What You Need

«Это так глупо - ждать чего-то от жизни»

Противно. Как же противно.

Противно жить лишь определённым промежутком времени, которое осталось в прошлом. Противно искать во всех тебя, твои привычки и характер. Твоё отсутствие. Противно осознавать, что тебя нет рядом. И всё почему? Твоё решение? Так захотела судьба? Или же всё-таки моя вина?

Мерзко.

Мерзко цепляться за прошлое, как за спасательный круг. Но такое чувство, что этот самый спасательный круг не помогает, а тянет всё ниже и ниже, став очередным грузом. Мерзко проигрывать без остановки все те моменты, где есть ты. Я сломалась. Сломалась, как старый проигрыватель. Вместо пластинок - воспоминания. Вместо мягкой музыки - твой голос. Голос, до сих пор звучащий в моей голове. Он растекается по моим венам, принося лишь боль.

Больно.

Больно до такой степени, что хочется смеяться. Смеяться до слёз, отсутствующих так долго. Смеяться до тех пор, пока эта боль не уйдёт. Это чувство ломает всю меня. Уничтожает медленно и тягуче, будто растягивая удовольствие. Доводит до дна с каждым днём всё больше, но не учитывает, что я там. Уже давно.

Надоело. Как же надоело.

Надоело быть зависимой от тебя. Точно так ты говорил и мне. Что ты зависим. Помнишь? Ведь ты помнишь, да? Горькая ухмылка на лице. Поток ветра. Подтверждение твоих слов. Красные глаза. Фиолетовые синяки на коленках. Где ты? Ответь. Пожалуйста, ТэХён.

Спаси меня.
Спаси меня от себя самой.

***

POV Мин Юнги.

Луна сегодня не видна с моего балкона. Но хорошо видна пустая дорога и редкие машины, проезжающие в практической темноте. Довольно прохладно. Сигарета между средним и указательным пальцем. Очередная ментоловая сигарета. Телефон в правой руке. Делаю очередную затяжку, ожидая сообщения от своей якобы девушки. Мы встречаемся с ней, и даже если между нами нет таких-то глубоких чувств, она не могла предать меня. Хотя кто сказал, что не может? Горький опыт в отношениях у меня раньше был. Лет так в девятнадцать. Сколько времени прошло? Пять лет? Четыре года? Да, где-то приблизительно столько. Помню, насколько с ума я сходил. Бросил всех ради неё. Уничтожил самого себя. Готов был пожертвовать всем, лишь бы быть рядом с ней. Лишь бы вдыхать запах её волос и держать за руку. Гулять с ней, слушая её звонкий смех, и смотреть в тёмно-зелёные глаза. Просто видеть её и даже наслаждаться тишиной. Главное - с ней. И она меня любила. По крайней мере, я так думал. А оказалось вся её любовь была фальшивой. Как и она сама. Встречаться со мной лишь из-за моего статуса и положения - было очень низко. СыльГи разбила всё: моё доверие, веру в любовь, да и всё, в общем. Никого. Я не впускал в мою жизнь ни-ко-го. А скорая смерть моей мамы сделала меня тем, кем я являюсь сейчас. Никому не пожелаю испытать всё то дерьмо, что творилось в моей жизни. Вечно пьющий отец, что бил и меня, и маму, в любви которой я так нуждаюсь. До сих пор. Когда два самых дорогих человека в этом мире меня покинули... я превратился ни во что. Жил в клубах, где что только и делал, что пил. До потери памяти. До потери пульса. Пил так много, что видел, как мама гладит меня по голове, прямо как в детстве. Шепчет успокаивающие слова в ухо, прижав к груди, пока отец кричал за запертой дверью. Она покачивала меня, пока напевала тихую мелодию из детства, чтобы я не слышал ругань отца.

Я напивался настолько, что чувствовал объятия СыльГи, при виде которой моё сердце так и останавливалось. Слышал её голос, что я так и любил. Любил в ней всё.

Но... я остался один. Совсем один в этом ненужном мире. Но я научился справляться с болью. Выработал иммунитет к каким-либо эмоциям и чувствам. И теперь я лишь сосуд, где нет ничего. Прикольно, правда? Могу дружить с людьми, общаться с ними, не ощущая ничего: ни привязанности, ни преданности, ни любви. Могу предать, солгать. Дерьмовый человек с такой же жизнью. Всё, что было, осталось в прошлом.

Я буду сидеть на балконе до утра, пока в одиночестве буду пить крепкий кофе и отравлять свои лёгкие, смотря на ночное небо. Небо, усыпанное редкими звёздами, которые когда-то и были моими лучшими друзьями.

