Холодный свет Луны

Зимнее солнце висело над горизонтом бледным, ослепительно-белым диском. Оно не поднималось высоко, но его свет был пронзительным, заливая бескрайнюю степь мертвенным сиянием. Тени от повозки тянулись длинные и черные, словно когти, пытающиеся удержать путников. Лучи не грели, но резали глаза, отражаясь от сухой, покрытой инеем травы.

Кира сидела на козлах, сгорбившись, словно старуха. Она натянула капюшон плаща так низко, что видела только крупы лошади и дорогу, бегущую под скрипучие колеса. Усталость навалилась на неё тяжелой свинцовой плитой. Адреналин, бурливший в крови во время бойни в Орифламме, давно выветрился, оставив после себя лишь пустоту, звон в ушах и ноющую боль в плече, куда часами бил приклад «Малышки».

Она посмотрела на свои руки, сжимающие кожаные вожжи. Костяшки пальцев побелели от холода, а под ногтями чернела въевшаяся копоть. Запах гари... Он преследовал её. Казалось, им пропиталась не только одежда, но и волосы, и кожа, и даже само дыхание. Это был запах сотен сожженных жизней.

— Ты как? — глухой, хриплый голос донесся из-за спины, из-под плотного слоя брезента, укрывающего кузов.

Кира даже не обернулась. Язык прилип к нёбу. — Живая, — каркнула она, и собственный голос показался ей чужим. — А вот насчет тебя не уверена. Ты там не рассыпался в прах, одноглазый?

— Еще нет, — ответил Клайд, и в его тоне слышалась мука. — Но солнце... Оно словно кислота. Даже через ткань я чувствую его тяжесть. Магия Тьмы, что держит это тело, слабеет под его взглядом.

Кира покосилась на щель в брезенте. Она знала, что там, в темноте, он сейчас борется за то, чтобы просто существовать. Его тело, сотканное из мертвой плоти и заемной магии, отторгало дневной свет. — Потерпи, — сказала она мягче. — Скалы уже видно. Еще час, не больше.

Лошадь ритмично перебирала копытами, не сбиваясь с шага. Кира поймала себя на мысли, что завидует этому существу. У него нет памяти. Нет совести. Нет кошмаров. Оно просто идет вперед.

«Я сделала то, что должна была», — мысленно повторила она мантру, которая помогала ей не сойти с ума. — «Они кормили убийц. Они шили им плащи. Они были частью механизма, который уничтожил мой дом. Я просто сломала шестеренки».

Но перед глазами все равно стоял образ того старика-мага, исчезающего в луче плазмы. И крики людей, бегущих из горящих домов. Месть оказалась на вкус не сладкой, как вино, а горькой, как пепел.

Наконец горизонт перекрыла зубчатая стена Красных гор. Огромные, черные скалы вздымались к небу, разрывая облака. Когда повозка въехала в тень, отбрасываемую горным хребтом, Кира физически ощутила, как спадает напряжение. Воздух стал холодным, резким и чистым.

Впереди показались Врата. Гигантский проход, высеченный в камне тысячелетия назад, выглядел как пасть спящего чудовища. Барельефы змей и пауков, покрывавшие колонны, казалось, шевелились в полумраке. Стража на стенах заметила их еще издали. Раздался низкий гул рога, и массивные створки, окованные черным железом, начали медленно, со стоном расходиться в стороны.

Брезент за её спиной резко откинулся. Клайд буквально вывалился наружу, жадно хватая ртом затхлый воздух подземелья. Он упал на одно колено, опираясь рукой о холодный камень пола. Кира спрыгнула с козел и подошла к нему. — Эй...

Клайд поднял голову. Он выглядел ужасно. Его кожа, обычно бледная, теперь приобрела серый, землистый оттенок пергамента. Черные вены под ней вздулись, пульсируя, словно черви. Глаза запали. От него пахло тленом сильнее, чем обычно. Но с каждым вдохом тьмы он восстанавливался. Тени вокруг него сгущались, впитываясь в поры, залечивая невидимые ожоги.

— Я в порядке, — прохрипел он, выпрямляясь. Его голос постепенно обретал силу. — Солнце... ненавижу его.

К ним уже бежал Маркус, гремя доспехами. За ним спешили еще двое «молодняка». — Командир! — парень замер, увидев состояние Клайда, но быстро взял себя в руки. — Вы вернулись. Лошадь? Повозка?

