25 глава
Записка?
Дважды проверяю, нет ли кого поблизости, прежде чем топнуть по шару ногой. Мальчишка возвращающийся в свою палату с открытым пакетом чипсов, подпрыгивает на пару метров, чипсы вылетают из пакета и устилают пол. Быстро хватаю скатанную в трубочку записку, разворачиваю и читаю аккуратный почерк Вали:
Начни оттуда, где мы впервые встретились.
Отделение неонатологии! Крадусь по коридору мимо мальчишки, с обиженным видом собирающего свои картофельные чипсы, и поднимаюсь на лифте на пятый этаж.Виляя между медсестрами, пациентами и врачами, бегу через переход во второй корпус, миную двойные двери восточного входа в отделение. Оглядываюсь, верчу головой туда-сюда в поисках следующей подсказки. Вот! За стеклом к пустой кроватке привязан еще один ярко-желтый шарик. Осторожно,на цыпочках захожу в палату, вожусь с узлом на нитке, чтобы отвязать шар.
Господи, Валя. Ты что, морские узлы вяжешь?
Наконец справляюсь, выбираюсь назад в коридор,смотрю в обе стороны и — ХЛОП!
Разворачиваю записку, читаю следующее послание:
Розы красные. Или они...
Морщу лоб, уставившись на записку. «Или они...» О! Вспоминаю ее лицо в ту ночь, белую розу, аккуратно заложенную за ухо. Ваза. Направлюсь прямиком в атриум,сбегаю по ступеням в главный вестибюль, спешу в помещение, со всех сторон закрытое стеклом. Распахиваю двери и вижу плавающий в воздухе желтый шарик,привязанный к вазе.
Машу рукой охраннику, с подозрением наблюдающему,как я срываю шарик с вазы. Стараюсь сдерживать дыхание —легкие протестуют, такая гонка не для них. Улыбнувшись охраннику порядка, громко лопаю шарик и, чтобы объясниться, смущенно пожимаю плечами:
— У меня сегодня день рождения.
Подбираю записку, разглаживаю и читаю:
Если бы я только могла задерживать дыхание достаточно долго...
Едва закончив читать, разворачиваюсь к аквариуму с тропическими рыбками; в глаза бросается их ярко-оранжевая и желтая окраска. Жадно высматриваю, где на аквариуме следующий шарик.
Или я неправильно понял?
Задумываюсь снова. Бассейн.
Выбегаю из помещения в сторону спортивного зала в нервом корпусе; последняя записка зажата в кулаке. Толчком открываю дверь в зал иду мимо тренажеров и вижу дверь в бассейн предусмотрительно распахнутую и подпертую стулом. Захожу внутрь и с облегчением вздыхаю, увидев желтый шарик, плавающий в воде в паре метров от края.
Смотрю по сторонам и замечаю кий, оставленный здесь в пятницу.
Заведя кий под шарик, цепляю нитку и вытаскиваю шарик из воды, чувствуя, что к нему для утяжеления что-то привязано.
Вытаскиваю и... невольно хохочу — бутылка «Кэл стат»,антисептика из видео Вали.
Кием протыкаю шарик, потом ищу среди обрывков послание.
Спустя ровно сорок восемь часов после нашего первого свидания...
Переворачиваю записку — в ней больше ничего нет. Я хмурюсь, смотрю на часы. Восемь пятьдесят девять. Через минуту будет ровно сорок восемь часов после нашего первого... У меня звонит телефон.
Сдвигаю заставку и вижу фото Вали, чертовски привлекательной в колпаке шеф-повара и с желтым шариком в руке; она широко улыбается. Сообщение гласит: ...начинается второе!
Наморщив лоб, уменьшаю изображение, пробую определить, где она может находиться Такие металлические двери установлены по всей больнице. Погоди-ка! Сдвигаю картинку вправо и вижу угол автомата с молочными коктейлями в буфете. Быстро иду к лифту, поднимаюсь на пятый этаж, прохожу по коридору и по мостику в корпус 2.Заскакиваю в другой лифт и снова спускаюсь на третий этаж, где находится кафетерий; стараюсь успокоить дыхание и приглаживаю волосы, смотрясь в стены из нержавеющей стали. Бильярдный кий по-прежнему у меня в руке.
Как ни в чем не бывало выхожу из-за угла и вижу Валю, прислонившуюся к двери кафетерия. Когда она замечает меня, глаза ее вспыхивают от радости. Валя сделала макияж, длинные волосы откинуты с лица и собраны лентой.
Она прекрасна.
— Думала, ты меня никогда не найдешь.
Протягиваю ей кий; она берется за другой конец, толкает дверь и ведет меня через темный кафетерий.
— Знаю, уже поздно, но нам пришлось подождать,пока кафетерий закроется.
В недоумении оглядываюсь.
— Нам?
