Глава 15
Сила, что пошла волной от Роуз была почти невыносимой, чтобы удержаться на земле мне пришлось вцепиться в землю своими ногтями, когда Маркус слетел с меня, врезаясь в дерево. Я не могу полностью осознать происходящее, и открыв рот от тяжелого шока, я медленно повернулся к Розали, смотря на ее растерянный взгляд. Она смотрит на свои руки, не веря, что эта невероятная сила вышла только что из нее.
Я заметил, что большое количество бойцов Маркуса стали отступать, а половина остальных мертва из-за сильного столкновения с деревом или с землей от огромной силы Роуз. Я несколько раз моргнул, пытаясь поглотить каждый аспект в мой мозг того, что произошло, но мое видение стало размытым от слез, которые появились от сильного порыва ветра.
Поляна почти пуста, когда я, наконец, поднимаюсь на ноги; мои глаза забегали, чтобы найти нашу группу в целости и сохранности, пока неподвижные трупы валяются под нашими ногами. Но я не зацикливаюсь на их смерти; я сосредотачиваюсь на Роуз. Снова и снова изучаю ее лицо, чтобы заметить малейшее изменение эмоций, но она все так же сбита с толку, как и я.
Мое сердце начало быстро стучать по ребрам, когда ужасная реальность захлестнула меня, будто я в бурном океане и он слишком холодный, чтобы находится в нем. Воздух кажется пылью, что сжимает мои легкие, создавая удушающие звуки, исходящие из моего рта вместе с беспорядочными вздохами. Я не хочу в это верить, но я знаю, что это ужасная правда.
Роуз является Белой Ведьмой.
Это единственный рациональный выход, к которому я прихожу, учитывая, что она имеет браслет, который конкретно защищает ее от Черных Ведьм, и теперь она показала свою благодатную силу о которой никто не знал, что она на нее способна. Часть меня хотела почувствовать гордость за нее, только потому, что она, наконец, знает, что она более, чем в состоянии делать удивительные вещи. Но другая моя часть хотела, чтобы я никогда не видел то, что только что произошло.
Потому что теперь две вещи стоят на моем пути, чтобы быть с Роуз.
Не иметь возможности прикоснуться к ней довольно трудно, но теперь я даже юридически не могу быть с ней. Если Совет узнает о наших взаимоотношениях, то может мы попадем, а может и не попадем в тюрьму. Если нет, то мы можем быть приговорены к смертной казни, что ещё хуже. Я считаю, что это одна из причин, почему Маркус убил мою мать; он не хотел, чтобы его поймали. Может во мне все поровну, но я знаю, что плохая сторона всегда пересиливает добрую, которую я не имею вообще. И если я ее имею, то где, черт возьми, она?
Взгляд Роуз наконец-то оторвался от ее рук и она вздернула голову, смотря в мою сторону; беспокойство и возбуждение заполнили ее яркие карие глаза, будто она не знает, что чувствовать в данный момент. И столько, сколько я был рад за нее, я не могу выдавить из себя даже фальшивую улыбку.
Перед тем, как мы все подбежим к Роуз и начнем задавать ей вопросы, мой разум вернулся к тому, что Марк не был убит. Я повернул голову в ту сторону, где он врезался в дерево, и мои глаза широко распахнулись, когда он начал вставать с земли, а не остался в аду, куда его отправила Роуз.
Джесси, кажется, поймал мой обеспокоенный взгляд и, как ни удивительно, он кивнул головой в знак согласия, прежде чем побежать к нему. Маркус умчался, а Джесси "сел" ему на хвост, и я могу только молиться о том, чтобы он поймал этого сукина сына.
— Во блин! — Зейн вздохнул рядом со мной, уловив мое внимание.
Как если бы мои глаза не были уже достаточно широки, они бы выскочили, когда я заметил, что Роуз направила свои ладони на небо, смотря на них, но над ее руками навис туман, бестолково вертясь вокруг, но оставаясь в пределах ее досягаемости. Она осторожно посмотрела на меня и всех парней. Она напугана, я могу сказать это по тому, что ее тело дрожит, а карие глаза заблестели.
— Все нормально, Роуз, — я пытался убедить ее, хотя не могу даже убедить себя. Я знаю, что одним ее маленьким движением этот туман может налететь на кого-нибудь и мы понятия не имеем, на что он способен. — Просто не двигайся, ладно? Можешь ли ты медленно закрыть свои руки?
Роуз резко вдохнула, постепенно сгибая свои дрожащие пальцы, чтобы сжать их в кулаки. Мы все наблюдали с опаской, готовые увернуться от любой, непреднамеренной атаки. Но туман начал медленно исчезать, когда Роуз зажмурила глаза, а руки сжала в кулаки, как будто боялась, что они взорвутся внутри нее.
