Forged guys

Она

День рождение

Я не замечаю, как на ходу постепенно проваливаюсь в сон. Чужое плечо под головой веяло теплом и мягкостью, после твёрдого стола, на котором я спала весь последний урок. Равняю шаги с собеседником, чтобы неравенство не мешало спать. В школе слишком много нагрузок, вот я и сижу дома до самой глубокой ночи, окружая себя учебниками, дополнительными книгами. И в итоге засыпаю, а после опять же продолжаю учить, услышав звон будильника. Его я ставлю, зная, что точно засну. Этот режим ни к чему моему организму, но свободного времени теперь не осталось, так что выбора нет. Скудное рождество уже миновала, как и весь декабрь. Больше двух месяцев прошло, как я переехала сюда, как познакомилась с будущей близкой подругой, и как с КЭД, как узнала, что их понять можно. Не такие уж они и жестокие, как поговаривают. Эта школа сделала их такими. Что я несу...

— Тебе не холодно? — я чувствую как голова удаляется от воображаемой подушки. Рука, на которой я и ложила голову, теперь обхватывала за шею. Меня всё клонило в сон, поэтому я опять же удобней устроилась и закрыла глаза.

— Теперь нет, — расплылась в улыбке от произведенного тепла. На улице середина зимы, моего любимого времени года. Снег то идёт, то не идёт днями. Сейчас же он мелкими снежинками оседает на землю, создавая лёгкий ветер, из-за чего и становилось холодно. — Мне кажется, не получится запланировать день рождение там, где мы планировали, если снег и холод не прекратится.

— Я смотрел прогноз погоды, пока вроде в этот день не планируется холодать. Пока там нормально, можно даже кожанку надеть.

— Замётано. Я надену толстовку, и попробует пусть похолодать.

— Это не значит, что ты придёшь в легкой одежде, мало ли что, — услышала я пригрозный голос Каспара.

— Тебе значит можно, а мне нельзя? Класс, — состроила гримасу на лице. Я отстранилась и пошла к дверям, так как мы уже дошли до назначенного пункта, — шучу я, не обижаюсь, — засмеялась, увидев серьёзное лицо парня напротив. Когда он серьёзный, становится немного зловеще. — Пойдешь со мной или ты уже был у него?

— Был.

— Слушай, а не слишком ли, что он как месяц торчит в больнице?

— Ты же знаешь его. Он с такой ногой никуда не вышел бы, гордость не позволит, да и наказание это ему, за все те побои. Пускай сидит и полностью выздоравливает.

Попрощавшись, я устремилась внутрь, пока холод не завладел моими бедрами, ибо ног я уже не чувствую. Показав по пути карточку дежурной медсестре, которой я приобрела ещё давно, сонно зевнула. Эллиота я вижу сидящим на кровати, а в руках ноутбук. Мой ноутбук. Пришлось принести, чтобы скукоту чем-то забить. Похождения в больницу стали обычными буднями и поместились в моём расписании по три раза в неделю. И в основном, я была поваром, приносила нормальную еду.

— Если я отсюда не выйду, откровенно стану додиком, — с сарказмом говорит пациент.

— Кто тебя держит, вон каляска, вон улица, вперёд и с песней, — ухмыляюсь я, зная, что он не сделает этого.

— Настроение хорошее? — парень спустил ноутбук с колен и посмотрел на меня.

— Не-а, я жутко замёрзла, дел полно, спать ещё хочу, — снимая куртку, я придвигаю стул к стене, после укутываясь в шарф, — я из-за ноутбука, мне доклад по истории писать. Кстати, вот обед от Каспара.

— Ты виделась с ним?

— Аха... Опять куришь? У меня аллергия, можешь убрать.

— Так подавись дымом.

Я уже давно не обращаю внимания на его колючие фразы, уже привыкла, автоматически затыкаюсь, когда слышу. Дистанцию рушить не хотелось, да и в памяти всплывает тот самый день. Было понятно одно — о матери его ни слова больше. Я подставила под себя ноги, устроилась удобней, закуталась в шарф, обматав половину лица и открыла ноутбук.

— Иди домой, — слышу я.