Остановившись перед двойной дверью, стекла которой словно расписал мороз, она поворачивается ко мне, смотрит с загадочным выражением на лице, потом набирает код на панели. Щелкнув, дверь открывается, и меня встречает хор голосов:
— Сюрприз!
У меня отвисает челюсть. Макс и Аню, а также подружки Вали,Юля и Катя, только что вернувшиеся из Кабо, сидят за столом, накрытым больничной простыней; по концам стола горят белые свечи, языки пламени бросают теплые отсветы на корзинки, полные свежего хлеба, и на аккуратно нарезанный салат. Даже медицинские чашки с красно-белыми пилюлями «креона» поставлены перед тремя местами за столом.
Я совершенно ошеломлен.
Перевожу взгляд со стола на Валю и не нахожу слов.
— С днем рождения, Егор, — говорит она, концом кия легонько толкая меня в бок.
— Он настоящий! — восклицает Катя (или Юля?), и я смеюсь, а Аня бросается ко мне и крепко обнимает.
— Нам так не хотелось обманывать тебя, —извиняется она.
Макс тоже меня обнимает, хлопает по спине.
— Но вот твоя девушка нашла нас через твою страничку в Фейсбуке и убедила устроить тебе сюрприз.
Юля и Катя при словах «твоя девушка» обмениваются многозначительными взглядами, и Валя сердито смотрит на них. потом смотрит на меня. Моя девушка. Как это замечательно звучит.
— Сюрприз определенно удался, — заявляю я. обводя их благодарным взглядом.
Появляется Майк в маске, стерильной шапочке и перчатках и размахивает щипцами:
— Привет! Угощение почти готово!
Мы рассаживаемся, соблюдая дистанцию между всеми больными. Валя с одного края, я с другого,Майк —посередине, между Аня и Макс. Юля и Катя сидят по другую сторону стола, обеспечивая необходимое расстояние между мной и Валей. Все принимаются за хлеб с салатом, а я смотрю на них и улыбаюсь. Я так счастлив, что даже противно.
Через стол смотрю на Валю, улыбаюсь ей и говорю одними губами «спасибо». Она кивает, краснеет и опускает взгляд.
Моя девушка.
Майк полает на стол самую прекрасную в Ми^ пасту с лобстерами, которую я когда-либо видел; блюдо украшено листьями базилика, свежим пармезаном и даже трюфелями!Все благоговейно взирают на это чудо.
— Откуда все это взялось? — интересуюсь я. в то время как мой желудок издает громкое голодное урчание.
— Отсюда! — отвечает Майк, кивая себе за спину, на кухню. — В каждой больнице имеется ВИП-кухня, где хранятся деликатесы для знаменитостей и политиков. — Он пожимает плечами. — Для важных людей, понимаешь?
Он поднимает стакан.
— Но сегодня ты — виновник торжества, все это — для тебя! Салют!
Все поднимают стаканы.
— Салют!
Через стол смотрю на Валю и подмигиваю ей.
— Как жаль, что у меня аллергия на морепродукты, Майк.
Он замирает на полуслове и медленно поворачивает голову в мою сторону.
Ухмыляюсь, трясу головой.
— Шучу, шучу!
— Я чуть не запусти в тебя лобстером, - хохочет Майк.
Все смеются над нами, и мы принимаемся за главное блюдо. Это определенно лучшая паста из тех, которые я ел, а мне доводилось бывать в Италии.
— Майк! - возглашаю я, тыча вверх вилкой. – Это неописуемо!
— Когда-нибудь ты станешь лучшим шеф-поваром в мире, — поддерживает меня Валя, и Майк, улыбаясь до ушей, шлет ей воздушный поцелуй.
Довольно скоро принимаемся рассказывать смешные истории. Макс рассказывает историю о том, как два года назад мы подбили всю школу прийти в одном нижнем белье за день до летних каникул. Что произвело достаточно сильное впечатление, потому что обычно нас ругали, даже если мы неровно повязывали галстук.
Вот единственная вещь в школе, по которой я не скучаю,— форма.
Валя принимается вспоминать всякие шалости,которые они с Майком проделывали здесь, в больнице, начиная с попытки похищения из кафетерий автомата для приготовления молочных коктейлей и кончая гонками в креслах-каталках по детскому отделению.
Судя по всему, я не единственный, кого Кейт; время от времени желает убить.
— Ой, был еще один случай, ребята! - восклицает Майк и смотрит на Валю. — Помнишь Хеллоуин в том году?
Валя а уже начинает улыбаться, глаза ее светятся, она кивает.
— Сколько нам тогда было, Валь? Десять? Подтвердив кивком, она сама начинает рассказывать:
— Ну, мы набросили простыни и... — Майк принимается завывать, как привидение, вытягивает перед собой руки и скользит по залу. — Мы прокрались в отделение для слабоумных. Разыгрывают?
Я так хохочу, что у меня начинается приступ кашля.Отодвигаю стул от стола, машу рукой, чтобы продолжали веселиться, пока я прокашляюсь.
