Half blood

*Доверие

Йегер вот уже дюжину щепок изучал невидящим взглядом менестреля, расположившегося возле барной стойки с лютней и напевающего мягким журчащим голосом очередную балладу о несчастной любви, и у этой конкретной все шло к очень невеселому концу. Сам исполнитель лениво перебирал тонкими умелыми пальцами струны, задумчиво глядя куда-то в пол: видимо, пел о чем-то своем, личном. В корчме было в половину не так шумно, как это было обычно, но все равно находились те, кто предпочитал музыке болтовню. И два таких представителя как раз сидели рядом с парнем.

Когда он брал на встречу с Микасой Армина, то переживал о том, что за столом повиснет неловкое молчание, потому как эти двое друг другу не очень-то понравились, из-за чего ему придется постоянно придумывать темы для разговора и пытаться наладить между ними общение. Но он и подумать не мог, что Микаса и Армин так великолепно обойдутся без его помощи. Сначала эти двое и правда вели себя немного сковано, но потом слово за слово, и вот теперь Армин возбужденно рассказывает внимательно слушающей Микасе о каких-то древних заклятиях, а Йегер вынужден чувствовать себя пятым колесом у телеги.

В очередной раз выпустив в воздух свое негодование тяжелым вздохом, юноша решительно поднялся из-за стола и с коротким «Я выйду, подышу» отправился на улицу. Болтающая парочка едва ли обратила на него внимание, поглощенная интересной темой.

На улице и правда было не так жарко, но духота лета полностью съедала облегчение уже через щепку. Недолго колеблясь, Йегер запустил руки в карманы и решительным шагом направился в сторону разлапистых сосен, соблазнительно обещающих прохладу в их широкой тени.

В груди засело глухое раздражение. Нет, он был рад, что Армин поладил с Микасой, но рассчитывал остаться с ними, а не быть выброшенным за борт. Его, безусловно, тоже интересовали древние заклинания, и он даже знал немного о стихийных, вот только в те дебри, которые так нравились этим двум, не лез и не собирался.

Порадовавшись, что Микаса настояла на выборе корчмы на окраине города, Йегер шагнул за его черту и нырнул в зеленые заросли леса. Те встретили его приятной прохладой уже на опушке. В прогретом солнцем воздухе стоял отчетливый хвойный запах. Он сразу расслабил юношу, успокаивая.

Обрадовались ему не только деревья — комары, как только почувствовали рискнувшего появиться на их территории человека, сразу же поспешили на растерзание свежего мяса. Йегер, недовольно цыкнул, когда один из кровопийц впился в кожу, и, сбросив бренные останки безвременно почившего, поспешил наложить на себя простенькое самодельное защитное заклинание, пока соплеменники убиенного не прилетели мстить.

Сухие ветки и прелые листья приятно проваливались под ногами, добавляя новых ноток в запах. Несмотря на жару, благодаря густым кронам здесь было прохладно, тихо и спокойно. Иногда можно было услышать пение птиц, несколько раз Йегер натыкался на кроликов и один — на лесного василиска, который зеленовато-серебристой змейкой стек под камень, едва заметив человека. Мысли понемногу замедляли свой бег, сворачивая на более миролюбивые тропки.

Город это, конечно, просто прекрасно, но парню куда больше нравилось бродить между зарослей, карабкаться по деревьям и общаться с обитателями леса. Будь его, Йегера, воля, он бы не вылезал из лесу, но так уж сложились обстоятельства, что он ребенок сразу двух миров и принадлежит им в равной степени, а потому оставаться в каком-то одном неправильно. Он бы ни за что не смог бросить Армина. А теперь еще Микаса…

Перед глазами внезапно само собой возникло бледное лицо Аккермана, заставив мальчишку запнуться. Да, с лордом ведь они тоже в последнее время очень сблизились, хоть и сближение это было вынужденным. Пожалуй, после нескольких лун, проведенных в тесном сотрудничестве, Йегер мог сказать, что Аккерман ему нравится. Он оказался совершенно не таким, каким его представлял парень, более… человечным, что ли. А еще Йегер узнал, как легко мужчину можно вывести из себя, и иногда даже применял это знание на практике, за что потом, конечно же, расплачивался, но ни разу не пожалел — оно того стоило.

