Глава XXVIII. Приговор
- Да, - услышала я хриплый голос.
- Я согласна, - мой тон был спокойным и твердым.
Бено издал сдавленный звук, который напомнил мне его ухмыляющееся лицо.
Я отдернула себя, как в зеркале напротив увидела ухмылку на собственном лице.
Что за дурацкое тело?
- Ваш рабочий день начинает сегодня, адрес и время я пришлю смс-кой, - произнес он, а затем я услышала гудки.
Развернувшись, я заглянула в комнату к девчонке. Она мирно спала в бирюзовых стенах, время от времени дергаясь. Ее воспоминания исчезли более двенадцати часов назад, но во сне она произнесла мое имя, имя Гордыни. Думаю, глубоко, на самом деле глубоко внутри, она все еще помнила правду. Однако правда никогда не выйдет в реальный мир вновь, она будет преследовать ее лишь в снах и кошмарах.
Офис Бено находился в десяти минутах езды от меня, а встреча была назначена на пять вечера, и у меня оставалось три свободных часа.
Так как я буквально умираю в этом теле, я должна проконсультироваться к Лесником, иначе мне не избежать встречи с Создателем. А я желаю повидаться с ним при других обстоятельствах.
- Ты куда?
Зои стояла за моей спиной, пока я надевала пальто и пыталась расцепить челюсти.
- Мне предложили новую работу, собеседование назначено на полчетвертого, так что я уже опаздываю, - в конце я попыталась сделать что-то наподобие улыбки, но она наверняка была чересчур пластмассовой.
Немного нахмурившись и опустив глаза, она тихо произнесла:
- Ясно, - вдохнув, она широко улыбнулась. - Удачи, сестренка.
Я отчетливо видела, что она опечалена моим уходом, но человеческому взгляду это было бы незаметно.
Она умела скрывать свои эмоции глубоко внутри, хотя в этот раз нужно быть просто невнимательным, чтобы не увидеть отблески боли в ней.
- Спасибо, - пробормотала я, быстро исчезая за дверью.
Как бы не было плохо этой девчонке это не имеет ничего общего со мной. Главное, чтобы ее дискомфорт не влиял на меня, но, думаю, подобное будет происходить часто.
Доктор принял меня без лишних вопросов, проверил пульс и сделал несколько анализов на месте, чтобы узнать, насколько я дохляк.
Большой дохляк, как оказалось.
- Показатели крайне низкие...
- Как у кого? - прервала его я.
Лесник задумался, поджав губы.
- Как у человека, больного диабетом, анорексией и всеми видами рака, - наконец произнес он.
Я изогнула бровь, не веря в столь убийственный диагноз.
- Ну, не на все сто процентов, но Вы верно приближаетесь к это, - Рескью пожал плечами, будто дело в переедание шоколада.
- И как все исправить? - я попыталась скрыть тревожность в голосе.
Но вышло паскудно, черт возьми.
- Вы не долго продержитесь на таблетках, мисс Доннелли, Вы нуждаетесь в основательном лечение, нужно лечь в больницу, пройти обследование всех органов и решить, в чем же причина... - Лесник умолк, увидев мой пустой взгляд.
- Доктор, Вы, похоже, не помните, что я говорила - никаких больниц, никаких долгих обследований.
- Но... - не успокаивался он.
- Мне нужен месяц, не больше. Месяц хотя бы относительной жизни, без белых стен и прочего подобного дерьма, Рескью. Вы можете мне это дать? Да или нет?
Выдохнув, Лесник схватился за переносицу.
Чего я просила от человека? Спасения жизни, побыть Богом.
Я просила невозможного, так почему до сих пытаюсь чего-то от него добиться.
Поднявшись, я собралась на выход.
- Хорошо, - произнес доктор. - Я смогу дать Вам месяц, но затем настанет конец, ни дня больше Вы не проживете.
Я ухмыльнулась его попытке найти в моих глазах шок от осознания «приговора», к которому так стремлюсь.
- Я надеюсь, что Вы меня не подведете, доктор, потому что именно этого я и хочу.
И шок, который он хотел увидеть в моих глазах, я увидела в его, но Рескью быстро его поборол.
- Может, Вы хотя бы ответите, кем являетесь? - голос Лесника не был полон любопытства, будто он задал этот вопрос, чтобы поддержать беседу.
Но я вижу, что происходит там, куда вход закрыт для остальных - в его душе.
- За последнею неделю об этом узнали двое, и будет лучше, если хотя бы один человек останется в неведенье, доктор, - с тем же тоном ответила я.
Любопытство внутри него не исчезло, наоборот, мой ответ лишь разогрел его интерес, который Лесник продолжал скрывать за маской равнодушия.
Я - Грех, и, смотря на лицо человека, я видела его настоящее лицо, буквально. Я не могу выключить эту способность, поэтому всегда вижу злость, похоть или жадность, что люди принимают за вспыльчивость и любовь. Порой хочется, чтобы они прекратили быть бездарными актерами, прекращая раздражать мои мысли.
- Кто бы Вы ни были, мисс Доннелли, я был рад нашей встрече, - бросил доктор напоследок.
Развернувшись к нему лицом, я оценила серьезность его слов. И они были искренни и... добры. Так же как слова Зои насчет своей сестры, что изрядно меня удивило.
