Взрывоопасный дуэт
Утром Варя проснулась от запаха яичницы. Открыла глаза - Лесков стоит у импровизированной плитки (в доме разрешили готовить) и жарит завтрак.
- Ты чего? - удивилась она.
- Есть хочется. А ты спишь как убитая.
- Я не убитая. Я шаманка, мне силы восстанавливать надо.
- Надо - восстанавливай. Но сначала поешь.
Он поставил перед ней тарелку с яичницей и тостами. Варя уставилась на еду, потом на него.
- Ты меня кормишь?
- А что такого? Голодная же.
- Мы... мы типа вчера помирились?
- Не. - Он усмехнулся. - Перемирие кончилось в 6 утра. Сейчас война. Но даже на войне солдаты должны есть.
Варя фыркнула, но тарелку приняла. Яичница была вкусной.
- Слушай, - сказала она с набитым ртом. - А ты чего такой добрый сегодня? Обычно ты как ёжик.
- Сам не знаю, - честно признался Лесков. - Бесишь ты меня меньше, чем вчера. Наверное, потому что я видел, как ты работаешь. Ты реально талантливая.
- Ого. Комплимент от бумера.
- Я не бумер!
- Для меня бумер. Тебе 27, мне 19. Разница 8 лет.
- И что? - он вдруг посмотрел на нее пристально. - Это много?
Варя поперхнулась чаем.
- Чего?
- Ничего. Ешь давай.
Не успев Варя ему сказать как в друг в домофон произнёс редактор:
- Лесков, Петрович, сбор через 30 минут! Новое испытание!
- Идем, - крикнул Лесков.
Они одевались молча. Но воздух между ними стал каким-то... другим. Напряженным. Липким.
Варя чувствовала на себе его взгляд, когда надевала куртку. Обернулась - он смотрит.
- Что?
- Ничего. Пошли.
Он открыл дверь и пропустил ее вперед. Варя вышла в коридор, спиной чувствуя, что он смотрит ей вслед.
Первое совместное испытание. Заброшенная психбольница
Автобус привез участников к мрачному зданию на окраине Москвы. Заброшенная психбольница. Обшарпанные стены, выбитые окна, запах сырости и чего-то гнилого.
Задание: найти место, где умер пациент, и описать его последние минуты.
- Разбиваемся на пары, - объявил ведущий. - По жребию.
Варя замерла. Только не Лесков. Только не он.
- Петрович и Лесков! - выкрикнули первыми.
- Да ладно! - взвыла Варя.
- Судьба, - усмехнулся Лесков. - Пошли, напарница.
Они вошли в здание. Внутри было еще жутче. Темные коридоры, разбитые зеркала, каталки, валяющиеся на боку.
- Держись рядом, - сказал Лесков неожиданно серьезно. - Здесь реально опасно.
- Я сама разберусь.
- Я не сомневаюсь. Но вместе быстрее.
Варя хотела огрызнуться, но передумала. В конце концов, он прав.
Они пошли по коридору. Варя чувствовала духов - много, очень много. Но один был сильнее других.
- Туда, - показала она на лестницу в подвал.
- Согласен, - кивнул Лесков.
В подвале было темно. Варя достала телефон, включила фонарик. Луч выхватил из темноты фигуру. Маленькую. Детскую.
- Сём, - выдохнула она. - Ты видишь?
- Вижу, - тихо ответил он. - Пацан. Лет 8. Умер от удара. Кто-то убил.
Мальчик повернулся к ним. Его призрачные глаза смотрели прямо на Варю.
- Помоги, - прошептал он. - Мама плачет. Скажи маме, что я не специально. Что я не хотел ее пугать.
Варя почувствовала, как слезы текут по щекам. Она протянула руку к призраку.
- Я скажу. Обещаю.
Мальчик улыбнулся и растаял.
- Ты чего?- спросил Семён.
- Не, всё хорошо - вытирая слёзы сказала она.
После этого испытания они вернулись в автобус и резко к ним подошёл редактор
- Лесков, Петрович! Новое испытание. Едете вдвоем.
- Опять? - простонала Варя, отрываясь от телефона, где как раз листала очередное шип-видео с ними в ТикТоке. Комментарии типа «ОНИ ТАК СМОТРЯТ ДРУГ НА ДРУГА» бесили до скрежета зубов.
- Судьба, - усмехнулся Лесков
- Язык попридержи, - буркнула Варя.
- Слушайте задание, - начал режиссёр, когда автобус тронулся. - Есть озеро в Подмосковье. Три месяца назад там утонула 16-летняя девушка. Мать не верит в официальную версию - суицид. Говорит, дочь была жизнерадостной, собиралась поступать, не было причин. Она хочет знать правду.