— В стойла, — бросил Клайд, отряхивая тунику. — И провиант. Много провианта в гостевое крыло. Мясо, вино, хлеб.

Он повернулся к Кире. Та стояла, прислонившись к колесу, и пыталась стереть грязь с лица рукавом. — Ты как? — спросил он уже своим обычным, спокойным тоном.

— Жрать хочу, — честно ответила она. — И спать. Желательно неделю.

— Сначала Владыки, — Клайд кивнул в глубину туннеля. — Они ждут. Мы должны отчитаться.

— Ладно, — Кира вздохнула и подхватила тяжелую пушку. — Пошли. Покажем им, что осталось от их врагов.

Путь до Тронного зала казался бесконечным. Они шли мимо древних статуй, чьи каменные глаза следили за каждым шагом, мимо казарм, где тренировались метаморфы, отрабатывая удары в полной тишине, мимо подземных садов с бледными светящимися грибами. Все здесь дышало вечностью и смертью, но для Киры это подземелье сейчас казалось безопаснее, чем открытый мир наверху.

Когда они подошли к дверям зала, стража распахнула их, не задавая вопросов. Внутри царил полумрак, разрываемый лишь тусклым сиянием кристаллов под потолком.

В центре огромного зала стоял массивный стол из черного камня, на котором была разложена подробная карта континента. Господин Тьма стоял над картой, опираясь на неё когтистыми руками. Его фигура, облаченная в черный плащ, казалась продолжением теней зала. Госпожа Луна стояла рядом, её серебристые волосы водопадом спадали на спину, освещая пространство мягким, холодным светом.

Но они были не одни. По другую сторону стола стояли двое высоких мужчин — другие пробужденные генералы. Один был огромен, как осадная башня — Рэндалл. Его лысый череп был испещрен рунами, а руки, скрещенные на мощной груди, напоминали стволы вековых деревьев. Второй, Фредерик, был полной противоположностью: худощавый, гибкий, с длинными светлыми волосами и хищным, аристократичным лицом. На его поясе висели два коротких изогнутых клинка.

Клайд прошел вперед, и Кира последовала за ним. Они остановились у подножия стола. Клайд опустился на одно колено, прижав кулак к сердцу. Кира склонила голову в знак уважения, но осталась стоять.

— Ветер принес нам вести раньше вас, — голос Господина Тьмы был тихим, но он заполнил собой все огромное пространство зала, отражаясь от стен. — Я чувствую запах пепла. Запах страха.

— Орифламма уничтожена, Владыка, — доложил Клайд, не поднимая головы. — Мы стерли поселение в порошок. Маги Ордена, находившиеся там, ликвидированы.

Только после этого он поднялся и кивнул генералам. — Приветствую, братья.

 — Клайд, — прогудел Рэндалл басом. — Ты пахнешь гарью. 

— Хороший запах, — усмехнулся Фредерик, лениво поигрывая кинжалом. — Значит, день прошел не зря.

Кира с грохотом опустила «Малышку» на пол, демонстрируя, что оружие все еще горячее. — Работа выполнена, — сказала она прямо, глядя в глаза древнему существу. — Я доказала, что могу быть полезной. Я доказала, что у меня нет жалости. Теперь ваша очередь.

Госпожа Луна плавно обошла стол. Она двигалась с грацией хищника. Подойдя к Кире, она склонила голову набок, разглядывая девушку своими золотыми глазами. — В тебе много гнева, дитя Аури. — Она протянула руку и коснулась щеки Киры длинным прохладным пальцем. — Это хороший гнев. Чистый. Ты не просто полезна. Ты — меч, который мы так долго искали.

— Я не меч, я инженер с очень большой пушкой, — огрызнулась Кира, отстраняясь от её прикосновения. — Вы обещали мне цель. Настоящую цель. Где она? И что нужно сделать там?

Господин Тьма выпрямился. Тень за его спиной взметнулась. — Цель здесь, — он указал когтем на точку на карте, расположенную в горах на западе. — Город Солис.

Кира подошла ближе к столу, вглядываясь в пергамент. — Солис... — она нахмурилась. — Это стратегический узел. Там расположена Цитадель Ордена в которой их Архив, где хранятся знания магов. И там гарнизон, способный удержать осаду месяцами.

— Именно, — кивнул Владыка. — Но нам не нужны их книги. Нам нужно то, что спрятано под Архивом. В защищенной сокровищнице Цитадели хранится Артефакт. «Сердце Первоматерии».