Спаси меня.

Слова, так расплывчато и внезапно пронёсшиеся в моей голове. Дыхание учащается, а в мыслях какая-то пустота. Дрожащими руками хватаюсь за виски, ведь сильная боль охватывает меня. Голова раскалывается, как после жуткого похмелья. Перед глазами темнеет, и я сильно зажмуриваюсь, пытаясь привести себя в привычное состояние. Но не успеваю я это сделать, как вновь раздаётся тот самый женский голос.

Спаси меня от себя самой.

Ещё одна порция боли ударяет в голову. Хриплый кашель вырывается из меня. Боль настолько сильная, что не могу даже пошевелиться. Я не понимаю, что происходит, но знаю одно: это ненормально и жутко больно.

Проходит минут восемь-десять, не меньше, когда голова перестаёт настолько сильно раскалываться. Привожу прерывистое дыхание в норму и тянусь за ядовитой палочкой, чтобы избавиться от размышлений. Я не знаю, что только что было. И не хочу думать. Я схожу с ума. Без сна - три дня. Удивительно, что я не сдох, не питаясь и не засыпая. Удушая себя табаком и пыльным воздухом. А причина? Есть ли причина? Ненависть к своей жизни. Точнее, привычка ненавидеть её. Чувство отвращения. Избавиться от неё невозможно. Сложно и болезненно. Но я настолько привык страдать, что уже плевать. Плевать на свои чувства и окружающих. Просто выпускаю дым и наслаждаюсь тем, как он исчезает в холодном ночном воздухе.

***

POV Ким Вон.

Неприятное чувство разливается внутри, когда вижу ЧонГука в коридоре. Прошло три бесполезных дня, но его слова до сих пор отдаются эхом в моей голове. Забыть... только бы забыть.

Чёрные волосы в беспорядке, а одежда мешковатая и темная. Это всё в комплекте делает из него слишком плохого парня, на что ведутся глупые однокурсницы и даже некоторые молоденькие преподаватели, что не редкость в нашем университете. Но я ведь знаю. Знаю, что это всего лишь оболочка. И всё равно не могу до сих пор простить его. Никогда не смогу.

Стоит, общается со своим кругом друзей, засунув руки в карман серой толстовки, из-под которой небрежно торчит белоснежная рубашка. В ушах недавно сделанный хеликс. Серебряное колечко блестит, когда он поворачивается и встречается с моими глазами. Чёлка спадает на лицо, и я не могу понять его выражение лица. Слишком спокойное или же озабоченное. Но его бледные губы кривятся в усмешке. Чёлка отбрасывается назад, когда его рука поднимается к лицу и пальцами касается волос. Окидывает всё моё тело своим взглядом, пока его зовут друзья. Но отворачивается от меня только тогда, когда один из его товарищей кладёт свою руку на плечо ЧонГука. И я сразу прячусь за стену. Почему я застываю? Он слишком изменился. В принципе, как и я. Не имею права смотреть в его сторону, как и он после всего, что было. Но ЧонГук вечно нарушает это правило. Забывает о нём или же просто не принимает во внимание. Хотя нам стоит перестать мучить друг друга. Остановиться и оставить друг друга в покое. Давно пора. Закопать наше прошлое. И больше не вспоминать...

- Вон, ты чего здесь так стоишь? - спрашивает появившаяся из ниоткуда Лиа. Фокусирую свой взгляд на ней, растерянно кивая (не знаю даже, почему).

- Пытаюсь вспомнить, какая сейчас будет пара, - вру я.

- У нас, если не ошибаюсь, общая пара должна быть. Подожди минуточку, сейчас посмотрю, - проговаривает Лиа, копаясь в сумке, чтобы найти расписание. Пока она ищет распечатанный листочек, я уже смотрю в телефоне.

- Статистика. Кабинет двадцать пятый. Пойдём?

- Да, только подождём, пожалуйста, Субина, если ты не против.

- Да, конечно, без проблем, - говорю я, чуть приподняв уголки губ.