Действительно ли им необходимо искать выход из той ситуации, в которую они попали? Йегер теперь едва ли мог представить себе жизнь без постоянного мотания на обратку и обратно, без тех лучин, которые они просиживали за книгами, и редких выходов в город. За столь короткое время такое времяпровождение успело глубоко пустить корни в ставшую привычной жизнь. Если ответ найдется, устроит ли его возвращение к прежней реальности? А если нет, то что на это скажет Аккерман? Да и потом, парень ведь обещал показать мужчине заклинание с манипуляцией энергии, тут вряд ли одного раза хватит.

Вспомнив об этом, юноша поморщился. Он не особо представлял, что и как должен будет сделать. Конечно, есть вероятность, что от просмотра чужими глазами и невразумительных сбивчивых объяснений у лорда что-то да получится, но вероятность была слишком неказистой. А еще Йегер боялся напортачить. Очень.

— Эй! — внезапно откуда-то сбоку его окликнули дребезжащим старческим голосом. Йегер резко повернул голову и обернулся вокруг, чтобы удостоверится, что обращаются именно к нему. Хотя к кому еще, в самом деле. — Эй, парень, — повторили громче и уверенней, — да, ты. Не подскажешь, в какую сторону Город? — согнутый пополам дедок подошел ближе к юноше, не сводя пристального взгляда с его лица. Длинная борода была заправлена за пояс, а в руках он держал крепкую дубовую палку. На голове у него красовалась странная шапка, больше похожая на расшитый нитями блин, из-под которого выглядывали курчавящиеся волосы.

— В ту, — указал парень, безошибочно определив направление.

— Спасибо, мальчик, — проскрежетал дедок, поудобней перехватывая палку, и зашагал в указанном направлении.

Йегер же задумался о том, насколько бесшумны и ловки движения у старика, что тот смог подобраться к нему так близко и остаться незамеченным. Либо же он слишком глубоко ушел в собственные мысли, что просто не расслышал.

Но Йегеру не дали времени, чтобы как следует это обдумать — в следующую щепку из-за деревьев вышло человек десять довольно выразительной наружности с недобрыми ухмылками на лицах, испещренных шрамами. Парень чуть не застонал в голос — ну за что ему это все? Раньше, чем окружившие успели что-либо предпринять, Йегер прошептал под нос простенькое заклинание, подбросившее его вверх на дюжину локтей, и ловко приземлился на широкую ветку дуба, цепко ухватившись за ствол руками.

Внизу замешательство продлилось недолго, и, едва Йегер успел обосноваться на ветке, в него полетели сразу несколько пульсаров. Парень ругнулся под нос и поспешно отмахнулся от заклинаний щитом. Бездна, с магами не получится так просто уйти. Сразу за пульсарами в атаку кинулись те, кто магией не владел, зато обладал очень внушительными кусками острого металла и, безусловно, довольно неплохо мог с ним управляться, а потому нашинковать кого-то вроде Йегера, труда не составит от слова совсем.

Парень, нараспев произнеся несколько строк под нос, без тени страха перескочил с ветки дуба на ветку соседней ели, а с нее на соседнюю и так дальше. Искусственно созданные порывы воздуха помогали не промахнуться и не упасть раньше времени. Он старался как можно больше петлять, чтобы уменьшить шанс попадания в себя какого-нибудь заклинания, потому что в данный конкретный момент был попросту не в состоянии отбить его. В мозгу хаотично бегали мысли, сталкиваясь друг с другом и создавая кашу из таких закономерных вопросов как: «Кто эти люди?», «Зачем им я?», «Если они разбойники, то зачем им я?!», «Почему они так решительно настроены меня убить?» и прочие. Поверх паникующих мыслей говорил какой-то иной голос, имеющий удивительно отрезвляющий эффект. Именно он сейчас заставлял Йегера скакать по веткам, улепетывая от недоброжелателей, и попутно подбрасывал идеи касательно последующих действий.

