🍄 Hyphē/Гифы 🍄

– Ты можешь называть меня Полли или Джоан, как хочешь, – сказал Полли Джоан. Он был вежливым и добрым, с серо-голубыми глазами, подобными ласковому океану, – лучший старейшина в человеческой цивилизации.

Тэтэ назвал им своё имя.

– Ты очень молод. С Северной базы?

Тэтэ кивнул.

– Как ты стал таким?

Полли Джоан медленно повёл Тэтэ в белое здание, расспрашивая. Пол под ногами был очень гладким. Видимо, кто-то хорошо о нём позаботился. Чимин шагнул вперед и протянул руку, чтобы помочь Полли, но Полли только махнул рукой.

– Я... – когда Тэтэ медленно огляделся, в его взгляде возникли колебания.

Внутренняя часть этого белого здания представляла собой большой зал. Всего в нём было три этажа, но центральная часть этих трёх этажей не была разделена слоями, как в обычном здании. Скорее, она была открыта. Винтовая лестница вилась наверх, и, если смотреть из вестибюля, прямо был виден полупрозрачный купол. В этот момент на втором и третьем этажах собрались какие-то существа, смотрящие на него сверху любопытными глазами.

Всего этих существ было около сорока, большинство из них имели человеческие характеристики – одну треть можно считать гуманоидами, треть была точно такими же, как люди, и одна треть – существа с биологическими характеристиками людей. Например, господин на втором этаже, лицо которого покрыто серо-чёрными волосами. На третьем этаже также стоял человек, волосы которого были похожи на вьющиеся лозы, которые слегка двигались. Остальная треть похожа на монстров или что-то странное. Например, пучок тухлого мяса, свисающий с перил второго этажа.

– Они не причинят тебе вреда, – сказал Полли Джоан Тэтэ. – Если некоторые из них потеряют волю и выйдут из-под контроля, другие помогут их контролировать.

Когда он говорил, Тэтэ мог почувствовать, что глаза этих деформированных людей не были холодными глазами зверей, и он мог понять их выражение – любопытство или внимательность. Совершенно не было злобы.

– Мы все заражены, все гетерогенные виды. К счастью, мы сохранили часть нашей воли, и господин Полли собрал нас вместе, – Чимин похлопал его по плечу. – Мы будем стараться контролировать себя и не убивать других, разве только сражаясь с монстрами снаружи. Здесь нет Суда высшей инстанции. Можешь не сомневаться.

Полли Джоан несколько раз кашлянул, прежде чем сказать:

– У членов института нет иерархии. Мы заботимся друг о друге, сильные защищают слабых. Добро пожаловать в этот дом.

Тэтэ медленно отвёл взгляд.

– Спасибо, – прошептал он.

Чимин спросил его, как он стал гетерогенным. После некоторого колебания Тэтэ ответил:

– Я последовал за другом...

Он знал, что это место, где вместе живут гетерогенные виды, но всё же он отличался от людей здесь. Они были зараженными монстрами людьми, а он был грибом, поэтому ему пришлось скрывать свою настоящую личность. Это означало, что он рассказал историю Тэхёна, который пришёл в пустыню, был ранен, а затем...

– Я стал таким, когда проснулся, – он соединил это с историей Чимина и выдумал такую ложь.

– Есть ли места, которые отличаются от человеческих?

– Нет.

– Тогда у тебя, должно быть, какая-то полная полиморфная мутация, – Полли ласково посмотрел на него и спросил: – Знаешь, с чем ты слился? Или ты можешь контролировать свою трансформацию?

Тэтэ подумал об этом и покачал головой.

– Это не обычное дело, – размышлял Полли. – Как ты выжил в Бездне?

– Ничто не нападало на меня, – честно ответил Тэтэ.

Полли подумал об этом. Когда Тэтэ решил, что его собираются жестоко пытать, Полли Джоан открыл рот.

– Это можно объяснить.

– Как? – задал вопрос Тэтэ.

– Существа в Бездне, как и другие могущественные виды, похоже, обладают иным чутьем. Иногда они не судят о расовой принадлежности других монстров по внешности. Сильный полиморфный монстр может превратиться в мышь, но другие монстры всё ещё могут почувствовать его огромную силу атаки и стараться уклониться от него.

Полли Джоан сделал паузу, прежде чем продолжить:

– Если ты им действительно неинтересен, это доказывает, что ты интегрировался с некоторыми мощными генами или не являешься частью их диеты.

– Ты особенный, – заявил он.

– Я не знал, – прошептал Тэтэ.

Он действительно не знал. Грибы в Бездне были так же опасны, как и монстры Бездны. Они были либо очень токсичны, либо наполнены иллюзорным туманом, который мог свести с ума. Произвести такой маленький и безобидный гриб в зарослях ядовитых грибов уже было чудом. У него даже появилось собственное независимое сознание.

Полли сказал ему:

– У всех членов института разные мутации. Если хочешь, я могу провести кое-какое исследование о твоём теле, это не причинит тебе вреда.

Тэтэ согласился. У него не было причин не соглашаться.