Варя почувствовала, как внутри все сжалось. Дети - всегда больно.
- Ваша задача, - продолжил мужчина, - выйти на место, связаться с духом погибшей и выяснить, что произошло на самом деле.
- Работаем вместе? - уточнил Лесков.
- Да. Напарниками.
Варя и Семён переглянулись. В его глазах - ничего. Работа. В ее - вызов.
- Ладно, - кивнула Варя. - Справимся.
- Посмотрим, - хмыкнул Лесков.
Озеро было замерзшим. Толстый слой льда блестел на солнце, но Варя чувствовала - под ним что-то темное. Очень темное. Бес внутри забеспокоился, зашевелился, зашептал что-то тревожное.
- Чуешь? - тихо спросил Лесков, когда они вышли из автобуса. Его лицо было серьезным, без обычной насмешки.
- Ага. - Она поежилась, хотя было не так уж холодно. - Здесь нечисто. Очень нечисто. Бес нервничает.
- Подтверждаю. Мой дар тоже орет. Тут не просто смерть. Тут зло.
К ним подошла женщина - лет 40, осунувшаяся, с красными от слез глазами, в старом пальто и сбившихся сапогах. Она куталась в платок, но дрожала не столько от холода.
- Вы экстрасенсы? - спросила она дрожащим голосом. - Те самые, из телевизора? Вы узнаете? Скажете мне правду? Моя Алина не могла сама... Она боялась воды. С детства боялась. Купаться не ходила, в ванной по 5 минут, наспех. Как она могла прыгнуть в озеро? Как?
Варя взяла женщину за руку. Ладонь была ледяной и шершавой.
- Мы постараемся, - мягко сказала Варя. - Обещаю. Мы узнаем правду.
Лесков молча кивнул, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на сочувствие. Редкое для него зрелище.
Операторы заняли позиции. Режиссер махнул рукой - начали.
- Идем, - сказал Лесков и первым шагнул к берегу.
Они остановились у кромки льда. Варя закрыла глаза, сыпанула карельскую землю на снег. Бес отозвался сразу - нервно, тревожно, почти агрессивно.
- Она здесь, - выдохнула Варя, чувствуя, как голос начинает меняться, уходить в тот самый «крик», за который ей дали псевдоним. - Девочка. Алина. Плачет. Злится. Она не хочет уходить.
- Где именно? - спросил Лесков, тоже входя в транс. Его глаза закатились, он вытянул руки вперед, словно ощупывая пространство.
- В центре озера. Подо льдом. Она... она не одна.
- Не одна? - Лесков нахмурился, не открывая глаз. - Я вижу только ее. Одну. Стоит на льду, потом проваливается. Все.
- А я вижу тени. - Голос Вари стал ниже, грубее - бес брал управление. - Две тени. Рядом. Они толкают.
- Тени? - Лесков открыл глаза. В них плескалось раздражение. - Варь, ты уверена? Может, твой бес глючит?
- Бес не врет! - рявкнула она уже своим голосом. - Он никогда не врет!
- Мой дар тоже не врет. - Лесков покачал головой. - Я вижу четко: она одна. Сама прыгнула. Сама утонула. Там никого не было.
- Это ложь! - вспылила Варя. - Ты не чувствуешь? Там боль, там злость, там...
- А ты не навязывай мне свое видение! - перебил он. - Не все крутится вокруг твоего беса!
Они стояли друг напротив друга, готовые вцепиться в глотки. Операторы снимали, затаив дыхание. Режиссер в наушниках довольно потирал руки - золотой материал.
- Надо разделиться, - отрезал Лесков. - Ты идешь налево, я - направо. Обойдем озеро с двух сторон. Посмотрим, кто прав.
- По рукам. - Варя развернулась и пошла вдоль берега, даже не обернувшись.
Она слышала, как его шаги удаляются в другую сторону. И почему-то от этого стало обидно. Хотя чему обижаться? Они же враги. И точка.
Варя шла медленно, чувствуя, как бес внутри мечется, словно зверь в клетке.
- Не туда, - шептал он чужим голосом. - Не туда, дура. Туда, где тени. Где они стояли.
- А куда? - шипела Варя, останавливаясь. - Показывай!
- Туда, где тени.
Она прислушалась. Где-то слева, в зарослях камыша, торчащих из-под снега, ей почудилось движение. Не ветер. Что-то другое.
Варя пошла туда. Ноги увязали в снегу, ветки хлестали по лицу, но она упрямо пробиралась вперед.
И увидела ИХ.