Эти разбойники выбрали не самое лучшее место, чтобы его поймать — в лесу у парня было шансов уйти больше, чем в том же Городе. Их желание отсутствия лишних глаз сыграло с ними плохую шутку, подарив Йегеру преимущество и возможность выбраться из заварушки целым. Насколько он помнил, скоро должна была показаться первая впадина, а за ней остальные, что были порядком глубже. Вот там-то он и сможет их скинуть со своего хвоста. А если не скорость поможет, то уж точно обитающие в тех местах мантикоры постараются.

В следующую щепку прямо у парня под ногами просвистела металлическая звезда. Немного промахнулась мимо своей цели, но зато послужила причиной, по которой у Йегера не получилось нормально приземлиться на ветку. Нога соскользнула с влажной коры, и он кубарем покатился вниз, не успев зацепиться ни за что рукой.

Приземление получилось очень неудачным. Столкновение с землей вышибло полностью весь воздух из легких, и набрать нового получилось только через несколько бесполезных попыток, сделанных сквозь жгучую резь в груди. Нещадно болела спина, распекая хозяина за такое небрежное обращение, и голова гудела, словно колокол, который вот-вот расколется на части.

Йегер с болезненным стоном подтянул к голове руку, осторожно касаясь затылка. Как он и думал, на пальцах осталась кровь. Парень зло выругался сквозь зубы и, шипя проклятия через слово, осторожно поднялся на ноги. Прислушавшись, он понял, что от него и не подумали отстать, и даже более того, в скором времени поймают, а потому нужно побыстрее мотать удочки, если не хочет попасться этим Бездной посланным людям.

Все тело болело, отказываясь работать как надо, левая нога постоянно подгибалась, едва позволяя вообще на себя наступать, Йегера мотало из стороны в сторону, но он упрямо шел вперед, старательно игнорируя боль, ведь прекрасно осознавал, чем может обернуться его слабость. Разбойники уже почти настигли его, парню даже напрягаться не приходилось, чтобы отчетливо различать звук ломающихся веток и шуршащих под ногами листьев. На глаза невольно выступили злые слезы, но Йегер быстро смахнул их — нельзя позволить себе сейчас расклеиться. Его не поймали. Еще нет. У него есть время спрятаться.

В ушах стучала кровь, заглушая звуки, но это не помешало парню услышать звук рассекающего воздух лезвия. Он резко отшатнулся в сторону, плюхаясь на землю. Остро заточенный нож торчал из ствола елки, опасно поблескивая в солнечных лучах.

— Попался, — победно произнес низкий надтреснутый голос, и тяжелая рука опустилась парню на плечо, заставив с силой сжать зубы. Йегер обернулся, чтобы увидеть нависшего над собой мужчину лет сорока, с темным загорелым лицом, хищными чертами и опасно прищуренными, почти прозрачными глазами. — Ну и заставил же ты нас побегать, сынок.

— Я вам не сынок, — холодно отрезал Йегер, попытавшись смахнуть впившуюся в плечо конечность, но у него ничего не получилось: пальцы только сильнее впились в кожу, заставив снова зашипеть сквозь зубы. — Кто вы вообще такие и зачем я вам нужен?

— О-о, — недобро осклабился мужик, — ты наша волшебная палочка, парень.

— Чего? — Йегер нахмурился, поджав губы. Неужели ему попались блаженные на голову. Если так, то все еще хуже, чем он предполагал.

Вместо ответа на вопрос разбойник обратился к кому-то из своей банды:

— Эй, Ворон, подрежь-ка птичке крылья, чтобы ей не взбрело в голову улететь от нас.

Низкорослый мужчина с длинными сальными смоляными волосами, собранными в высокий хвост, издевательски ухмыльнулся, ловко подбросив в воздух стальной нож, и, поймав его, перехватил поудобнее, приближаясь к парню. Немного заостренные уши и длинные прямые волосы говорили о наличии эльфийских предков, а нос картошкой и грубые, небрежные черты лица — о троллях в семейном дереве. Ловкий и жестокий убийца.