— Мне всего лишь шесть страниц напечатать. Сделаю и уйду, если настолько мешаю, — пробубнила я и полностью переключилась на экран перед собой.

Как и ожидалось, через пятнадцать минут я отключилась, остановившись на второй странице. Проснулась, когда за окном вечерело. Думала, проснусь от холода, но... Кто-то меня укрыл тёплым пледом, который... пахнет мужским ароматом. Я подозрительно уставилась на Района, а после на каляску, которая стояла без улик, что её трогали. Как он добрался до меня, если не пользовался инвалидной каляской? Может это медсестра меня укрыла... впрочем, зачем ей это делать? Посмотрела на колени — ноутбука не оказалось. Его я нашла на краю кровати парня. Чёрт, мой доклад, я теперь не успею до... Страничка была свёрнута, когда я открыла её. Доклад на пять листов был идеально напечатан, были соблюдены даже все правила по поводу расстановки и прочего. Не думаю, что это Эллиот сделал. Не может быть, чтобы этот двоечник...

«...выигрывал на различных конкурсах, олимпиадах, попадая в ТОП 10 лучших учеников...»

Всё равно не верю. Пока он спит, может воспользоваться случаем и вдоволь насмотреться? Я проигнорировала все звонки матери, поставив телефон на беззвучный. Сев прямо на пол, я устроилась напротив лица парня и подложила руку под подбородок. Не стану я вам рассказывать, сколько дней так уже довольствуюсь. И что каждый миллиметр этого прекрасного лица выучила наизусть. Вы и сами уже догадались. Может я себе и врала, но это сейчас не так важно, как то, что я могу просто сидеть и наслаждаться видом...

От лица автора

Девушка входит через чёрный выход, неся с собой несколько тяжелых пакетов с продуктами. Достигая своего этажа, из кармана достаёт ключи. После узнаёт, что дверь не заперта. Затаскивая пакеты внутрь, она замечает кроссовки брата и облегчённо выдыхает. По привычке, заходит не обуваясь. На холодильнике был приклеен листок от хозяина квартиры. Напоминание об арендной плате. Наливая себе апельсинового сока, она проверяет телефон и замечает очередные звонки с количеством больше, чем было раньше. Ухмыляется про себя, проглатывая будто иголки. Настолько горькое чувство предательства. А она всё помнит и в тысячный раз осознаёт, насколько была слепа. Улыбается, зная, что тот страдает, и она злорадствует в удовольствие. Но после... Руки сжимают стакан до побеления костяшек.

Улыбается, а на глазах слёзы.

Она успокаивается после третьего бокала. Подходит к окну, чуть приоткрывает занавес и выглядывает на улицу. Та же скамейка, тот же одинокий фонарь неподалёку, тот же парень, что лежит на скамейке.

Мёрзнет?.. Я тоже мёрзла.

Девушка переехала недавно, но даже не смотря на это, он сумел её найти.

— Сейбл? — кузен выходит с ванной, увидев девушку, говорит: — Опять караулит? Мне поговорить с ним?

— Нет... Я просто бомжа увидела, лежит себе на скамейке, вот жалко стало. Но жизнь же так устроена. Если по его вине кто-то был жалок, так и бумерангом обратно — становится жалким он.

— Если что, я в своей комнате, — бросает парень прежде, чем скрыться за дверью.

— А? Хорошо.

Сейбл не задумывается, когда идёт на выход, по пути надевая куртку и забирая ключи у входа. Парень, что стоял у двери своей комнаты, слышал. Она опять не послушалась. На одни и те же грабли. Снова.

***

В одном из нескольких морозных дней, я сидела в столовой с Каспаром и Алексом, что умудрился получить два по трём предметам. Умом он никак не отличался, а вот поведением еще как. Тётя Ванесса просит меня следить за его оценками и за ним вовсе. Скела лишь раздражается, уверяя, что давно не маленький. Ага, умом только отсталый. За окном бродил холод, норовящий проскользнуть внутрь, а я специально оделась легко. Сижу и думаю, слишком мало тридцати минут на ланч дают. Они проходят быстрее, чем обычные перемены в десять минут. Как печально, ничего толком не успеваешь сделать.