Услышав это название, Клайд вздрогнул. Глубокий, болезненный вздох вырвался из его груди. Он посмотрел на карту, и в его глазах — и в здоровом голубом, и в левом, скрытом под маской, — мелькнула безграничная тоска. — «Сердце»... — прошептал он. — Наследие наших предков. Великая реликвия нашего народа, украденная века назад.

— Что это? — спросила Кира, заметив реакцию Клайда.

— Это источник жизни, — ответил Клайд, не отрывая взгляда от карты. — Этот камень содержит в себе чистую энергию Старших.

— Ваши тела — это тюрьма, — произнес Господин Тьма, обращаясь к своим генералам. — Вы живете в мертвой плоти, которая разрушается от солнца и времени. Тьма поддерживает вас, но она не может дать вам жизнь. Если мы не достанем «Сердце», вы не просуществуете долго.

— Мы вернем Артефакт, — продолжила Луна, возвращаясь к своему супругу. — И с его помощью мы завершим ваше перерождение. Вы станете полноценными Метаморфами. У вас будет живая кожа, бьющееся сердце, вы сможете менять облик. И самое главное — солнце больше не будет вам страшно.

Клайд сжал край стола так, что камень хрустнул под его пальцами. — Стать полноценными... — повторил он как молитву. — Не прятаться в тени. Это стоит любой войны.

— Но Солис неприступен, — заметил Фредерик, его голос был тихим и свистящим. — Мы не дойдем. Солнце сожжет нас в пути. А барьеры города не пропустят мертвую магию.

— У нас есть план, — ответила Луна. — Через неделю наступит Зимнее Солнцестояние. В этот день произойдет полное солнечное затмение. В час, когда светило погаснет, мы проведем Ритуал. Мы вольем в вас и ваш отряд столько силы, что она запустит процесс трансформации. Вы станете совершенными Метаморфами даже без «Сердца Первоматери». Вы сможете войти в Солис средь бела дня.

— Через неделю... — Клайд выпрямился. — Мы будем готовы.

— Отдыхайте, — приказал Тьма. — Набирайтесь сил. Кира, ты должна изучить планы Цитадели вместе с генералами. На протяжении этой недели вы будете готовить план проникновения. Каждая деталь должна быть идеальной.

Покои Киры располагались в гостевом крыле, вырубленном в боковой скале. Здесь было сухо и тепло. Огромный камин, сложенный из грубого камня, пожирал поленья, наполняя комнату запахом смолы.

Кира закрыла за собой тяжелую дубовую дверь и привалилась к ней спиной. Тишина. Наконец-то тишина. Она сползла на пол, чувствуя, как дрожат колени. Теперь, когда разговор был окончен, усталость накрыла её с головой.

Её покои были просторными, но аскетичными. Смежная дверь вела в небольшую купальню, откуда доносился шум воды и запах трав. В основной комнате, у камина, на низком столике был накрыт ужин: жареное мясо на кости, свежий хлеб, сыр и кувшин с вином.

Кира с трудом поднялась. Она сбрасывала с себя одежду кусок за куском. Тяжелые ботинки с лязгом упали на пол. Кожаная куртка, пропитанная потом и гарью. Рубашка, ставшая жесткой от грязи.

Она направилась в купальню и забралась в деревянную лохань. Кипяток обжег кожу, заставив её зашипеть сквозь зубы, но это была приятная боль. Она взяла жесткую мочалку и начала тереть себя. Яростно, до красноты. Она смывала с себя Орифламму. Пепел чужих жизней. Взгляды умирающих магов. Вода быстро стала серой. Кира остановилась, тяжело дыша. Она посмотрела на свои руки. Они были чистыми, но ей казалось, что под ногтями все еще чернеет сажа.

Выбравшись из воды, она завернулась в огромную меховую шкуру, лежавшую на кресле, и вернулась в комнату. Она подошла к столу и начала есть. Жадно, по-звериному, разрывая мясо руками и запивая его вином прямо из кувшина. Тело требовало топлива.

В дверь тихо постучали. Кира замерла с куском хлеба во рту. Она глянула на «Малышку», стоящую у стены, но не двинулась с места. — Войди, — буркнула она.