У Йегера широко распахнулись глаза. Судя по лицам вокруг, просить пощады было бесполезно, да он и не собирался унижаться перед кем-то вроде этих отбросов. Парень пренебрежительно сплюнул под ноги черноволосому и дерзко посмотрел ему прямо в глаза.

— Ах, ты крысеныш, — яростно оскалился разбойник, — да как ты смеешь?!

— Ворон, — окликнул его смуглый, по всей видимости, главарь, — только подрезать, а не убить, пускай творит, что хочет, он нужен живым.

Йегера это известие не то чтобы обрадовало, но подарило знание, что он пока не умрет. Хотя по всему получалось, что полноценной жизни ему тоже больше не видать.

Ворон скрипнул зубами, но подчинился. Йегер напряженно следил за каждым движением мужчины, а когда тот оказался на нужном расстоянии, со всей силы пихнул его ногой в колено. Послышался неприятный хруст и стон, полный боли. Йегер закрыл глаза и, закусив губу до крови, начал спешно подпитывать энергией браслет на запястье. Он до сих пор не знал, как тот сработает, ведь пользовался им только рядом с Аккерманом и металлические кольцо активировалось его магией, но сейчас была экстренная ситуация и он готов был рискнуть.

Кажется, он все-таки сделал что-то не так, потому что та темнота, которая его окутала, мало походила на уже привычное перемещение. Страх за то, что сейчас, возможно, он проживает последние моменты своей жизни, даже не успел постучаться: мрак поглотил с головой быстрее, лишая сознания и возможности думать.

***

Словари Ханджи услужливо оставила на столе. Естественно, посмотреть на поверхность перед тем, как класть туда книги, она не догадалась, и теперь Аккерман хмуро рассматривал на своем рабочем столе три башни из фолиантов, под которыми были погребены важные бумаги и планы, которые он рассчитывал отдать на руки Эрвину как можно скорее. Если бы их просто привалили, все было бы ничего, но их умудрились помять. Лорд брезгливо сморщил нос и провел ладонью по лбу, зачесывая волосы назад — может, посадить кого-то, пускай перепишут, потому что заниматься этим по второму кругу не было совершенно никакого желания.

Выдохнув, он посмотрел в окно на улицу. У его отряда как раз была разминка, и полсотни тушек разной степени загара наматывали круги вокруг замка. Бодростью пробежки командовал Эрвин, так что шансов отлынивать не было ни у кого. Мужчина многое бы отдал, чтобы бегать сейчас вместе с остальными внизу, а не просиживать задницу в этом Бездной проклятом кабинете, заполняя ненавистные бумажки и по сто раз перепроверяя написанное. Жаль только, что сдать обязанности пока некому.

Все же опустившись в рабочее кресло, лорд еще раз окинул маячившие теперь прямо перед носом стопки, но даже не подумал их убрать. Вместо этого он полез в шухляду в столе и извлек оттуда отчет Ханджи об убийствах. Он читал его уже несколько дюжин раз, но ему все равно казалось, что он что-то упускает. Взгляд привычно заскользил по строчкам, которые, казалось, успели отпечататься в мозгу ядовитыми чернилами.

Ему не давали покоя слова Зое касательно проклятия, наложенного на последних двух убитых. Стихийная магия. Зачем кому-то применять столь древнее и ценное знание на ком-то вроде мелких разбойников. Если хотелось привлечь внимание, то надо было отправляться прямиком в Ковен и оттуда вещать миру о своем открытии, зачем же марать руки и действовать втихую. Более того, зачем оставлять это ему? Аккерман сильно сомневался, что их неизвестный злодей не подозревал о том, что нашла Ханджи. Не с его уровнем подготовки. Он был предусмотрителен до зубовного скрежета и очень хорошо осведомлен о личностях, находившихся в его, Аккермана, подчинении, никакой незначительной мелочью не выдавая столь ценную информацию о себе.

Вероятность того, что применил заклинание кто-то другой, была минимальной. Хотя бы потому, что у большей части населения, владеющего магией, не хватило бы энергии на плетение. Сомнительно, что работали два мага, ведь волшебники высокого уровня редко ладят между собой, если вообще способны найти общий язык.

