Глава 38
«Тогда мое тело словно не принадлежало мне,
Будто в тот момент я был заключен в камеру пыток,
Заставляющую дрожать и извиваться все мое тело.»
Путеводитель по миру снов
Опустошение.
Слова президента вылетели из головы так быстро, что я даже не успела их осмыслить. Перед глазами стоял лишь Дэниэл, собирающийся что-то сказать.
Поцелуй.
Прежде мы не раз были близки, но именно несколько минут назад я почувствовала то, что не ощущала прежде никогда. Будто бы в этот раз на контакт вышли души, а не тела. Сердце замирало от каждого произнесенного им слова.
Я словно отматывала пленку, вырисовывая в голове все новые детали, не открывающиеся прежде.
Он сказал, что у меня красивые глаза.
Трепет настолько сильно ощущался в его словах, что на секунду мне показалось, будто тогда на кровати лежала не я.
Почему я ничего не ответила?
«Я т...»
Что это могло значить? Какие слова остались закрыты для меня? Причем сейчас уже навсегда.
«Ты предала нас» - кричал внутри меня Дэниэл, что влило в голову новую порцию боли.
Стены, тонкие как само стекло, рухнули вокруг меня, создавая «минное поле» из осколков. И если я сделаю хоть шаг, боль пронзит ступни и дойдет до самой души.
Предательница.
Предательница.
Предательница.
Слезы струились по щекам, обрисовывая тонкую линию подбородка, и падали на белоснежную ткань.
- Дэниэл ушел? – где-то рядом раздался голос Кристал, на что я слабо кивнула, все еще находясь глубоко в мыслях.
- Нет, - прошептала я, надеясь, что она поймет меня.
- Мари, ты чего? – девушка оказалась около моей кровати, - Если это мой брат, то я его...
Я попыталась рассмотреть ее сквозь слезы, которые никак не хотели останавливаться.
- Не надо, - всхлипывая, еле слышно ответила я, ощущая новую волну боли, - я... Это я виновата. Пожалуйста, уйди, - Кристал смотрела на меня, распахнув глаза.
Мне было стыдно смотреть на девушку. Я боялась, что узнай она все, то будет чувствовать себя еще хуже, чем Дэниэл. Поступить так с ней было незаслуженно, ужасно.
- Ты шутишь? Думаешь я так просто оставлю тебя в подомном состоянии? – она присела на соседнее кресло и взяла мои руки в свои.
Я видела переживание во взгляде девушки, от чего мне стало тошно. Предав ее, я разрушила все наши отношения, а она все еще не бросает меня.
Кристал еще ничего не знает.
- Ты не понимаешь, - у меня кое-как получилось сдержать тяжелый вздох, - я предала вас. Я встала на сторону воронов, поэтому тебе лучше больше никогда не..., - кашель очередной раз вырвался из моей груди, не давая закончить предложение.
Девушка увидела лежащую рядом с моей головой маску и резко натянула мне на лицо:
- Кто снял ее с тебя? Не мой ли братец? При встрече я все выскажу ему. У тебя уже бред начался, тебе лучше поспать.
Только сейчас я поняла, какую усталость испытывала. Ощущение, что мне нужен отдых, появилось сразу же после слов подруги, но я попыталась отогнать его.
- И что здесь происходит? То есть стоит мне отлучиться совсем ненадолго, так ты сразу ударяешься в слезы. А я говорил, что не стоит ее оставлять с этим, - Эрик появился в дверях, а на его лице красовался огромный пластырь и, кажется, что-то еще.
- Во-первых, его зовут Дэниэл, - Кристал закатила глаза, но все еще ласково придерживала мои руки, - во-вторых, с Мари сняли маску, поэтому у нее начался какой-то бред.
- Что вы сделали? Сняли маску, которая помогает ей жить? Вы совсем? – парень подбежал ко мне и опять начал проверять мое состояние, - Вы хоть понимаете, со своим братом, к чему это могло привести?
- Я пришла вовремя, и, как видишь, она жива, - раздражено ответила девушка, но я услышала нотки беспокойства.