— Да ну! — говорит Макс. — Вы все придумываете!
— Ох, дружище, — стонет Майк, утирая слезы. — Это был такой скандал. Лучший Хеллоуин в моей жизни. Однако мы попали в крупные неприятности.
— И это даже не мы придумали! — начинает Валя. —Эмили...
Голос ее прерывается, и я вижу, как она пытается справиться с собой. Наши глаза встречаются, я понимаю, как горько ей сейчас.
— Мне ее не хватает, — говорит Катя и Юля кивает в знак согласия, ее глаза полны слез.
— Эмили была неукротимая. Свободная. — отзывается Майк, кивая. — Она всегда говорила, что собирается жить на полную катушку, потому что Валя этого лишена.
— Она так и жила, — говорит Валя. — Пока ее это не убило.
В зале наступает полное молчание. Смотрю, как она встречается взглядом с Майком; оба грустны, но улыбаются — их объединяет это короткое воспоминание об Эмили.
Жаль, я ее не знал.
— Но она много прожила. Гораздо больше, чем мы, —с улыбкой замечает Майк. — Ей бы понравилась вот такая тайная вечеринка.
— Да, — соглашается, помолчав, Валя. —Понравилась бы.
Я поднимаю свой стакан:
— За Эмили.
— За Эмили! — провозглашают все, поднимая стаканы.Валя смотрит на меня через стол, и взгляд ее карих глаз —лучший подарок на день рождения.
Валя:
Прислонившись к кухонной стойке, я с улыбкой наблюдаю за Майком, который как раз достает и, духовки свежевыпеченный пирог. Поймав мой взгляд, он поднимает голову и вопросительно вскидывает брови.
— Хотелось посмотреть мастера в деле.
Он подмигивает, снимает рукавицы и, вооружившись большим поварским ножом, уверенно и ловко — и даже щегольски — разрезает пирог на восемь частей.
Я аплодирую, а Майк берет большую свежую клубничку,внимательно рассматривает ее со всех сторон, подрезает здесь, чикает там и уже через несколько секунд, растянув губы в улыбке, демонстрирует ягоду, превратившуюся его стараниями в чудесную, изящную розетку, которая и водружается торжественно на край пирога.
Я наблюдаю это чудодейственное превращение, раскрыв от изумления рот:
— Невероятно!
Майк с напускным равнодушием пожимает плечами.
— Готовлюсь. В следующем месяце мы с Томом собираемся наведаться к моей маме.. – Новость он сообщает мне с таким видом, будто ничего особенного в ней нет.
Разумеется, я пищу от восторга. Наконец-то!
—Да.Майк улыбается от уха до уха. – Ты права. Том любит меня, и эти последние недели без него дались тяжелее, чем я представлял. И я люблю его. - Он прямо таки лучится радостью. – Жду завтра на ланч. Надо постараться.
Я едва не бросаюсь ему на шею, но в последний момент сдерживаюсь и останавливаюсь на положенной дистанции.Оглядываюсь, вижу кухонную рукавичку, надеваю и тянусь к руке друга. Слезы подступают к глазам, я шмыгаю носом и качаю головой.
— Майк, я так...
Он срывает с моей руки рукавичку. шлепает ею меня по голове и моргает, сдерживая слезы;
—Dios mio! Не раскисай, Валя' Ты же знаешь, я не могу допустить, чтобы девушка плакала в одиночку.
— Это слезы радости, — говорю я, и мы оба шмыгаем носом. — Я так счастлива! — И я другой комнаты доносится смех, и он вытирает глаза.
— Идем, а то пропустим все веселье!
Майк осторожно выносит свой замечательный украшенный свечами пирог, и все начинают петь. Егор улыбается и обводит взглядом всех сидящих за столом.
— С Днем рожденья тебя. С Днем рожденья тебя. С Днем рожденья, с Днем рожденья поздравляем тебя!
«И еще много-много таких дней», — шепчу я одними губами, вкладывая в пожелание все свои чувства.
— Извини, Егор, только пирог, — с улыбкой говорит Майк.— Я, конечно, молодец, но приготовить торт менее чем за час— это даже мне не по силам.
— Все замечательно. Огромное тебе спасибо. —Егор улыбается в ответ и с опаской посматривает на свечи. —Ребята, если я задую их, съесть пирог вы уже не сможете.Хоуп, привстав, задувает свечи, ерошит виновнику торжества волосы и улыбается:
— Я даже желание за тебя загадала.
Он улыбается и подмигивает ей:
— Надеюсь, мы еще увидим, как Валя выскакивает из пирога в бикини!
Все смеются, а Юля достает телефон и сел фи-палку,вытягивает руку и просит приготовиться для группового фото.
Мы все сбиваемся в кучку, не забывая держать безопасную дистанцию, и...
Застекленная дверь распахивается, ударяясь о стену, мы все вздрагиваем и оборачиваемся...
➖➖➖➖➖➖➖➖➖➖
сори, за ошибки