Но почему клятвой связаны только эти двое? Возможно ли, что остальные тоже связаны, и если нет, почему?

Аккерман моргнул, смахивая поплывшие перед глазами руны, и сделал себе в голове пометку касательно уточнения наличия клятвы у остальных пострадавших. Пускай Ханджи перепроверит, тогда у них будет от чего отталкиваться дальше.

Смерив тяжелым взглядом словари, словно надеясь, что они испугаются и сами собой перенесутся на обратку, мужчина принялся перекладывать книги вниз, на пол. Когда он опускал очередную стопку, дверь за ним хлопнула и в кабинет влетел растрепанный вихрь, который затормозил сразу же, как наткнулся взглядом на согнутую фигуру лорда, что стоял к вошедшему спиной.

— Ты чего это делаешь? — оторопело поинтересовалась Ханджи, нахмурившись.

Аккерман неторопливо повернулся и выразительно приподнял брови вверх.

— А ты как думаешь?

Женщина поправила немного сползшие на кончик носа очки и внимательней всмотрелась в книги.

— О-о, — раздался радостный звук узнавания, — о-о, — повторился, когда женщину накрыло осознание. Она виновато поджала губы, но было заметно, что оставленные не там книги и помятые документы — не то, что ее сейчас заботит.

Сдержанный жест рукой по направлению к креслу в другом конце кабинета позволил Зое прекратить фальшиво изображать раскаяние и занять предложенное место.

Аккерман опустил все книги на пол и только тогда занял место напротив кресла Ханджи. Она явно была напряжена и сидела, нервно жуя собственную губу. Лорд закинул ногу на ногу и кивнул, показывая, что он весь внимание.

— Во-первых, у нас появился еще один мертвец, — начала Зое, неотрывно глядя на Аккермана и начав перебирать собственные пальцы на руках. — Кстати, вот конверт, — и она нетвердым движением выудила из-за пазухи немного помятый конверт, протягивая лорду. Тот взял его и ловким отработанным движением открыл, достав листок с очередным фрагментом послания неизвестного.

— Такой же, как предыдущие? — уточнил он на всякий случай, вглядываясь в буквы, выведенные иным почерком. Ханджи молча кивнула, подтверждая. — Кажется, он решил поменять секретаря, — заметил Аккерман. «Но я сделаю так» гласили аккуратные руны с подкрученными на эльфийский манер хвостиками линий. — Но ты же пришла не для того, чтобы отдать мне конверт, — проницательно заметил он.

Женщина кивнула, снова поправив очки, и склонилась немного вперед, упираясь локтями в колени.

— Помнишь, я говорила, что последние найденные ребята связаны кровной клятвой? — лорд нахмурился, не совсем понимая, к чему ведет Ханджи. — Такие клятвы обычно оставляют очень четкий след на ауре, который несложно заметить, если знать, куда смотреть, но поскольку у мертвых нет ауры, то задачка с распознаванием становится сложнее — обнаружить связывающее заклятие почти невозможно, — Зое сделала небольшую паузу, набрав в легкие побольше воздуха. — При осмотре тех двоих я обнаружила, что структура их крови немного отличается от обычной. Магическая составляющая искажена. Так вот, — продолжила она, оставив наконец руки в покое и сцепив их в замок, — при последнем моем осмотре я смогла различить это искажение, а теперь его нет. А вот у новичка, которого привезли утром, смогла.

— Хочешь сказать, у заклятия есть таймер?

— Пока это самое разумное объяснение, — кивнула Зое. — Хотя тогда я не понимаю, как структура не разрушается раньше времени. Такие переменные в матрице сложно стабилизировать.

Но лорда волновал другой вопрос.

— Ты сказала, что клятва разрушилась, так? Значит, они больше не связаны обещанием и могут говорить?

— Хочешь провести ритуал? — настороженно спросила Зое, сразу уловив направление мыслей мужчины.

— Думаю, можно попробовать.

— Ха, — женщина откинулась на спинку кресла, зарываясь пальцами в волосы. — А это может сработать. Кажется, у нас наметился туз в рукаве.