Субин - парень Лиа. Достаточно миловидный и дружелюбный. По крайней мере, мне так кажется. И спустя минуты три-четыре мы видим, как он с милой улыбкой подходит к нам, попрощавшись с каким-то приятелем. Подойдя, закидывает свои руки нам на плечи, на что Лиа глупо хихикает, а я недовольно отбрасываю руку со своего плеча. На это тот лишь треплет мои волосы на макушке, щёлкнув по носу и при этом ещё смеясь. Мне становится как-то не по себе, поэтому я смущённо поворачиваю голову в сторону. Лиа смеётся и прижимается к своему парню, откровенно веселясь. Хочу выразить своё недовольство, но мне не даёт это сделать пронзительный взгляд. Взгляд ЧонГука. Снова. Полный какой-то тёмной грусти, злости и чего-то ещё, что понять я не могу. И эта гамма эмоций. Она слишком знакома. Сердце пропускает удар. Точно так он смотрел, когда впервые увидел ТэХёна. Смотрел...

Пронзительно.

До бешеного ритма сердца.

С чистой ненавистью.

Руки, сжимающиеся до белых костяшек в кармане, и эти глаза. Похожая одежда. Осознание приходит внезапно и совершенно спонтанно. Точно... Точно так он выглядел при их первой встрече. Серая толстовка, которая раньше так мне нравилась. Чёлка, которую я всегда трепала, когда он бесился насчёт ТэХёна. Теперь ясно. Причина, по которой я на подсознательном уровне застыла. Вспомнила, называется.

- Пойдём уже отсюда, - хватаю Лию за руку, что продолжает улыбаться, держа другой рукой ладонь Субина.

И я оставляю его. Там же. В чуть тёмном коридоре из-за слишком раннего времени. Синие тучи за окном, что находятся за спиной. И ЧонГук. Такой же тёплый, как и раньше, но слишком чужой.

***

Шестнадцатое октября. 20:13.

Может, выключать всё отопление в доме было плохой идеей? Но вставать и включать его совершенно не было сил. Остаётся просто ещё сильнее укутаться в огромное синее одеяло и согнуть колени таким образом, чтобы могла опереться подбородком. Сделав очередной небольшой глоток терпкого чая, ставлю с небольшим звуком на стол. Пальцы касаются шершавой страницы книги, переворачивая её. Маленький фонарик горит, освещая лишь страничку. Понимаю, что глаза устают, поэтому с тяжелым вздохом кладу в сторону книгу, загнув угол страницы романа, чтобы не искать полчаса, где же я в прошлый раз остановилась.

Сеул живёт своей жизнью. Такой красивой с такой высоты, но очень одинокой. Буду ли я тоже когда-то торопиться на встречу или домой, ощущая счастье? Очень хочется верить в это. Лежать в тёмной квартире, когда вечер опускается на город, где каждый живёт своей жизнью, не очень весело. Но достаточно спокойно. Кто-то возвращается домой с работы, предвкушая уютные вечера с любимым или же с семьёй. Возвращаются домой, где их кто-то ждёт. Заходят в квартиру, где уже горит свет. Витает аромат готовящегося ужина, заставляющий улыбаться и поспешить на кухню. Обнять близкого человека, ощущая тепло и любовь.

Звонок на телефон заставляет выйти из этих мыслей и попытаться найти средство связи, что где-то под одеялом. В темноте сделать это сложно, поэтому приходится опираться на слух. Кое-как найдя его, удивляюсь имени, написанному на экране. Госпожа Чон? Что же случилось? Незамедлительно поднимаю трубку, не имея понятия, почему она звонит:

- Алло. Здравствуйте!

- Алло. Как ты, милочка моя?

- Спасибо, Госпожа Чон. Хорошо, потихоньку. Вы как?

- Ах, дорогая, соскучилась по тебе. Обещала твоей маме приглядывать за тобой, но вот не держу своё обещание. Вот недавно узнала, что ты плохо питаешься и плохо спишь. Исхудала вся. Не следишь за собой. Я начинаю переживать.

- Нет-нет, что вы. Всё хорошо. Не беспокойтесь, пожалуйста.

- Не буду, но с одним условием.

- И какое же оно?

- Ты на недельку переедешь к нам, чтобы я чуть-чуть поухаживала за тобой, а то очень обижусь. Я предупредила Сун, так что твоя мама в курсе.

- Госпожа Чон, спасибо за заботу, но правда, не стоит. Я обещаю вам хорошо питаться и следить за своим сном.

- Никаких отказов! Я знала, что ты начнёшь отнекиваться, поэтому приедешь ты к нам прямо сегодня. Всё, собирайся. Через два часа за тобой заедет ЧонГук-и. Целую, - отключается.