— Никогда бы не подумала, что человек может с оценок "F" перейти на "B" (прим. Оценки в амер. школах, B — четвёрка), — обратилась я к приятелю, прожигая взглядом парня напротив, — учись, тупица, хотя Каспар знал похуже тебя.

— Ну... — протянул в ответ братец, — это не по-свэговски. Хотя Каспар выглядит намного круче, чем ты, сестричка. Не как скучный ботан.

Каспар пустил смешок.

— А ты стал уважительнее к нему, после того, как он приструнил тебя, — усмехнулась я, не поддаваясь. Комментариями из разряда, а-ля, «зубрила», «пипец скучная» я насытилась сполна. Уши уже привыкли не подпускать их через себе к мозгу, что ответственен за понятие.

— Каспар, научи меня боевому, — перевёл тему. Как мило, наша Скела застеснялась своей настоящей репутации, что не стал отвечать мне.

— Я покажу тебе кулаки, да так, что отец порадуется, поддержит меня, — улыбнулась я. Как вспомнить, некоторым защитным приёмам Каспар научил меня. Показал на болевые точки. Но дело в том, что одной практики и лекции недостаточно, чтобы я запомнила. Почитать учебник и рассказать о чём идёт речь в пятьдесятом параграфе (о да, столько тем может быть лишь в физике, которую, хоть обдалбись, не поймёшь, на то он и любимый мой предмет, нравится изучать сложное) — с лёгкостью справлюсь, а вот расскажи мне далекое что-то от учебников, пожалуй надо о таком почитать, чтобы запомнить.

— Я тут столько слышу про какого-то Эллиота, слухов так много, кто это вообще? — кузен опять игнорит меня. Засранец.

— Он твой одноклассник, кстати, — говорит Каспар, — вот он настояще круче меня. Как я понял, тебе нравится адреналин, азарт, экстрим. Он тебе столько их подаст...

— Ага, ещё языком острым владеет. Да так, что сдохнуть захочется, — сказав, отламываю палочки по два каждой. Даже не ем их.

Упоминание о Районе настолько портит настроение, что хочется взять и испортить ему праздник. Но даже при таком случае, он не пострадает ни капли. Когда-то я наивно говорила, что он хороший человек, что, что-то в нём есть неизведанное. Хочется понемногу разгадывать... Хрен тебе, ибо он закрыт несколькими слоями стен из бетона. Непробиваем. А может... может мне просто обидно. И от этого злюсь на саму себя. Отчаянно потеряла голову, думаю, это случилось в ту ночь, когда свершился мой первый поцелуй. После этого, я всю ночь не могла сомкнуть глаз. А неделю спустя, наведав его, я поняла, что... Как там говорится? Люблю без памятства? Любовь с первого взгляда? Чушь всякая, долгой любви не бывает, на то и семья рушится ссорами, как вот бывает с моей. Это уже начинает беспокоить, у матери часто плохое настроение и приходит она с работы злая, как чёрт и всё это наваливает на меня. После и мне хочется застрелиться.

Мне просто нравится Эллиот. Это даже не привязанность. Просто нравится, как парень. Просто подожду, пока это пройдет. Но вот почему я снова и снова задаюсь вопросом:

«Я же не из жалости начала испытывать эти чувства?»

***

Когда этот день настал, мы с Беллами отпросились у родителей друг к другу на ночёвку, благо, наши родители друг друга не знают, чтобы звонить и уточнять о нас. Мы запланировали много дел, список которого составляла я с горем пополам. После школы, по привычной манере, решаю заглянуть к Эллиоту. Каспар и Дэниел тоже решили пойти и я не стала оставаться одна в мужской компании, поэтому потащила с собой Белл.

— Чего все вместе припёрлись? — уставился на нас Район, сидя у подоконника. Что и стоило ожидать, полный недовольства. Якобы мы ему жизнь испортили, заточили здесь...

— И тебе привет, — отвечает Дэниел, садясь рядом.

— Ладно, дай я тебя обниму, — Эллиот раскрывает объятия, тот же недовольно хмыкает.

— Он только тебе бывает рад, — говорю я, откровенно... завидуя? Да, я завидую, что он ко мне так не обращается, и что? Блин, я что, опять хернёй страдаю? Стоит что-ли тему перевести... Точно, — Кстати, о докладе...