Аккерман сдержанно кивнул. Радоваться было пока рано, но у них и впрямь могло что-то получиться, ведь о его таланте к темной магии знала только Ханджи, застукав в один из дней лорда в библиотеке с практическим пособием для некромантов. Тогда она выторговала себе Моблита в качестве помощника, взамен пообещав сохранить секрет. Еще знал Йегер, которому Аккерман сам все рассказал, потом не раз задаваясь вопросом зачем. Но вряд ли это был он, ведь иначе это знание давно обрело бы себя на практике.

И все же оставалось существенное «но» — вдруг он не сможет вызвать дух. Книги книгами, но на практике он не рискнул проверить действие хоть одного заклинания. Последствия могли быть очень серьезными, а настоящего некроманта еще найти надо.

Внезапно Аккерман ощутил нарастающее головокружение и сильный приступ тошноты. Он с силой впился пальцами в подлокотники и зажмурил глаза, стараясь подавить нахлынувшую слабость.

Это кончилось так же быстро, как и началось. Внутренности разошлись по местам, обещая больше не протестовать, голова прекратила дикий танец, и Аккерман с опаской открыл глаза, опасаясь нового, неизвестно откуда прилетевшего приступа. Взгляд уперся в до боли знакомые книжные стеллажи, на которых красовались потертые корешки зачитанных книг.

Недоверчиво нахмурившись, мужчина опустил глаза и тут же уперся взглядом в Йегера, красиво развалившегося звездой на полу и тупо глядящего в потолок.

— Эй, — окликнул он, вскакивая с кресла и в два шага оказываясь рядом с Йегером и опускаясь на колени, — живой?

— Говори тише, — хрипло попросил юноша, поморщившись, — голова раскалывается.

Аккерман нахмурился, а затем заметил на темном полу, прямо рядом с головой парня, багровые капли. Это заставило не на шутку взволноваться.

— Поднимись, надо голову посмотреть, — скомандовал Аккерман, цепляясь за плечи парня и пытаясь помочь ему занять вертикальное положение.

— Да не только ее, — Йегер скрипнул зубами, скривившись — спину прострелило молнией боли. Все же неудачное столкновение с землей не прошло незамеченным, а сидячее положение только лишний раз об этом напомнило. Аккерман поджал губы и принялся рассматривать рану на затылке, иногда помогая себе пальцами. Йегер вздрагивал от малейшего осторожного касания, отдающего крошечными разрядами, поэтому лорд старался лишний раз его не касаться, логично полагая, что причиняет боль.

Рана оказалась неглубокой, скорее просто ссадиной, но из-за крови волосы слиплись, превратившись в паклю, украшенную сосновыми иголками вперемешку с листьями. Благо земли там не оказалось.

— Я подлечу, — что-то решив, сообщил Аккерман.

— Не стоит, — встрепенулся парень, о чем тут же пожалел, снова получив разряд молнии сквозь позвоночник.

— Йегер, это был не вопрос, — отрезал мужчина тоном, пресекающим все дальнейшие протесты. Парень послушно замер, осознав свое положение, и позволил Аккерману делать с собой все, что тот сочтет нужным.

Аккерман удовлетворенно кивнул и, быстро раскопав в памяти нужное заклинание, немного наклонил голову юноши вперед и невесомо, стараясь не причинить неосторожным движением боль, коснулся пальцами краев раны. Сосредоточившись, пустил сквозь руки поток энергии, направляя ее тихим бормотанием длинных слов заклятия. Ткань восстанавливалась на глазах, стягивая края раны.

Едва лорд успел закончить, как рука юноши взмыла вверх, стремясь ощупать залеченную рану, но добраться до цели так и не смогла — наглая конечность была остановлена звонким предупреждающим ударом.

— Куда грязными руками?

— Да ну, — отмахнулся парень, — дай оценить работу.

— Оценишь, как только помоешь руки, — безапелляционно сообщил Аккерман. — А теперь ложись обратно, будем смотреть, что там с твоей спиной.

— Не надо, просто перенеси меня в лес.

— Судя по гербарию у тебя в волосах, ты как раз оттуда. И яркие впечатления, — мужчина сделал выразительную паузу, — тоже. Так что ложись и не мешай.