— Можешь открыть глаза, Рози.
Как только ее красивые глаза раскрылись, все парни начали аплодировать ей, за ее новое открытие. Я тоже хочу похвалить ее, но я не могу найти в себе мужество, чтобы сделать это. Почему я не могу быть просто кем-то без всяких осложнений. Я не хочу об этом думать, но эти мысли уже посещали мою голову: какой была бы жизнь без Роуз. Я бы определенно имел ясную голову и стальное сердце, но теперь все это превращается в туманные воспоминания.
Пока парни восхищались Роуз, я решил немного отступить. Я смотрел на них время от времени, но, к счастью, Джесси вышел из леса, полностью затаив дыхание и с пустыми руками. Я зашагал к нему, выжидательно подняв брови, ожидая от него какого-нибудь объяснения, куда ушел Маркус.
Джесси покачал головой, тяжело дыша. — Марк ушел... Он был слишком быстр.
С силой проведя руками по волосам, я яростно прикусил свою нижнюю губу зубами, погрызывая ее.
Теперь Маркус знает о нашем местоположении.
Теперь он знает, что Роуз может быть больше, чем просто Королева.
Теперь Маркус знает, что она в состоянии помочь ему завоевать мир.
***
Задняя дверь мягко распахнулась где-то около часа ночи. С момента обнаружения сил у Роуз, прошло уже несколько часов, и мне удавалось избежать с ней разговора. Так вот, я сижу на дереве в кромешной ночи, глядя на звезды, будто они могут правильно направить меня.
— Планируешь ли ты спать? — Роуз пошутила, подходя ко мне и садясь в траву, будто дразня меня.
Я пожал плечами.
Роуз нахмурилась. — Гарри, все в порядке? Ты был странно тихим, а ты никогда не тихий. Раньше я хотела, чтобы ты заткнулся, но теперь это меня беспокоит.
Я фыркнул. — Спасибо за беспокойство.
Роуз усмехнулась над моим сарказмом, к чему она, скорее всего, привыкла. Ее хихиканье медленно утихло, когда она посмотрела на меня. — Серьезно, Гарри. Ты в порядке?
— Это звучит как вопрос с подвохом.
— Ты можешь просто ответить на него?
— Нет.
— "Нет" ты не ответишь или "нет" с тобой не все в порядке? Разъясни, Гарольд. — Роуз фыркнула, скрещивая ноги.
Я немного улыбнулся, но она почти сразу же пропала. — Нет, Роуз. Я не в порядке. Но, пожалуйста, ты можешь бросить это? — Спросил я тихо, возясь со своими пальцами.
Я не хотел быть резким с ней, что я обычно делаю, поэтому говорить шепотом - мой единственный вариант. Много раз будучи грубым, чувства выплескиваются из меня. Иногда это бывает, когда Роуз разочаровывается: она становиться такой милой и морщит нос. А другое, это когда я раздражен своими собственными мыслями, или раздражен жизнью в целом.
Роуз вздохнула, явно не удовлетворенная моим ответом, и после нескольких недель проведенных с ней, я понял, что означает ее вздох; она собирается либо приставать ко мне, пока я не лопну, либо она будет молчать, заставляя меня чувствовать себя виноватым и я все скажу ей, так или иначе. Я ненавижу то, какое воздействие она имеет на меня, и то, что я не могу держать это под контролем. Я ненавижу это.
В любом случае, я знаю, что снова проиграю в этот раз.
— Я не скажу тебе, Роуз.
И даже то, что я стараюсь быть дерзким - это все равно не сработает.
Роуз скрестила руки на груди. — Гарри, со мной сегодня, до хрена много, что произошло. Я узнала, что я какое-то сверхъестественное существо, я даже не подозревала о чем-то подобном до тебя, и теперь ты не можешь сказать мне, что тебя беспокоит? Ты хочешь услышать мой нескончаемый список тирады? Потому что я чертовски уверена, что это будет на долго.
Я посмотрел на нее. — Ты ведь уже знаешь, какая ты заноза в заднице, да Розали?
— Может немного.
Закусывая свою нижнюю губу, я пробормотал: — Но я все равно не скажу тебе.
— Почему? — Она застонала, вскакивая на ноги. — Почему ты не можешь сказать мне, что случилось, ведь я могу, по крайней мере, попытаться заставить тебя чувствовать себя лучше?
