался по полной. В отличие от него, Каэлин всё так же сидел неподвижно, не вмешиваясь, только слушая.
Каэлин перевёл взгляд на журавля. Омега не сказал ни слова за всё время, но Каэлин заметил, что тот внимателен. Когда в зале ненадолго повисла тишина, насыщенная взглядами и феромонами, один из старейшин медленно поднялся. Его ладонь легла на край стола, голос прозвучал ровно, почти устало:
— Совет берёт перерыв. Следующий созыв через час. За это время стороны могут спокойно обменяться позициями и обсудить предложения. Просьба не покидать пределы Дворца и не устраивать сцен.
Гул голосов снова вспыхнул. Кланы задвигались, обсуждая, споря, переговариваясь. Каэлин медленно поднялся с места. Дэхви встал рядом и тихо пробормотал:
— Некоторые пойдут за павлином. Но у нас есть волк и ястреб. Этого хватит, чтобы сдвинуть вес.
Каэлин слегка кивнул, затем обернулся. Омеги уже не было в поле зрения. Каэлин обвел зал глазами, но так и не нашел его. На секунду внутри стало пусто. Это мгновение оборвалось резко. И он вновь оказался в настоящем.
— Пройдёмся? — спросил он, не глядя на Дэхви.
Тот усмехнулся:
— Только если ты не собираешься задушить кого-нибудь по дороге.
Каэлин направился к внутреннему двору, куда в эту пору пробивался мягкий свет через кроны старых деревьев. Там они могли немного перевести дух перед тем, как начнётся настоящая игра.
Сад встречал прохладой и покоем. Воздух был напоён ароматом влажной листвы и каменной пыли, и, казалось, само пространство выдыхало здесь легче, чем в душном зале совета. Сад был просторен, обнесён высоким белым камнем. Среди аккуратно подстриженных деревьев и широких дорожек из камня были уголки, затенённые, почти забытые. Именно туда направился Каэлин, прочь от шума голосов, которые ещё эхом отдавались в коридорах дворца. Дэхви шагал чуть позади, не нарушая тишины.
— Даже здесь пахнет чужими нервами, — пробормотал он.
Каэлин свернул вбок, ища тень, место, где ни один голос не отзовётся эхом. Но, не успев сделать еще шаг, остановился. Он увидел его сразу. Омега стоял у изогнутого дерева, там, где тень от кроны ложилась узором на мраморную скамью. Он стоял к ним спиной. Ни одного лишнего движения, будто стал частью сада. Присутствие омеги не требовало звука. Оно просто было.
— Хм. — Дэхви замер в полушаге сбоку, — Вот так находка. Ты на запах шел что ли?
Каэлин молча смотрел. Его дыхание было ровным, взгляд спокойным, но в шее и пальцах всё-таки появилось напряжение. Он не отводил глаз, не шёл дальше. Сад, казалось, затаил дыхание. Даже ветер стих.
«Он нарушает мой покой. Почему он?»
Каэлин опять прошелся глазами по шее омеги. Инстинкты внутри него шипели от возбуждения. Он никогда не испытывал чего-то подобного, но прекрасно понимал, что это значит. Осознание было на столько четким, что это раздражало. Он привык держать все под контролем, а это он контролировать не мог. И ведь омега даже не флиртовал и не строил глазки.
Омега плавно обернулся без демонстрации, без любопытства. Его взгляд не искал, он уже знал, где альфа. Просто развернулся и уверенно пошёл прямо в их сторону. И в этот момент внутри Каэлина что-то не громко раскололось. Как лёд, тронутый лёгким теплом. Он ощутил, как тело отозвалось само. Желание уйти, развернуться и раствориться в тени сада. Избавиться от давления, от ожидания, от этой... непрошеной близости. И одновременно с этим животное притяжение. Он сжал челюсть, не меняя позы, сохраняя внешнее спокойствие. Но внутри всё было иначе.
Медленные шаги омеги по каменной дорожке отдавались в нём ударом пульса. Он уловил запах ещё до того, как омега приблизился вплотную. Пионы и что-то еще. Ноты белого чая. Тот самый аромат, от которого внутренний мир Каэлина сдвигался с оси. И это породило серию новых реакций. Сердце забилось быстрее, резко, будто в груди проснулся зверь. Каждая мышца откликнулась, как по команде. Не из желания, а из распознанного сигнала. Природный зов, феромон. Подходящий. Каэлин не двигался, но его тело уже выбрало направление, уже настроилось на захват. И это злило, он не привык, чтобы им управляло что-то, кроме воли. Но сейчас воля запаздывала. Змеиная суть уже знала цель.