И Йегеру снова ничего больше не оставалось, кроме как смириться и просто довериться. В конце концов, было не так уж и плохо, а ощущение теплых пальцев на коже и вызванных прикосновениями мурашек ему даже нравилось. Он и не подозревал, что Аккерман может быть таким осторожным и даже… нежным, что ли. Мысль родила глупую улыбку, которую парень поспешил скрыть, напустив на себя недовольный вид.

Он аккуратно, дабы лишний раз не потревожить спину, лег обратно на пол и выжидающе, даже с некоторым интересом уставился на лорда, внимательно следя за каждым его движением. Аккерман лишь закатил на это глаза, внутренне выругавшись. Огромные раскосые глазищи напротив жутко отвлекали.

— Ты не мог бы не смотреть так пристально? Мешаешь.

— Разве? — ехидно возразил парень. — Я же просто лежу и ничего не делаю.

— Слишком непредусмотрительно заявлять такое человеку, способному тебя убить. А учитывая твое теперешнее состояние тебе бы вообще лучше затянуться, — раздраженно отозвался мужчина. Казалось, эти глаза видят его насквозь и знают о том, что творится у него в голове.

— И вы бы смогли? — в зеленых глазах загорелся осторожный огонек интереса.

— Что?

— Убить меня, — Йегер пристально вглядывался в бледное лицо.

— Зависит от ситуации, — после недолгой заминки отозвался мужчина, нарочито безразлично отведя глаза в сторону. А сам себе признался, что нет, не смог бы.

Повисла непонятная тишина. Когда Аккерман все же поднял глаза, то столкнулся взглядом с Йегером. Они просто молча смотрели друг на друга, и казалось, через эту игру в гляделки стало понятней гораздо больше, чем через тысячи бессмысленных разговоров.

Аккерман нахмурился и моргнул, разрывая контакт.

— Смотри, пожалуйста, в потолок, — попросил он.

Йегер послушался и перевел взгляд на потолочные балки, где мерцали серебряные нити рун. Ему надо было кое-что серьезно обдумать.

В это время лорд задумчиво изучал ауру юноши измененным зрением. Самой большой проблемой оказалась именно спина, хотя даже на нее мужчине должно было хватить целительских умений. Травма была несложной и все, что требовалось, правильно срастить ткани. Также пострадала левая нога, но обычное растяжение было пустяковой проблемой, решаемой за несколько минут.

Определившись с фронтом работ, Аккерман решил начать со спины. Он полуприкрыл глаза, воскрешая в памяти матрицу нужного заклинания и вплетая ее в текст, который превращался в неразборчивое мелодичное бормотание, то и дело лавирующее между тонами. Это походило на какой-то священный ритуал.

Завершив исполнение нескольких пассов, Аккерман осторожно положил руки Йегеру на живот в районе солнечного сплетения. Парень вздрогнул и перевел взгляд на мужчину, но тому сейчас было не до чужого внимания.

Даже сквозь ткань рубашки отчетливо ощущался жар тела, мышцы под пальцами сначала напряглись, а потом вновь расслабились. Выдохнув, Аккерман начал осторожно сращивать ткани, наблюдая за процессом измененным зрением. Пока все шло как надо.

Прошло несколько щепок, а энергия все так же продолжала покидать тело Аккермана и перетекать к Йегеру. Именно тогда к мужчине закралось подозрение, что в его диагноз закралась ошибка. Вероятно, он что-то пропустил или не заметил и на самом деле травма оказалась куда серьезнее. Прервать целительский процесс мешало какое-то внутреннее наитие, уверяющее, что все идет как надо, вопреки вопящему на всю громкость здравому смыслу. Лорд привык доверять собственной интуиции, а потому просто продолжил свое дело, отмахиваясь от дурных мыслей.

Энергия остановилась, только когда резерв был почти на исходе. Аккерман утер тыльной стороной ладони пот со лба и мысленно порадовался, что сейчас сидит.