Дверь скрипнула. На пороге стоял Клайд. Он тоже смыл с себя дорожную пыль. Без тяжелых доспехов, в простой черной льняной рубашке и штанах, он выглядел странно... человечно. Если бы не маска, закрывающая левую половину лица, и неестественная бледность, его можно было бы принять за усталого воина после битвы.

— Не помешал? — спросил он, не переступая порог.

— Если пришел убить меня, то выбрал неудачное время, я только начала есть, — хмыкнула Кира, указывая на стул. — Заходи. Вино еще осталось.

Клайд вошел, прикрыв дверь. В руках он держал небольшую глиняную баночку. — Я не голоден. Мертвецам еда без надобности, помнишь? Я принес это. — Он поставил баночку на стол. — Мазь по рецепту темных эльфов. Снимает ожоги и боль в мышцах. Ты сегодня таскала тяжести и стреляла полдня. Завтра плечо отвалится.

— Спасибо, — Кира с интересом открыла баночку. Запахло мятой и чем-то горьким. — Ты на удивление заботлив для ходячего трупа.

Клайд сел в кресло у огня, вытянув длинные ноги. Он выглядел задумчивым. Пламя камина отражалось в его голубых глазах

— Ты говорила с Владыкой смело, — произнес он после паузы. — Но Солис... Ты правда думаешь, что мы сможем?

— Украсть камень из подвала фанатиков? — Кира пожала плечами, отламывая кусок сыра. — Звучит как безумие. Но если твой «Ритуал» сработает, и ты перестанешь бояться солнца... У нас есть шанс.

Она подалась вперед, и шкура соскользнула с её плеча, обнажая свежие синяки от приклада. — Скажи честно, Клайд. Этот Артефакт. Он правда может сделать вас живыми? Я видела твою реакцию там, у карты. Это для тебя личное.

Клайд медленно кивнул. Он смотрел на пляску огня, словно видел в нем призраков прошлого. — «Сердце Первоматерии» — это не просто камень. Это память и сила моего народа

Кира внимательно посмотрела на него. В его чертах, несмотря на печать смерти, проступало что-то благородное и юное. — Слушай, Клайд, — спросила она вдруг. — Сколько тебе лет?

Он поднял на неё взгляд. — Двадцать пять.

Кира поперхнулась вином. — Двадцать пять? — она недоверчиво хмыкнула. — Ты серьезно? Я имею в виду, сколько тебе было тогда? В прошлой жизни?

Клайд грустно улыбнулся уголком рта. — Тоже двадцать пять.

Кира поставила кубок на стол. — Ты умер так рано? — тихо спросил она. В её голосе исчез сарказм.

— Я родился уже при закате нашей цивилизации, — начал Клайд, глядя сквозь время. — Наш народ вымирал, нас теснили люди. Я не знал мирной жизни, Кира. С детства меня учили держать меч. Я принял участие в Последней Битве, при обороне Последнего Бастиона.

Он сжал подлокотник кресла. — Я был в Тронном зале. Я защищал нашу Принцессу. Я видел, как пали мои братья. Видел, как маги прорвали оборону. Я умер на ступенях трона, с мечом в руках, пытаясь выиграть для неё время. Моя душа была разорвана, но Господин и Госпожа успели перехватить её. Они заточили меня и других генералов в камень, чтобы спасти. И вот, спустя века, они разбудили меня.

Кира молчала. История Клайда странным образом перекликалась с её собственной. Он тоже потерял свой дом. Он тоже сражался с людьми до последнего вздоха. — Двадцать пять... — прошептала она. — Мы ровесники, Клайд. Только я живая, а ты застрял во времени.

— Скоро это изменится, — твердо сказал он. — Если мы достанем Артефакт.

Кира кивнула. В её глазах загорелся решительный огонь. — Мы достанем.

Она подняла свой кубок. — За Последний Бастион. И за то, чтобы Орден заплатил за всё.

Клайд взял со стола второй кубок. Он чокнулся с ней, издав чистый звон. — За месть. И за жизнь.

Он не стал пить. Поставив нетронутый кубок обратно на стол, он поднялся. — Отдыхай, Кира. Нас ждет тяжелая неделя до Солнцестояния. Нам понадобятся все силы.

Он направился к двери, его шаги были тихими и уверенными. Кира смотрела ему вслед. Дверь закрылась, оставив её одну с догорающим камином. Она понимала, что больше не видит в нем монстра. Она видела солдата, который просто хочет вернуться домой. В свое собственное тело.