Дэхви сделал полшага ближе к Каэлину. Потому что услышал, как сердце у того билось с ускоренным ритмом. Это было в новинку. Дэхви привык видеть в Каэлине ледяное спокойствие. Но сейчас тот был выбит из равновесия уже второй раз за день.
Омега подошёл ближе, на расстояние, допустимое этикетом, но этого хватило.
Каэлин почувствовал, как его накрыло волной, будто он оказался в поле среди пионов. И этот запах впитывался в кожу, в волосы, в одежду. Омега не говорил ни слова. Он протянул руку ладонью вверх, и из складки рукава выползла тонкая белая змея. Её тело переливалось, как капля света в тени, почти прозрачная с бледно-молочными глазами. Каэлин сразу узнал.
Лунная змея.
Это была не та же, что видел Дэхви у ворот поместья С'Найт или Каэлин позже на террасе. Но... та же порода. Тот же знак. Омега молча поднёс ладонь ближе, предлагая. Каэлин медленно поднял руку, аккуратно чтобы случайно не коснуться омеги. И змея, ощутив родство, перетекла к нему. Обвилась вокруг его запястья, как браслет из света, устроилась и замерла, словно всегда принадлежала ему. Взгляд Каэлина медленно поднялся. На этот раз они смотрели друг на друга вплотную. В янтарных глазах омеги не было страха, не было смущения, только осознанность.
— Я так понимаю, это ваша змея. Я таких раньше не видел. Должно быть редкий экземпляр, — спокойно сказал омега, едва змея оказалась на запястье Каэлина.
Дэхви чуть сдвинулся рядом, тело его едва заметно напряглось. Он был готов к чему угодно: к угрозе, к ловушке, даже к магии. Но не к этому. Каэлин опустил взгляд на тонкое, обвившее запястье существо. Она не сопротивлялась. Не сворачивалась кольцом угрозы, а просто лежала. Как будто принадлежала ему. Он медленно поднял глаза.
— Где вы её взяли?
Сугуру чуть склонил голову.
— Она подползла ко мне несколько минут назад. Прямо из-под камней у скамьи. Я сначала слегка испугался. Но она оказалась весьма дружелюбной.
Дэхви перевёл взгляд с омеги на змею, потом на Каэлина. Он не до конца понимал, что происходит, но решил пока промолчать. Каэлин снова взглянул на омегу. Пауза затягивалась, но никто не решался нарушить тишину. Омега стоял спокойно, сдержанно, почти отстранённо. В нём не было напряжения. Он и правда не знал, что это была за змея. Наконец Каэлин собрался с мыслями.
— Благодарю вас, журавль — произнёс Каэлин. Голос звучал ровно.
Омега чуть склонил голову:
— Моё имя Сугуру Аркан. И змея подползла ко мне сама. Я подумал, что ищет вас.
— Каэлин С'Найт.
Сугуру чуть поклонился и развернулся, уходя так же тихо, как появился, Каэлин не стал его останавливать. Только проследил взглядом до тех пор, пока фигура омеги не исчезла за поворотом в тени деревьев. Только тогда он заговорил:
— Это определенно не та лунная змея, что была на наших землях.
Дэхви сжал челюсть.
— Определенно не та. Эта другая.
Они смотрели на змею. Та устроилась удобно, будто в ней не было ни смысла, ни символа. Но они оба понимали, что это не случайность. Каэлин застыл, погруженный в свои мысли. И Дэхви видел это. Он не подошёл ближе, не коснулся. Только тихо сказал:
— Ты не в порядке.
Это был не упрёк и не констатация. Это было тревожное наблюдение. Он знал Каэлина почти всю жизнь. Знал, когда тот зол, раздражён, сосредоточен. Но такого... он не видел никогда. Каэлин перевёл взгляд на него. Глаза по-прежнему были спокойны, но в глубине была тень. Это было больше, чем страх или сомнение. Это был разрыв привычной реальности. Каэлин долго молчал. Потом тяжело выдохнул сквозь зубы:
— Я не понимаю, что со мной делает этот омега. Точнее понимаю и меня это раздражает. И эти лунные змеи...
Дэхви подошёл почти вплотную так, как мог только он. Ладонь легла Каэлину на затылок, уверенно, по-хозяйски, и большим пальцем он чуть надавил, заставляя поднять взгляд.
— Эй, — тихо сказал он. — Мы с этим справимся. Вместе. Как всегда.
Голос был ровным, без бравады и шуток. Каэлин на миг застыл, затем позволил себе выдохнуть. Напряжение не ушло полностью, не рассеялось, но хватка внутри ослабла. Мир перестал давить так сильно. Дыхание стало ровнее. Он чуть наклонил голову в ладонь Дэхви. Жест короткий, почти незаметный, но достаточно откровенный для того, кто знал его слишком давно.
Этого было достаточно. Пока что.