- Не говори, что она была одна в этой комнате. – Кристал промолчала, слегка поерзав на кресле, - Вы ненормальные? – Эрик начал повышать голос, зачем-то трогая мой лоб и руки, выхватывая их у девушки.
- Что?
- Какие глупые дети у президента. Как вы не можете понять, что она была тяжело ранена. Думаете самым страшным исходом была большая потеря крови? Ей, черт возьми, задели легкое! А все ваши драмы и переживания никак не помогают ей. Ты не видишь? Да она задыхается! Слезы, да еще и снятие маски! Я больше ни за что не пущу вас в эту больницу!
Ко мне все равно больше никто не придет.
Никогда.
И во всем это виновата лишь я одна.
По щеке скатилась последняя слеза, а после я не почувствовала уже ничего.
*****
- И как долго она будет без сознания? – мама пыталась стоически выдержать разговор с кем-то.
Нагнетающая тишина стояла во всей палате, от чего я не решалась открыть глаза.
- Я не смогу ответить на этот вопрос. Все зависит от самой девочки, которая сейчас борется сама с собой. – интонация доктора казалась успокаивающей, вот только моей маме не стало легче.
- Но ведь она так давно..., - голос мамы сорвался, от чего по моей душе заскребли кошки.
Я моментально раскрыла глаза, но не ощутила неприятных покалываний и ряби в глазах, потому что в палате было темно.
Женщина и мужчина стояли в шаге от меня, а освещала их лишь небольшая лампа, стоявшая на столе.
На лице мамы читалась озабоченность и сильная усталость. Волосы находились в небольшом беспорядке, что никак не сочеталось с ее обычным стилем. Глаза так и излучали волнения, а взгляд постоянно перебегал из стороны в сторону.
Сколько она переживала из-за меня? Какое количество дней она смотрела на свою дочь, надеясь, что сейчас она проснется?
Та самая девушка, которая решала глупые проблемы в непонятном сне.
Доктор, слегка седоватый мужчина, теребил ремешок часов на руке:
- Кто знает, может она откроет глаза через несколько час..., - он уставился на меня и несколько раз поморгал.
Мама тоже перевела взгляд в мою сторону и словно задержала дыхание. Поморгала несколько раз, будто бы не веря во все происходящее.
- Моя девочка, - спустя секунду она кинулась мне на шею, но сделала это так аккуратно и нежно, что я не испытала и доли дискомфорта, - пожалуйста, не пугай меня так больше никогда, - прошептала она мне прямо в ухо, после чего немного отстранилась. – Как же я люблю тебя.
По телу растеклось приятное тепло от домашнего запаха мамы, и мне сразу захотелось раствориться, чтобы запомнить это мгновение навсегда.
- Простите, - мужчина прервал нежные объятия, слегка прочистив горло, - но мне необходимо осмотреть Марианну, - он посмотрел мне в глаза, а недавно появившаяся улыбка исчезла с его лица. – Если с ней повториться что-то п..., - он осекся и тяжело вздохнул, - то есть я, конечно, не хочу, чтобы она опять... А для этого нам надо провести полный осмотр.
Мужчина не был похож на обычных докторов, которые мне встречались. В нем не было той суровости и «закалки», заставляющей выполнять работу более профессионально. Его взгляд излучал тепло и беспокойство, а не отчужденность. А что-то мне подсказывало, что свое дело он знает лучше других скептиков-докторов.
Спаситель наших жизней не должен быть каменной глыбой, на автомате выполняя свое предназначение. Он должен быть внимательным и заботливым. Потому что если он хоть немного привяжется к человеку, то будет пытаться помочь ему больше, чем тот, который совсем не будет страдать после неудачного лечения. Лучше не тот, кто не чувствует вины за провал, а тот, кто всеми силами пытается его избежать.
- Конечно, да, - мама встала, одновременно стирая остатки слез, - когда я смогу навестить ее снова? – она попыталась пригладить волосы, но от небрежных касаний они еще больше растрепались.
- Как только мы закончим обследовать ее. Уже вечер, думаю, вам будет лучше поехать домой, обрадовать мужа такой новостью. Я уверен, он будет очень рад.