Но я не стала ничего спрашивать и лишь кивнула.
Слишком много людей на сегодня.
Поэтому я написала Бено, что не приду и направилась гулять вдоль местной реки.
Приближался дождь, а на мне была легкая куртка без капюшона, и я стала подыскивать себе место, где могла бы спрятаться от приближающегося холода. Но внезапный порыв ветра остановил меня.
Сильный и колючий, он навевал мне мои старее воспоминания.
В них я была частью природы, могла общаться с подобными порывами на «ты» и чувствовала себя... счастливой.
Я вздохнула, облокотившись на каменную изгородь.
Как же давно это было.
Мощь ветра усиливалась ежесекундно, заставляя мою кожу покрываться мурашками, но ощущения отвращения или неприязни не желало приходить в голову.
- Я почему-то так и думал.
Проведя ладонью по волосам, я поджала губы.
- Ты не можешь не преследовать меня, - устало пробормотала я.
- Прости, не мог сдержаться, - я слышала улыбку в его голосе.
Впервые за наши многочисленные встречи Бено не обращается ко мне на Вы, и это уменьшает причины моей головой боли.
Удивительное тело, черт его побери.
- И о чем же ты думал? - спросила я после небольшой паузы, заполненную шумом грозы и людской беготни.
- Что тебе нравится мрачная погода, - голос Бено звучал отчетливо, что было странно, ведь я едва могла услышать собственные мысли.
- Дело не в этой погоде, - призналась я, - обожаю ветер.
Наши взгляды встретились, и я вновь почувствовала, что он заранее знает все, о чем я думаю.
И хотя это невозможно, мне не понравилось, что сама-то я ничего не вижу в его душе.
Вновь лишь пустое полотно.
- Я тоже люблю ветер, он освежает, даже в самом пугающем своем виде, - на секунду я буквально почувствовала, что в этом наши чувства сходятся.
Быстро отведя взгляд, я подумала, что может вывести его на чистую воду.
- Так кто ты? - спросила я, сузив глаза.
Нахмурившись, он задумался.
- Мафиози?.. - ответил Бено, сомневаясь в правильном понимание моего вопроса.
Я не смогла сдержать смешок при виде его смущенного выражения лица.
- Чем ты занимаешься? - уточнила я.
- Наркотики, проституция и убийства, - пожал он плечами, - обычный такой мафиози.
Наклонив голову, я оценила его.
Его молодое лицо было на грани пустого, но все-таки имело набор едва заметных эмоций, оповещающие о его человечности. Густые брови приподнялись вверх, а рот немного раскрылся, показывая замешательство от моего молчания. Но я не могла избавиться от чувства, что хотела бы увидеть его настоящее лицо, то, которое может увидеть только Грех.
- Твой бизнес не связан с отцовским, а всем вышеперечисленным занимался именно он, - сказала я, не отрываясь глаз от него.
Губы Бено расплылись в улыбке, а греческий ног немного вздернулся.
- Ты уже проводила расследования?
Я фыркнула и нахмурилась.
- Мне сказал Рейн после того, как... - я умолкла, когда воспоминания тех дней возвращались в мою больную голову.
- Кстати, - он перевел заинтересованный взгляд ко мне, ожидая продолжения, - почему ты захотел встретиться, чтобы заключить контракт, именно со мной? Почему попросил Рейна ничего о тебе не рассказывать?
Бено пожал плечами, будто это было такой мелочью, что вовсе не требовала объяснений.
- Это зависит от того, что ты хочешь услышать, - произнес он.
- Я хочу правду, разве может быть что-то другое? - возмутилась я, обведя взглядов противоположный берег реки.
И там дождь уже начался, но тут я не видела ни единой капли. Небо было покрыто серыми облаками, готовые прорваться в следующею секунду, а река, казалось, была поделена невидимой стеной, и по ту сторону был мощный дождь, а по эту - мощный ветер.
Но я не ощущала холода, от которого бежали люди рядом с нами.
- Ну, правды тоже может быть много, - прервал Бено мои размышления. - Кира Доннелли заинтересовала меня как человек или как женщина, какую правду хочешь услышать?
В последнее время он часто упоминал, что «хочет быть ко мне поближе», от чего я уже изрядно подустала, ну а вариант с «ты прекрасная личность с многочисленными достоинствами» раздражал меня не меньше.
- Ладно, - я махнула рукой, закрывая эту тему. - Давай вернемся к твоему бизнесу.
Бено засмеялся.
- Последнее, чего бы мне хотелось, так это тратить время на бизнес, общаясь с тобой. И, к сожалению, я еще успею этим «насладиться» во время нашей работы, - с его лица не сходила довольная, вовсе не разочарованная улыбка.
Ему нравиться видеть Киру, какой бы повод при этом не был использован.
- Я расскажу все завтра, а пока... Ты в очередной раз разозлишься, если я предложу зайти в кафе? - спросил Бено, кивая в заведение через дорогу.
Кто бы не строил эту стену, ограждающею нас от ливня, он уже не мог удерживать ее, и дождь приближался к нам.
Поэтому я согласилась, ловя себя на мысли, что вовсе не чувствую усталость от общения с ним. Будто он вовсе и не человек.
Кто же ты, Бено Уильям, если не человек?