Я не успеваю спросить, как открывается дверь и заходят двое людей. Двое взрослых мужчин. Все мы настороженно смотрим на них, не понимая, откуда они взялись, что им надо.

— Здравствуйте, я детектив Стивенсон, а это мой напарник, — сказал крайне серьёзный из них. Сначала я подумала, что они палатой ошиблись. Но вспомнив, что вообще-то тут банда, состоящая из троих, я задумалась. Стоит уже начать переживать? Но да, меня поразил то, что он сказал далее: — Мы разбираемся с делом Грэга Клемент, — после произнесённого имени, напряжение повисло в воздухе. Этот самый детектив обвёл нас взглядом, будто выискивая кого-то. Я почувствовала, как Белл схватилась за мою руку, а когда я посмотрела на неё, её лицо было бледнее некуда, — нам нужен... некий Дэниел Рэй, что среди вас сейчас, правильно?

Все ошарашенно уставились на Рэя и только Район сверлил дыру на полу своим фирменным взглядом. Жопой чую, что что-то не так.

— Рэй подозревается в убийстве, — на этот раз отозвался второй, более ниже ростом.

— Чего? — еле вымолвила я. Нет, удивить меня, они удивили. Я до конца молилась, что я путаю числа, что у меня имеется склероз, и что сегодня первое апреля. Пожалуйста... Посмотрев на неусомнительные лица детективов, я насторожилась.

— Мы вынуждены...

— Дэниел не виноват, что я его заставил... мне руки готовить? — Эллиот.

— Я готов написать чистосердечное, — Каспар.

Я даже не удивилась, что они это сказали почти вместе. Мне кажется или все тут в курсе о том, о чем я нет?

От лица автора

— Никогда не бывал внутри такого рода решеток. Здесь намного уютнее, чем...

— Можешь просто заткнуться? — Эллиот одним взглядом дал понять, что замолчать, в плане «Ты тупой или мне пальцем потыкать на камеры, чтобы показать? Ты хочешь больше подозрений на себе, говоря, что и раньше бывал в таких местах?»

Дэниел заткнулся и больше не говорил ни слова. Эллиот был чертовски зол на него. А может это из-за того, что пришлось с гипсом тащится сюда.

— Не нужно было говорить, что и вы замешаны, могли бы и на воле сейчас расхаживать, — тихо говорит Дэниел спустя час, когда уже все стихло. Даже офицеры неподалёку работали без шума. Каспар улёгся в своеобразной бетонной кровати и Эллиот на следующей. Дэниел думал, что те заснули.

— Помнишь нашу детскую, но существенную клятву? — заговаривает Эллиот спустя несколько минут.

— Это было в шутку. Не думаю, что вы восприняли всерьёз.

— Меньше думай тогда, — парень поворачивается к собеседнику и приседает, запрокинув голову вверх.

Flashback «Образование КЭД»

— Это наш первый раз, не так ли? — широко улыбается Дэниел, — мы получили нашу первую прибыль от заказчика! Это так взбудораживающе.

На крыше многоэтажки, ребята, совсем ещё молодые, устроили «своё место» в честь начинаний. Тут хватало всего. Даже холодильник маленький умудрились захватить. Удобный, по сути старый, диван, с двумя подушками и огромных два тёплых пледа, раскиданных по спинке. Все в мини удобстве присутствовало здесь, для проживания. Трое парней стояли у края и наслаждались тишиной. Если простоять здесь минуту и прислушаться, можно было услышать как кипит жизнь: как проезжают машины, как что-то гудит, можно было даже услышать как проезжает поезд неподалёку. Погода была, на что ни есть, прохладной. Хотелось встать в самом краю и раскрыть руки. Почувствовать, как ветер щекочет голые участки тела, как красив вид на город, как чист воздух, как хотелось жить, прямо и сейчас. Не думая о последствиях. Атмосфера была по-собственному сингулярной.

Эти мальчики в то время улыбались не только губами, но и глазами. Открыто и искренне.

— Не знаю, как это сейчас прозвучит, — начинает Каспар, в то время ещё в детской мордашкой, — но я чертовски счастлив с вами.