Затем Полли Джоан задал ему несколько вопросов. Он больше не спрашивал о процессе мутации. Скорее, он спрашивал Тэтэ, как тот жил в дикой природе, страдал ли, боялся ли каких-либо животных и появились ли какие-либо новые привычки после генетических изменений. Он казался просто старейшиной, который заботился об Тэтэ. Однако, осознав свою нечеловеческую идентичность, Тэтэ по-прежнему боялся исследователей-людей. Он не осмеливался приближаться к Полли, последовательно отвечая на вопросы.

Он также получил предварительное представление о статусе института. На первом этаже института находились зал, лаборатория и комната с приборами. Второй этаж был заселён людьми с мутациями животных, а третий – с мутациями растений. Господин Полли записывал экспериментальные данные, в то время как некоторые люди обслуживали оборудование, некоторые выращивали картофель позади здания, а другие отвечали за охоту. За охоту отвечали те, кто был заражён чрезвычайно жестокими монстрами, такие как Чимин. Во время охоты они везде ставили дорожные знаки. Никто, кроме людей, не мог понять эти знаки. Направления, указанные дорожными знаками, предназначались для гетерогенных видов, возвращающихся домой, и не ограничивались Бездной.

Чимин сказал, что это место связано с фракцией слияния, но люди здесь не были продуктом преднамеренного слияния. Скорее, они были убиты в дикой природе и, к счастью, сохранили некоторое человеческое сознание, а затем последовали указателям, ведущим в институт. Доктор сказал, что это один шанс из десяти тысяч.

Добавление нового участника было событием, достойным празднования. Институт специально подготовил приветственную часть для Тэтэ. Основной пищей был суп из картофеля с беконом, приготовленный небольшим гетерогенным с мутацией дерева.

– Ты любишь картошку? – мужчина налил суп в тарелку и протянул Тэтэ. Его голос был слегка хриплым, как звук трения грубой коры.

Тэтэ потянулся за тарелкой горячего супа. Он подул, и тёплый белый туман покрыл его лицо.

– Мне это нравится. Спасибо, – поблагодарил он.

– Тогда я сделаю его завтра, – мужчина посмотрел на него. – Сколько тебе лет?

– Девятнадцать.

– Тогда зови меня дядей. Ты примерно одного возраста с моим сыном. Он живёт в седьмом районе. Где ты жил?

– Шестой район.

Мужчина рассказал:

– Я не видел его пять лет. Его зовут Бай Е. Ты знаешь его?

Тэтэ мягко покачал головой.

– Надеюсь, с ним все в порядке, – это был конец их разговора.

Во время трапезы люди института сидели по кругу вне зависимости от занимаемой должности. Среди них сидел Полли Джоан, и все были рядом с ним.

Они были одинаково близки к Тэтэ. Во время еды по крайней мере десять человек проявили инициативу, чтобы поговорить с Тэтэ. Некоторые из них были наёмниками из Внешнего города, а некоторые – солдатами базы. Их интересовал процесс его изменения, и они спрашивали, что происходит на базе, видел ли он их собственных родственников или друзей. Тэтэ не сказал им, что Внешний город был уничтожен. Он просто говорил: «Я их не видел» и «Я не знаю». У него было какое-то чувство меланхолии, но никакие новости не казались более утешительными для человеческого сердца, чем настоящий ответ.

По окончании трапезы Чимин отвёл Тэтэ в пустую комнату. Молодой человек с перьями на теле принёс в комнату одеяло.

– Оно было высушено только вчера, – он предложил помочь застелить постель. – Ночью холодно, поэтому не забудь закрыть окно.

– Спасибо, – сказал ему Тэтэ. Как и сегодняшний дядя, который накормил его, доброта мальчика сделала его благодарным и немного смущённым.

Застелив постель, мальчик вытащил из своей одежды красный фрукт и улыбнулся.

– Я принёс тебе кое-что поесть.

После этого он достал завёрнутый кусок вяленого мяса.

– Это тебе от всех нас.

Тэтэ взял это. Вяленое мясо оказалось очень тяжёлым. Он не знал, каков уровень жизни в институте, но в ту эпоху мясо имело высокую ценность независимо от места.

– Спасибо. Для меня это слишком много, чтобы всё съесть.

– Ешь постепенно, – Чимин, стоявший позади него, улыбнулся и протянул руку, чтобы поправить воротник.

– Новичкам мы дарим подарки. Я нашёл это место год назад, и все были ко мне очень добры, – сказал мальчик. – В этом мире слишком сложно быть гетерогенным, суметь спрятаться от монстров и найти себе что-нибудь поесть, помнить, что ты человек и что ты не можешь вернуться на базу, когда скучаешь по дому. Просто прийти в институт – хорошо.

Он говорил, улыбаясь Тэтэ. Тэтэ тоже улыбнулся в ответ.

В комнате не было ветра. Здесь очень тепло, и лампы на потолке ярко светили. Тэтэ держал в руках вяленое мясо и вспомнил этот месяц похода через лес и болото Бездны. Похоже на сон.

Мальчик сказал ему:

– Не плачь. В будущем будет дом.

Его тон был решительным и тёплым, как будто он безгранично полагался на эту веру. Этого Тэтэ не видел у людей на базе.

– Здесь всегда так? – спросил он.

– А? – мальчик сначала замер, прежде чем рассмеяться. – Ты скоро к этому привыкнешь.

Как только он закончил говорить, то внезапно замер. Из коридора раздался резкий пронзительный крик.