— Эй, — тихо окликнул его Йегер, тронув за руку, — все нормально? — в голосе сквозило искреннее волнение и участие, так что мужчина решил удовлетвориться лишь простым кивком без ядовитых реплик. — Спасибо, — тепло поблагодарил он с мягкой улыбкой. И читалось в ней что-то такое, чего раньше не было, что-то гипнотизирующее.

— Еще осталась нога, — напомнил лорд.

— Не… — Йегер захлопнул рот под тяжелым взглядом. Действительно, сколько можно.

От прохладных ладоней по коже вновь побежали мурашки, а унявшаяся спустя щепку ноющая боль заставила повеселеть еще больше. А вот посеревшее лицо Аккермана заставило задуматься о смене ролей. Он весь взмок и едва ли чувствовал себя на отметку «терпимо».

Йегер сокрушенно помотал головой и поднялся на ноги. Он-то после лечения чувствовал себя новой монетой. Парень подошел к мужчине и осторожно взял его за руку.

— Ты чего творишь? — вяло поинтересовался лорд, встречаясь с искристым зеленым взглядом. Это определенно было ошибкой, ведь сердце внезапно решило взбеситься и ускориться в несколько раз. Он быстро опустил взгляд, не желая быть обнаруженным.

— Благодарю, — все с той же мягкой улыбкой проговорил Йегер, забрасывая к себе на плечи руку не сопротивляющегося Аккермана и поднимая того на ноги, осторожно придерживая за талию.

— Думаешь, я сам не встану? — лорд предпринял неубедительную попытку вырваться, но Йегеру он сейчас был явно не соперник.

Парень оставил ответ мужчине. Заплетающиеся ноги были лучшим тому доказательством. Путешествие в три дюжины локтей до подоконника оказалось поистине подвигом.

Парень осторожно усадил мужчину на поверхность, предусмотрительно поправив подушки. Убедившись, что тому удобно, сам устроился у Аккермана, которому было лень возражать, в ногах. Он лишь спросил:

— И все-таки, кто тебя так отделал?

— Гравитация, я полагаю, — невесело хмыкнул парень. — А помогли с ней поссориться какие-то разбойники или кто. Я так и не понял, если честно, но наружности явно недоброжелательной.

— И что же вы с ними такое не поделили? — любопытство против воли выплескивалось в вопросы.

— Меня, — заметив изогнутую бровь на бледном лице, парень поспешил исправиться: — Ну, то есть им зачем-то нужен был я, живым, вот они за мной и гонялись.

— В лесу, — уточнил лорд, хотя интонация была далека от вопросительной.

— В лесу, — спокойно подтвердил Йегер.

— Придурки, — констатировал Аккерман, заставив юношу фыркнуть.

Повисла тишина. Аккерман, кажется, готов был вот-вот провалиться в сон, а Йегер терзал губу, не в состоянии решиться.

— Эй, — неуверенно позвал он.

— Мм? — отозвался лорд. Сейчас он сильнее всего напоминал простого человека. Человека, оказавшегося достойным доверия.

— Можно тебе открыть секрет?

— Ты на самом деле не человек и явился из Бездны в наказание за прошлые грехи?

— Почти угадал, но я серьезно.

— Валяй.

Эрен набрал в грудь побольше воздуха и начал:

— Ты же знаешь, что у народа за Границей не принято называть друг другу свои имена, так?

— Йегер…

— И открывают его только самым близким людям — тем, которым доверяешь.

— Йегер…

— Так вот, я решил, что открою тебе свое.

Аккерман на мгновение замер. Сон окончательно сдуло рукой.

— Ты уверен? — спрашивал, словно у себя самого. Такое знание — это огромная честь, но и такая же ответственность.

— Да, — ответил юноша, кивнув. — Просто я чувствую, что так нужно. Что тебе можно сказать, — Йегер снова замялся, а затем, собравшись с мыслями, уверенно посмотрел прямо в почти прозрачные глаза, что внимательно за ним следили. — Меня зовут Эрен.

— Эрен, — повторил Аккерман, пробуя имя, заставив сердце юноши пропустить удар. Непривычно было слышать собственное имя, но, пожалуй, парень мог бы к этому привыкнуть.

— Да, это я, — шутливо отозвался он.

— А я Леви.