— Да ладно, ты засмущался, — открытым смехом вокруг озарил Эллиот.

— Да ну тебя, я тут распинаюсь, а ты всё портишь, — ещё больше застыдился. Даже лёгкий румягец лёг на обе щеки.

— Не волнуйся и я заготовил банальную речь, — Эллиот гордо поднялся на маленький, но широкий, чтобы ставить ноги, забор и прокашлялся.

— Э-эй! Ты сейчас грохнешься! — вдруг вскочил Дэниел.

— Ничего, если я умру в такой прекрасный и счастливый, чёрт подери его, день, — улыбнулся опять Район и тот лишь глаза закатил.

— Как романтично сейчас, аж прослезился, — с сарказмом поиздевался Рэй.

— Так вот, — продолжил парень, — в этот день мы должны дать друг другу клятву...

— Слушай, это уже банально... — заговаривает Хоуп.

— А мне пофиг. Сегодня мы просто обязаны обещать, что... — интригованно протянул, — ...никогда и ни при каких обстоятельствах не будем бросать друг друга в беде. Если с одним что-то случилось, мы должны быть рядом. И даже умереть, если один из нас уйдёт из жизни...

— Да иди ты со своим умрем вместе. Это уже не смешно, — вставляет Дэниел, перебивая.

— Придурок, где ты видишь, что я смеюсь? Я серьёзен, как никогда. Лично я готов отдать жизнь.

— Ладно-ладно, мы согласны, только давай ты по-братски слезешь оттуда, — запереживался Каспар и уже протянул руки, чтобы резко потянуть на себя.

— Сначала пообещайте, — с твёрдым голосом дожидался Эллиот.

— Я, Каспар Хоуп, клятвенно обещаю, что никогда и ни при каких обстоятельствах не оставлю вас в беде, — одним тоном проговорил он.

— Я, Дэниел Рэй, клятвенно обещаю, что никогда и ни при каких обстоятельствах не оставлю вас в беде.

— Я, Эллиот Район, клятвенно обещаю, что никогда и ни при каких обстоятельствах не оставлю вас в беде.

— Счастлив? — усмехнулся Дэниел.

— Ещё как! Я СЧА-А-А-АСТЛИ-И-И-ИВ! — парень завопил во все горло, смотря в небо. И в этот момент, он не удержал свое равновесие, из-за того, что голову запрокинул сильно. Все случилось быстро. Дэниел среагировал первым, и силой потянул на себя парня, который готов был уже лететь с шестнадцатиэтажки.

— Ты! Псих конченный! — заорал Каспар с испугом. Они оказались на земле и Эллиот, посмотрев каждому в лицо, вдруг засмеялся. Да так громко.

— Это мой официально первый испытанный адреналин? — сквозь смех успевает спросить.

— Адреналина ему, к черту, захотелось. Ты знаешь, что мог погибнуть?

— Не умер же, — усмехнулся, а после с умным лицом продолжил: — Вот видите, клятва действует!

Оба парня в ответ лишь закатывают глаза.

End of Flashback

— Что я вам тогда говорил, насчёт того, что данное обещание спасает?

— В большем, спасаем мы тебя, — почему-то горестно усмехнулся, — скажи же, сейчас всё изменилось... То веселье и азарт остались позади. Сейчас уже мы живём реальностью. Дешёвой и фальшивой...

Эллиот бы ответил, но дело в том, что Дэниел говорил правду. А парню не хотелось ни соглашаться, ни отрицать. Отрицать без толку, ибо дураку это ясно. А если согласиться, скажет это вслух, чувство... будет потеряет все. Эллиот никогда вслух не произносил такого рода слов. Будто какой-то светлый комочек клубком пылился в памяти, защищая себя и дожидаясь подходящего момента, когдв можно будет раскрыться. Выпуститься наружу. Но Эллиот упрямо держал этот комочек под замком, боясь его потерять, окончательно приняв реальность. Ничего не ответив, парень снова лёг и попытался заснуть, ибо «всякий бред приходит в голову».