— Заставить меня чувствовать себя лучше? — Я рассмеялся почти ей в лицо, так как тоже уже стоял на земле. — Роуз, даже если бы ты была самым смешным человеком в мире, я все равно не стану чувствовать себя лучше. Ты не можешь исправить кого-то, говоря с ним о его "проблемах". Так что, это фантазия твоей гребанной головы. — Я плюнул.
Глаза Роуз посмотрели в мои. — Какого черта ты всегда так груб со мной, Гарри? Я пытаюсь помочь тебе, а ты ведешь себя как сволочь! В чем твоя проблема?
— Ради Бога, моя проблема - это ты! — Я крикнул, проведя руками по лицу, сжимая челюсть. Прежде чем я успел остановить себя, мой рот начал извергать бессмыслицу, которое накопилось за несколько недель. — Моя проблема заключается в тебе, Роуз. Хочешь знать, почему? Потому что я, блять, не могу перестать думать о тебе. Я вижу тебя каждый проклятый день и ты все время у меня на уме, как чертова заезженная пластинка. Я смотрю на тебя и желаю всей своей душой и сердцем, хотя я не знал, что они есть у меня. Но Боже, я абсолютно неадекватный.
— Я никогда не чувствовал счастье в своей жизни, пока не встретил тебя, Роуз. Ни разу, у меня не появлялось такой сраной улыбки, пока не появилась ты и изменила это. Ты была чертовски права, когда сказала, что я люблю твою болтовню. Это ебать как раздражает меня, но и в то же время делает мой день. Ты такая милая, и это больно, черт побери.
— Но знаешь, что? Мы никогда не будем вместе. Ты Белая Ведьма, а я Черная, и я ни коим образом не буду рисковать твоей жизнью, чтобы проверить, что мы можем быть своего рода клише парой. Я знаю, что нет такого понятия, как счастливый конец. Я знаю, что в конце концов будет лишь горе. И знаешь, что делает меня таким глупым, даже когда я знаю все эти вещи, Роуз?
Я кипел. Моя кровь кипит, пока Роуз смотрит на меня в абсолютном шоке. Я резко вдохнул, изо всех сил пытаясь подавить ярость.
— Я все еще люблю тебя.
Мой голос невольно сорвался, но я сморгнул маленькие эмоции, которые угрожают вылиться. Я не могу поверить, что я наконец сказал и признал эти слова, не только вслух, но и про себя. Назовите меня, блять, сумасшедшим, раз я влюбился за месяц, но этот месяц прошел рядом с безупречным человеком. Я провел каждую секунду рядом с ней, и я не променяю ни одну, даже на весь мир. Я ненавижу эту уязвимую сторону, которая появилась во мне, но это все ее вина.
Это все Роуз виновата.
Я ожидал, что Роуз даст мне пощечину или, может быть, даже рассмеется мне в лицо. Но она ничего не сказала, продолжая глазеть на меня, с раскрытым ртом. Она подошла ко мне, мои глаза приковались к ней, пока я пытался успокоить свое дыхание. С каждым ее шагом, мое дыхание срывалось. Она продолжала подходить все ближе и ближе, настолько, что было опасно...
А потом я заметил, что я она снимает браслет.
— Роуз, что ты?
У меня не было времени для паники или на то, чтобы закончить свой вопрос, когда она качнулась вперед и ее губы соприкоснулись с моими.
Мой мозг тупо забыл тот факт, что ее браслет окончательно сломан, но это не имеет значения в данный момент. Единственное, на что был ориентирован мой разум, это то, как ритмично двигались ее губы на моих, что я почувствовал себя плавающим на облаке. Ее руки сцепились за моей шеей, ее прикосновения больше не сжигают меня, но теперь совершенно другой пожар обдает меня. Мои руки без стеснения обернулись вокруг ее талии, притягивая ее тело ближе к себе, а наши рты продолжали синхронно двигаться.
Ненадолго отстранившись, я перевел дыхание и снова наклонился, чтобы соединить наши губы. Клубничная гигиеническая помада сделала ее губы более пьянящими, как я боролся с желанием отстраниться, пытаясь поглотить каждую секунду рядом с ней. Ее миниатюрное тело отлично сочетается с моим, и я определенно начал привыкать к этому чувству.
Правда, когда я собирался углубить поцелуй, ее губы оторвались от моих, вместе с ее телом из моих рук. Мое сердце ёкнуло и я быстро открыл глаза; беспокойство охватило меня, когда я судорожно начал оглядываться в поисках ее. Мои глаза остановились на сцене, которую я никогда не захотел бы увидеть.
Маркус приложил одну руку к ее рту, а другой обхватил ее талию, прижимая моего ангела к своей груди, а после исчезая из моего поля зрения.