Недовольно хнычу, совершенно не имея желания ехать и оставаться у них. Я не хочу находиться с ним под одной крыше целую неделю... Но ничего. Как можно скорее вернусь. Я не останусь там неделю. Звоню маме и уточняю всё. Она сказала, что это пойдёт мне на благо. Не буду одна, поправлюсь, а то мой вид и вправду нездоровый. Не надо было выходить на видеосвязь. Очередной тяжёлый вздох. Прикрываю веки, массируя виски. Надо встать и собрать вещи, чего я никак не хочу. Но я должна. Поэтому поднимаюсь с места, направляясь в комнату, где включаю свет, из-за чего приходится зажмуриться на несколько секунд, ведь глаза привыкли к той темноте. Зайдя в маленькую гардеробную, достаю чёрный рюкзак, куда собираюсь поместить необходимые вещи. Сделав всё это, подхожу к тумбе, доставая оттуда вишнёвый бальзам для губ. Веду им по обсохшим губам, чувствуя этот запах сладкой вишни. Точно таким я пользуюсь с тех времён.

Одеваюсь и уже расчёсываю волосы, как слышу тихий звонок в дверь. Он пришёл. Чуть раньше времени. Открываю дверь, впуская ЧонГука в квартиру. Здесь он, конечно же, не в первый раз. Бывший друг помогал с переездом. Приходил в гости, когда ещё мама с папой здесь были. Поэтому я даже не раздумываю над чем-то, когда впускаю его. Тот спокойно проходит в плохо освещённую гостиную. Свет во всей квартире горит только в моей комнате, откуда просачивается лишь слабый жёлтый свет. В углу гостиной стоит зажжённая ароматическая свеча, от которой света тоже ноль.

- Ты... - прокашливается и продолжает. - Ты собрала вещи? - тихо интересуется он.

- Ещё не всё, мало осталось, - хриплым от долгого молчания голосом говорю я. - Подождёшь?

- Да, здесь подожду, - сев на диван, говорит ЧонГук. Это очень удивительно, но мы и вправду беседуем без всяких ссор и колких фраз, хоть и сухо. Если он не будет меня трогать, я тоже не стану как-то входить в контакт без важной надобности. Родители не знают о наших нынешних отношениях, и им и дальше следует оставаться в неведении. Запускаю руки в волосы, откидывая несколько прядей назад, и решаюсь спросить:

- Будешь что-то пить? Кофе или чай? - не смотря на всю неприязнь, как бы грубо это не звучало, я должна нормально общаться ради госпожи Чон. Подхожу к кухонному шкафу, доставая чашки.

- Я бы предпочёл простой чёрный чай, если не сложно.

Просто киваю и включаю чайник. Чтобы просто так не терять время, иду в комнату с целью закончить все дела. Сгребаю с полки все нужные конспекты и тетрадки, которые обязательно будут нужны в течение этой недели. В последний раз окидываю комнату взглядом, чтобы посмотреть, не забыла ли я что-то.

Вода уже, наверное, вскипела, поэтому иду на кухню, что находится в гостиной, отделяется от которой лишь большой столешницей из чёрного мрамора. Делать всё это в такой атмосфере не очень уютно, но ничего не остаётся. Выключаю газ и завариваю крепкий, ароматный чёрный чай. Не слышу звук шагов сзади, что приближаются в мою сторону. И я чуть не обжигаюсь кипятком, когда горячие руки сзади обхватывают мою талию. Я просто замираю от таких действий, ведь они слишком знакомы...

- Ч-что ты делаешь, ЧонГук? Отойди сейчас же, - говорю я, проглотив ком в горле. Даже сейчас это напоминает мне его.

- Я... хочу попросить прощения за те слова. Правда сожалею, и сказал я это, совершенно не подумав.

«Какой же бездушной ты стала, аж противно смотреть... Знаешь, а он бы не полюбил такую тебя» , - мгновенно вспоминаю я.

- Не надо. Отойди, - спокойно и даже грубо в какой-то степени говорю я. Он лишь тяжело вздыхает, обдавая мою шею горячим воздухом. То самое место покрывается мурашками, и я не понимаю, что мне делать. Голова начинает чуть кружиться из-за того, что я сегодня ничего не ела, в принципе, как и вчера. Или же причина всё же не в этом.

Chase Atlantic - friends (slowed down).

- Вон, просто послушай, - низким голосом пытается донести мне что-то. Но я не даю, снова сказав простое нет. Его руки на моей талии сжимаются, вновь доставляя боль. Молчит. В квартире слишком тихо. Настолько, что мы можем расслышать тиканье часов, что сейчас кажутся по-особенному громкими. И будто кто-то издевается надо мной, ведь в соседней квартире включают песню, которую я знаю, но вот именно сейчас под эту музыку воздух накаляется. Соседи приехали из Штатов, и они частенько включают зарубежные песни, но они всегда играют приглушённо, поэтому я не жаловалась. Слышно их только в гостиной.

