Глава четырнадцатая
Тишина в комнате была недолгой. Дверь без стука отворилась, и на пороге появились старшие братья — Аслан и Тигран. Залина, всё еще не отошедшая от тяжелого разговора с отцом, тут же вскочила с кровати, её взгляд мгновенно стал колючим.
— Выйдите отсюда, — резко бросила она, скрестив руки на груди. — Я всё сказала внизу. Уходите.
Но братья не двинулись с места. Обычно суровые и немногословные, сейчас они выглядели иначе. Тигран медленно закрыл за собой дверь, а Аслан старший из них, сделал шаг вперед.
— Залина, подожди, — тихо произнес Аслан . Его голос, обычно приказной, сейчас звучал хрипло. — Мы не ругаться пришли.
— Мы... — Тигран замялся, глядя в пол, — мы слышали, что ты сказала отцу. О том, что тебя продали. И о том, что у тебя больше нет семьи.
Залина отвернулась к окну, чувствуя, как к горлу подступает ком. Она ждала от них попреков, ждала, что они встанут на сторону отца, но их молчание пугало больше.
— Мы были не правы, сестренка, — наконец выдавил Тигран . — Мы позволили всему этому случиться. Думали, так будет лучше, что так надо... Но сегодня, когда ты смотрела на него... мы поняли, что сами толкнули тебя в этот огонь.
Тигран подошел ближе и положил руку ей на плечо, чего не делал уже очень давно.
— Что бы ни произошло, какие бы контракты ни подписывал отец... ты всё еще та самая маленькая Залина. Наша маленькая.И мы виноваты, что заставили тебя чувствовать себя вещью.
Залина замерла. Вся та броня, которую она выстраивала весь вечер, начала трещать по швам. Она посмотрела на братьев, и в её глазах впервые за долгое время блеснули слезы. Залина долго смотрела на руку Тиграна на своём плече, а потом подняла глаза на Аслана. Вся та ледяная стена, которую она возводила в сердце, рухнула под тяжестью их искреннего раскаяния. Она всхлипнула и, не выдержав, уткнулась лбом в грудь старшего брата, как делала это в далеком детстве.
— Почему ? — прошептала она, и слёзы наконец потекли по её щекам. — Мне больно, очень больно...
— Прости нас, — Тигран подошел и крепко обнял их обоих. — Мы были слепы. Но больше отец не посмеет поднять на тебя руку или решать твою судьбу без твоего слова. Мы здесь, Залина. Теперь мы будем на твоей стороне.
— Мы поговорим с Саидом завтра, — твердо сказал Тигран, — И всё это закончится, и плевать что с нами будет.
Саид лишь коротко кивнул, признавая их право на этот гнев. В эту ночь в доме впервые за долгое время стало тише — буря улеглась, уступив место хрупкому перемирию.
На следующее утро, как и обещала, к обеду пришла Мари.