Услышав тихое сопение друга, Дэниела подумал, что не заснёт по-любому. В этой комнате, за пределы решёток, никого не осталось. Работа кипела в другом, соседнем может, кабинете. Офицеры были заняты каким-то другим срочным делом и детектив сказав, что допрос через несколько часов, а может и к вечеру, ушёл, велев дожидаться. Парня, даже мысль, что отцу доложат об этом, на данный момент не волновала. Да и Каспару придётся не сладко. Кто его знает, что ожидать. Выпустят ли их или нет...

Погрузившись в раздумья, Дэниел не слышит, как дверь отворяется и охранник сообщает, что посетитель пришёл. Парень начал гадать, кто же это может быть. Зашёл сначала Джастин, и парень уже поник, ожидая ора и криков от старшего брата. Или того хуже, за дверью стоят родители.

— Я ничего не буду говорить, сам виноват. Меня попросил кое-кто с ним прийти, — говорит Джастин и смотрит на дверь. Дэниел ожидает кого угодно, даже директора и сторожа, но... — Я пойду, зайду после, — сообщает Джастин и скрывается из виду, закрывая за собой дверь.

— Можно я присяду? — спрашивает Беллами.

— Как я знаю, здесь особо полы не моют.

— Мне все равно, — и усаживается на полу, по правому боку парня. Их разъединеняет лишь решётка. Девушка начинает замечать, что этот парень, с лица которого улыбку фиг оторвёшь, бывает и серьёзным. Она начинает чувствовать вину, мол, из-за неё он, хоть и временной, но за решёткой. Даже лицо его, будто на похороны собрались. — Вам тут не холодно?.. — спрашивает она, — вас не бьют?..— девушке казалось, что она как дурочка сама с собой разговаривает, — спать здесь нормально?.. — прикусывает губу, когда понимает, что спросила глупость. Кому будет удобно спать на бетоне? — Вас же отпустят? Эллиот не жалуется? А ты в порядке?.. Я хотела принести пирожков, как раз бабушка была дома и готовила их... а надо было?..

Дэниел вдруг смеётся коротко. Девушка смотрит на парня и понимает, что он всё-таки странный. Движения, взгляд, смех. Это точно тот самый плейбой Рэй?

— Всё в порядке. Неужели так переживала, что даже о пирожках подумала? — улыбнулся уголком рта. Парень не смотрел как обычно — пожирая взглядом, он даже не взглянул на девушку.

— Дэниел, — с серьёзным голосом, она к нему повернулась. Слишком обеспокоенна, что бы ни думала, в мыслях лишь то, что КЭД сейчас несправедливо находятся у полиции, — как ты там вообще оказался?

— Узнал, что бывшая там, — спокойно отвечает. Парень перебирает пальцы в задумчивости смотря на одну и ту же точку в пространстве перед собой.

— Эм... — обомлела девушка, «у тебя была девушка?» прозвучал немой вопрос. На сколько Беллами помнит, парень ни разу ни с кем не встречался. Лишь "временные".

— Нам повезло, что вышли с заднего двора, — быстро меняет тему, пока девушкк пытается сформировать вопрос. «Тебя никто не видел» повисло в тишине. Девушку опять начинает пожирать совесть.

***

Видных звёзд на небе сейчас мало. Они светятся подобно яркой луне, с отличием в массе. Идящая по тротуару, чтобы смахнуть крупинки слёз, запрокидывает голову вверх, глубоко выдыхая. Присматривается к небу, и замечает миллион мерцающих кристаллом, огней. Противоречие разрушают порядок мыслей и поэтому не хочется о чём-либо думать. Неуверенные шаги то останавливались, то продолжали свой путь, будто раздумывая, не развернуться ли и побежать обратно?

«Зачем ты пришла? Иди уже»

«Мне не нужна твоя помощь. Не трать своё время впустую»

Беллами просто встала и ушла, не сказав ничего в ответ.

— Почему именно я?! — раздражённо проронила по пути, когда споткнулась. Рефлексно вытащив руку с кармана пальто, предотвращая возможный шанс падения, не заметила, как что-то обронила. Повернувшись, она увидела лежащий листок, сложенный в четыре. Да так, что не открывая его, подглядеть было невозможно. Любопытство, при упоминании обещании девушки — «хорошо, я открою его дома» — разыгралось не на шутку. Ускорив шаги, чтобы побыстрее оказаться у ворот родного дома, Беллами начала гадать, что может быть на листке. Признание, что это на самом деле он причастен в убийстве одноклассника? Во всех фильмах так происходит. Мне уже страшно его открывать, думает она. Люди, порой не могут рассказать правду в лицо, и поэтому доносят об этом другими способами.