- Нет? - разозлившись, шепчет в ухо ЧонГук. - Серьёзно?

Руки всё сжимаются и сжимаются, мне становится трудно дышать. Говорить об этом ему я не буду, ведь он потом будет винить себя, когда успокоится. Я забываю про всё то, что он сделал. Забываю про всю неприязнь к нему. Все обиды, злость, ненависть и грусть - всё это откидывается на второй план.

- Перестань и отпусти меня. Говорю в последний раз.

Он какое-то время молчит. И лишь потом выдаёт:

- Ну, если так, то тогда моя очередь сказать тебе нет, - говорит и слишком резко поворачивает меня к себе лицом, выдавив из меня лишь судорожный вздох.

Я полностью теряюсь и не знаю, как поступить. Сил оттолкнуть не хватает, но у меня есть уверенность в том, что плохого со мной он точно не сделает. Этого не было никогда, кроме того случая, когда всё и сломалось.

Одна рука так и остаётся на талии, пока другая скользит вверх к шее. Всё такая же горячая ладонь ложится на шею, а его лицо останавливается в миллиметре от моего. Мои руки пытаются отодвинуться его от себя, и они упираются в крепкую грудь Гука. Он перехватывает их и ставит себе на шею, после чего глубоко вздыхает и закрывает глаза, стискивая челюсть. Мои холодные пальцы слишком чувственно контрастируют с его кожей, из-за чего на минуту у меня останавливается дыхание. Приглушённая музыка продолжает играть, а голова кружится.

Прислонившись своим лбом к моему, он говорит:

- Я... Пожалуйста, перестань так относиться ко мне. Ты даже не представляешь, насколько мне... как мне больно так каждый раз ссориться с тобой, видеть тебя без возможности подойти и поговорить, коснуться тебя или же просто обнять. Я не знал тогда, к чему это могло привести. Но я также не мог отпустить тебя к нему. Ты бы тоже попала в ту ситуацию, чего не мог я допустить. Я больше не могу.

Большим пальцем он убирает слёзы, которые начинают скользить по моим щекам. К-когда? Когда я начала плакать? Одна из них скользит дальше по шее, оставляя за собой влажный след, который ЧонГук сразу убирает своими мягкими губами. Его отросшая чёлка, которую я дрожащими руками убираю, падает на глаза. Чёрные глаза слишком глубоко смотрят в мои, что приносит лёгкий дискомфорт. На время выпадаю из реальности, совершенно потеряв счёт времени. Он настолько близко, что могу посчитать каждую ресничку. Опускает свой взгляд на мои губы, отчего моё сердце, кажется, останавливается. ЧонГук словно борется сам с собой, ведь я вижу, как он сглатывает, как закрывает глаза и как сильно он стискивает зубы. Облизывает свои губы и дёргает головой в сторону. Опускает голову на уровень моей и мучительно долго приближается. Всего несколько миллиметров. ЧонГук, что же ты делаешь? Закрываю глаза, боясь этой всей ситуации. И я... чувствую, как его нежные губы касаются самого уголка моих. Безобидное касание, от которого я дрожу, и после чего он мгновенно дёргается назад и рывком идёт к выходу, бросив короткое «жду в машине», после чего громкий звук захлопывающейся двери разносится по всей квартире.

И знала бы она, что в тот самый момент он внутри умер. Как же он боролся со своими чертями внутри. Что чуть не наделал одну из самых больших ошибок, ведь дальше он бы не остановился. Ни перед чем, ни перед кем. Плевать. Плевать на все эти года. Сразу выйдя из здания, ночной холодный воздух ударяет в лицо, что ничуть не помогло. Он со всей силы ударяет в кирпичную стену, от чего вся кожа сдирается до густой крови. Запускает эти же руки в волосы, оттягивая у самых корней, пачкая их, и успокаивает себя. Он понимает, что будущего нет. Осознаёт и прекрасно понимает. Но почему тогда... почему тогда сердце так отказывается принимать это? Зато он знает кое-что точно. Это начало. Начало его конца.

16.10

Прости, Вон. Прости за всё, что было и будет.

***

Спасибо за прочтение! Оставляйте ваше мнение насчёт этой главы и фанфика, пожалуйста, в комментариях. Мне очень важно, что думает каждый читатель.<3