У меня захватило дыхание, когда доктор упомянул папу.
- Да, - в секунду настроение мамы поменялось, - я так и сделаю. – твердо отчеканила она, с нотками злости в голосе.
Что произошло, пока я была без сознания? И как долго я пробыла в таком состоянии?
- Миссис Холл, моя мама считает, что вам пора поехать домой. И это не обсуждается, потому что она уже ждет вас снаружи. – слишком знакомый голос раздался откуда-то слева, от чего мое сердце готово было выпрыгнуть из груди, - Я могу п...
Парень поднял голову от телефона, на котором только что набирал какой-то текст, и широко раскрыл глаза.
Рот слегка приоткрыт, волосы нереально растрепаны, а выражение всего лица излучает тепло и удивление. Простая серая футболка и его любимые джинсы. Такой он – мой Дэвид.
- Мари, - его губы растянулись в мягкой улыбке, а рука моментально спрятала телефон в карман, - ты правда очнулась? – он не решался сделать шаг вперед, боясь нарушить это умиротворение.
- Да, - тут же ответил мужчина, смотря на парня, - но сейчас нам необходимо провести полный осмотр девочки. Завтра утром вы все сможете навестить ее, но сейчас вам всем нужен теплый душ и мягкая кровать. Мы позаботимся о вашей дочери и подруге.
Дэвид переводил взгляд с меня на доктора, задержавшись на моем лице чуть дольше.
- Но я прекрасно себя чувствую. Я могу подождать окончания и...
- Сразу же после осмотра ей необходим отдых, поэтому у вас просто нет смысла оставаться здесь. Пусть лучше она увидит вас завтра – собранных и выспавшихся.
- Тогда сейчас мы поедем все вместе, - мама тряхнула головой и направилась к выходу, хватая Дэвида за плечо.
*****
- Скоро должны прийти твои родители, а пока тебе стоит перекусить, - мужчина стоял около окна, всматриваясь куда-то вдаль.
Вчера – я до сих пор не знаю какое сейчас число или хотя бы день недели – он осмотрел меня, изредка задавая вопросы по поводу моего состояния. На удивление, я говорила ровно, без дрожи в голосе, хоть мне так и не удалось узнать кое-какие подробности моего пребывания в больнице. Только самое основное, но не больше.
- Что со мной случилось? – спросила я, когда присела на кровать по наставлению доктора.
- Спусти ноги вниз, - строго ответил мужчина, беря какой-то предмет с небольшого столика.
Я выполнила его требование, но мой вопрос казался слишком важным, чтобы я так и не услышала ответа на него:
- Почему я оказалась в коме? И сколько дней она продлилась?
Доктор мрачно взглянул на меня, присаживая напротив и обхватывая мою коленку рукой:
- Ноги не болят? Мне нужно проверить твои рефлексы, - он убрал руку, одновременно стукая небольшим молоточком по другой ноге.
Она дрогнула, от чего по телу разнеслось неприятное и новое ощущение.
- Вы не ответите на мой вопрос? – я наблюдала за тем, как он проделывает тоже самой с другой ногой, а после и руками.
- Какой? – он прищурился, а после встал и отошел на несколько шагов назад, - С рефлексами все хорошо.
- Почему я потеряла сознание, а после проснулась в больнице? Из комы? – я не унималась, пытаясь еще больше сконцентрировать внимание доктора на вопросах.
- Марианна, - мужчина тяжело вздохнул и положил молоточек на свое место, - это очень сложно.
- Не сложнее, чем все остальное.
- Ты... У тебя случился нервный срыв.
Туманные события того дня вырисовывались в голове, но оставались и пробелы, мешавшие складыванию окончательной картины.
- Разве из-за него можно впасть в кому?
- На самом деле да. Это случается достаточно редко, потому что кома в основном случается после физических травм. Но она в свою очередь является торможением центральной нервной системы, приводящей к потере сознания, утрате рефлексов, не способности к реакции на внешние раздражители.
- Но вы сказали, что у меня все в порядке с рефлексами? – я чувствовала себя некомфортно в этом тонком больничном халате, открывающий приличный участок моего оголенной спины.