Уже добежав почти квартал с автобусной остановки, девушки еле переводила дыхание. А после плюнула на всё, и развернула листок. Прочитанные слова заставили обронить его с рук. Она ещё долго будет стоять на месте, начиная поиски причин по вопросу парня в мыслях. Вроде, она повода не давала. А Дэниел... неужели она и вправду ошиблась, считая, что парень лишь из-за скуки доставал её всё это время? Но он же по принципу никогда ни с кем не встречался. Или... А кем была его бывшая?

***

— С днём рождения, — поздравляет Каспар.

— Извини, что мы проводим его здесь, — отзывается Дэниел.

— Вы думали, я его стал бы отмечать? С чего бы, если уже несколько лет его не праздную?

— Тебе восемнадцать и ты хочешь проваляться в больничной койке весь день? — начинает злиться Дэниел.

— День, когда я официально отвечаю за все свои поступки. И в этот же день я здесь. Прекрасная совершенолетняя жизнь, — огрызается в ответ, понимая, что теперь никакой мистер Ким не в силах оправдать его преступления перед полицией.

Может, прошло где-то получаса, когда Эллиот расспрашивал о знакомом шерифе с другого отдела, в ответ чего получил лишь «он перевёлся в другой район». Спокойно сделав вдохи-выдохи, парень плюхнулся обратно на бетон, больно ударяясь бедрами. Шансов на спасения больше не осталось? О Мистере Киме даже думать не стоило, учитывая, что тот не в силах даже с полицейским без денег договориться. Всё-таки, скоро он обанкротиться... Мысли, будто кто-то из учителей на них нажаловался, а то не бывает такого, что «из-за подозрений запереть временно за решётку». Или это директор, которому они уже задолбались? Он из-за КЭД столько своих нервов потратил, скоро и в больницу лечь нужно будет.

Эллиот лбом прислоняется к железной решётке, пытаясь удержаться на ногах. Прикрывает глаза и пытается представить невозможное. Сначала избавляется от гипса, после видит себя на улице. И воспроизводит свои, пятилетней давности, черты лица. Представляет, что это тот же самый день, что был ранее, лишь с годом в разницу. Прищуриваясь, юноша открывает один глаз и к обзору представляется зелёная растительность. Чувствуя под ладонями — нужную реальность — траву и решается открыть второй глаз, ибо как можно игнорить материнский зов? Парень видит мать, сидящую на постеленном покрывало по траве. Женщина суетливо считала контейнеры с едой, надеясь, что ничего не забыто. После зовёт "Эллиот!"

Мальчик было чуть ли не побежал, но увидев мужчину, вышедшего с машины в недалеке, постепенно замедляет шаги. Всматривается... Черты лица человека не схожи с ним собственным. Но мальчик все равно узнал своего отца. Да, у них схожести не было во внешности. Разве что, надо подумать, форма лица, нос?.. Эллиот подозрительно смотрит на своего отца, улыбающегося и идущего к матери. Мужчина посмотрел на сына в ответ и что-то сказал...

Вся эта иллюзия расспалась в тот момент, когда мальчику захотелось побежать к матери и предупредить... Вдруг, под ногами пропасть, ничего вокруг нет — ничего в темноте не видно. Обернувшись вокруг, Эллиот не мог понять, почему так темно стало. И в очередной раз покрутившись, он видит машину, которая едит по дороге. Разглядеть было сложно до тех пор, пока не узнаётся модель и цвет автомобиля. А после и хозяина. Увидев, как по пути за поворотом едет грузовик, Эллиот закрывает глаза и садится на корточки. Из-за своего дикого плача, он не расслышал столкновения, но уже знал все детали в мыслях.

Как бы больше Эллиот, лет одиннадцати, не пытался разглядеть что-то в окружении, после маминого автомобиля, ничего не смог увидеть. Так и в реале — авария была последним ярким воспоминанием, которое он помнил очень хорошо. Хоть Эллиот и не присутствовал, но он представлял это столько, сколько звёзд на небе. Темнота — в результате того, что он перестал видеть ярких красок и нужности в тех или иных вещах. Вот поэтому, он не может ничего разглядеть.

В свой пятнадцатилетие, мама решила покинуть этот мир. Он не дождался её в свой день рождение.

Эллиот медленно открывает глаза и опирается об стену, понимая, что с гипсом стоять долго тяжело. Сегодня годовщина матери, может, из-за этого парень не желает устраивать праздник.

Периодически оказываясь на границах сна, парень засыпал и лишь на некоторое время. Уснуть крепким сном не получалось. И тем более, звук соприкосновения металла об металл, мелодично отзывался в ушах каждого из парней. Дэниел, потирая глаза, пытается понять, не во сне ли.

— На выход, — юный полицейский, довольно с усталым видом, не был похож на того, кто собирался объяснять точное значение слов «на выход». Вопросы Дэниела начинали раздражать и нервировать всех абсолютно.

Полицейский открывает дверей штук три, после чего, входит в общий кабинет. Эллиот недоумённо смотрит на человека, сидящего и дожидающегося, кажется, их. С каждым их шагом, этот человек, довольно спортивный для своих лет, в ответ пронзительный привкусом смотрел в глаза. Эллиоту вспомнились слова Тараса Бульбы из русской литературы: «Я породил, я и убью» обращённый к собственному сыну. В его случаю звучало примерно: «Ты мой сын, и я имею право делать с тобой всё, что только заблагорассудится».

— Зачем ты здесь? — остановившись в пару метров от собственного отца, спрашивает. Полицейский оставляет их. Каспар и Дэниел переглядываются, задавая друг другу немые вопросы из разряда: что за чертовщина, Эллиот знал или нет, что он тут забыл, драка будет.

— Злость — самая бесполезная из эмоций. Вредит сердцу и разрушает мозг, — ровным тоном, причитает Джон Район.

— Железное же у тебя сердце, получается, — отвечает сын, показывая весь свой дискомфорт и нежелание иметь диалог с ним, — зачем пришёл, ещё раз спрашиваю. Неуж-то совесть гложет, решил подарочек сделать, выпустить отсюда.

— Вообще-то, хотел с тобой наведаться к матери...

— Ты наивно предполагал, что мне в удовольствие иметь с тобой общее время?

— А ты, я вижу, хорошего себе схлопотал, на этот раз всё-таки кость? Кто-то осмелился поставить тебя на место? — проигнорировав, кидает вопросами.

— Не твоё дело. Раз мы свободны, то пойдем. Не буду прощаться, — бросив последние слова, Эллиот кивает своим друзьям, которые вновь перекинули его руки по каждому к себе на шею и помогли идти.

— Я скажу, почему помог, — встаёт старший Район и Эллиот останавливается, — мне интересен ваш конец.

Нежелание говорить с биологическим отцом брало вверх больше, чем заинтересованность в смысле его слов. Поэтому, парень продолжил свой путь.

***

— С вами точно всё в порядке?

— Да. Запланированное не отменяется. Можешь собираться.

Мне крупно повезло, что я не успела прийти домой, а заскочить в кафе с Белл. Не часто нам удаётся погулять всю ночь, так почему не воспользоваться шансом и почувствовать себя вне зоны дискомфорта?

Голос Каспара был встревоженным, я так и застыла с телефоном в руке. Горячий латте в руке грел и создавал чувство уюта. Если мне и в куртке, и с распущенными волосами не жарко, то стоит лишь представить, насколько на улице холодно. Белл вопросительно подала знак, чтобы я ей проинформировала.

— Собираемся на день рождение Эллиота, — сообщаю.

— Их отпустили?!

— Да.

— А разве не поздно? Уже темнеет, — подруга коснулась экрана телефона и сообщила время. Без пятнадцати восемь.

— Хочешь домой?

— Ты же знаешь ответ, — хитро улыбнулась, — нет, конечно. Такие моменты не стоит просирать дома. Раз мы решили оторваться, то так и будет.