- Да, когда ты уже проснулась. Но до этого ты ни на что не реагировала. Никаких движений.
По телу прошелся холодок.
- Долго я была в таком состоянии? – сжав в пальцах простынь, спросила я.
- Тебе пора отдыхать, - он окончательно отвернулся и перестал замечать меня.
- А мне уже можно нормально питаться? – я кинула взгляд на поднос с едой, пытаясь разобрать, что находится в одной из тарелок.
- Да. Это даже необходимо для твоего организма, но начинать ты будешь с малого. Каша, приготовленная лучшими поварами должна помочь тебе в этом, - уголок его рта слегка дрогнул, но улыбка так и не появилась на его лице.
Все время, пока он пытался собрать какие-то данные относительно моего здоровья, я не видела на его лице ничего, кроме грусти. Может стоит начать сомневаться по поводу моей теории правильного врача?
- А вот и я, - мама чуть ли не впорхнула в палату, все время смотря на меня.
- Мама, - я отодвинула поднос, понимая, что организм не требует еды.
- Я так рада услышать твой голос, - она улыбнулась и достала из-за спины мой рюкзак, - а я принесла тебе кое-что, - я получше присела, перебирая в мыслях вещи, которые она могла взять для меня, - тут твой телефон и несколько книжек. Доктор сказал, что тебе необходимо восстанавливаться, поэтому я...
- Думаю, ей еще сложно будет читать книги. В том смысле, что...
- Это как-то навредит мне?
- Нет, но...
- Тогда я счастлива, что теперь смогу почитать, спасибо, мам, - я поняла то, как сильно мой мозг изголодался по часовому просмотру на листки бумаги, который приносит немыслимое удовольствие.
- С выбором книг мне немного помог Дэвид, - она отошла в сторону, и за ее спиной я увидела блондина, поправляющего свои волосы.
- Доброе утро, - он улыбнулся мне своими зелеными глазами, которые, казалось, я не видела несколько столетий.
- Благодаря книгам теперь все мое время может считаться «добрым», - я попыталась улыбнуться ему в ответ, слегка обнажив свои зубы. Выглядела я наверняка глупо, но почему-то меня это не волновало – я и так была в больничном халате, стесняющем меня максимально сильно.
- Лучше сначала посмотри их, а потом что-то говори. Вдруг я немного не угадал, тогда мы можем принести другие, - Дэвид подошел поближе.
- Хорошо, - я раскрыла рюкзак и достал небольшую стопку книг, - скучать здесь я точно не буду, - первая книга оказалась большой, от чего мне сразу захотелось узнать ее название, - Диккенс? «Большие надежды»? Ты слишком хорошо меня знаешь, - мне захотелось обнять друга, но я заставила себя рассмотреть остальные книги, - Джейн Остен, «Разум и чувства» и еще одно ее произведение «Эмма». И Артур Конан Дойл, «Этюд в багровых тонах». Это слишком прекрасные книги, спасибо, - меня растрогало то, что Дэвид идеально знает мои литературные предпочтения.
- Иначе нельзя, - он спрятал руки в карманы и расслабился.
Резко к горлу подкралась тошнота, от чего мне жутко захотелось пить, и я потянулась за стаканом с водой, стоявшим на небольшой тумбочке.
- Эй, давай я тебе помогу, - парень в секунду оказался около меня.
- А я в состоянии сделать хоть это, - рука уже ухватилась за предмет и начала его поднимать, - видишь? Все хорошо.
Я поднесла стакан ко рту и сделала несколько глотков:
- Почему вы все так смотрите на меня? Я всего лишь пью воду.
- Просто мы так давно не видели, как ты делаешь это, - мама погладила мою вторую руку и мягко улыбнулась.
Все напряглись, когда я начала ставить воду на место, и мне стало не по себе.
- Что случилось? Такое ощущение, будто я убиваю кого-то, - голова повернулась в сторону ладони, и я закричала, - что это?
Моя рука чуть ли не билась в конвульсиях, после чего стакан полетел на пол, разбившись на десятки осколков. Конечность все еще дрожала, а я не могла унять это. Я не чувствовала ее.
Совершенно.