Два силуэта. Прозрачные, едва заметные на фоне белого снега. Молодые парни, лет по 17-18. Похожие как две капли воды. Стоят и смотрят на воду. Неподвижно. Зло.
- Вы кто? - выдохнула Варя, чувствуя, как бес внутри заходится криком.
Силуэты повернулись. Лица - искаженные ненавистью. Глаза - пустые.
- Уходи, - прошелестел один голосом, похожим на скрип снега. - Не твое дело.
- Алина вас звала? - спросила Варя, делая шаг вперед. - Что вы с ней сделали?
Силуэты растаяли. Просто исчезли, будто их и не было. Варя осталась одна, тяжело дыша, чувствуя, как колотится сердце.
- Тени, - прошептала она. - Две тени. Близнецы. Я была права.
Она развернулась и побежала обратно к месту, где оставила Лескова. Снег летел из-под ног, ветки хлестали по лицу, но она не замечала.
Лесков шел вдоль берега, чувствуя, как сила ведет его. Дар ведьмака никогда не подводил. Он доверял ему как себе. Он видел четкую картину: девушка стоит на краю льда. Одна. Никого рядом. Прыгает. Лед трещит. Она уходит под воду.
- Сама, - бормотал он, пробираясь сквозь кусты. - Сама. Все логично.
Но где-то глубоко внутри зудел червячок сомнения. Слишком легко. Слишком гладко. В таких делах просто не бывает. Особенно когда мать говорит, что дочь боялась воды.
Он остановился. Закрыл глаза. Отключил логику, отключил гордость, отключил раздражение на эту мелкую шаманку. Попробовал заглянуть глубже.
И увидел.
Девушка стоит на берегу. Испуганная. Сзади подходят ДВОЕ. Почти одинаковые. Спорят. Она плачет, просит, отступает к воде. Они толкают ее. Она падает на лед. Лед трещит. Она проваливается. Они смотрят несколько секунд и уходят. Не оглядываясь.
Лесков открыл глаза. Холодный пот выступил на лбу, хотя мороз был приличный.
- Блин, - выдохнул он. - Я был не прав. Она не одна.
Он развернулся и побежал обратно, на ходу вытаскивая телефон, чтобы позвонить Варе, но передумал. Лучше встретиться лицом к лицу.
Они встретились на том же месте, где расстались. Оба запыхавшиеся, злые, раскрасневшиеся на морозе. Операторы уже были тут как тут - снимали крупные планы.
- Там двое! - выпалила Варя, еще издалека размахивая руками. - Я видела их! Тени! Близнецы!
- Я тоже понял, - кивнул Лесков, останавливаясь в двух шагах. - Я глубже копнул и увидел. Они толкнули ее. Это не суицид.
- А ты мне не верил! - Варя ткнула его пальцем в грудь. - Я же говорила! Бес не врет! А ты, умник, сразу решил, что я ошибаюсь!
- Ты не дала мне подумать! - он перехватил ее руку. - Ты орала, перебивала, лезла со своим бесом!
- Потому что ты упертый баран, который никогда не признает свою неправоту!
- А ты истеричка, которая думает, что ее мнение - единственно верное!
- Я видела их! Я! - она вырвала руку. - А ты бы так и стоял на своем, если бы я не пошла искать!
- Я сам докопался! - рявкнул Лесков. - Сам! Без тебя!
- Без меня ты бы видел только то, что тебе выгодно!
- А без тебя я бы не отвлекался на твои крики!
- Значит, я виновата, что у тебя концентрация как у комара?
- А ты вообще замолчишь когда-нибудь?
- А ты заткнешься?
Они стояли, сверля друг друга взглядами. Расстояние - полшага. Воздух между ними, казалось, искрил. Операторы брали крупные планы, ловя каждую эмоцию.
- Заткнитесь оба, - раздался голос режиссера в наушниках. - Работайте дальше. Выясняйте, кто эти двое. Ссориться потом будете.
Варя и Семён переглянулись. Тяжело дыша. Злые до чертиков.
- Ладно, - выдохнула Варя, отворачиваясь. - Работаем.
- Давай, - кивнул Лесков. - Но потом договорим.
- Жду не дождусь.
Они встали рядом. Варя, поколебавшись секунду, взяла его за руку - потому что так было легче концентрироваться. Энергия шла лучше, когда они касались друг друга. Лесков не отдернул. Наоборот - сжал ее ладонь в ответ.
- Закрывай глаза, - сказал он тихо. - И слушай не только беса. Слушай меня.
- Хорошо, - шепнула Варя.
Они закрыли глаза. Вдвоем. Вместе.
И мир провалился.
Варя увидела: двое парней, почти одинаковые, стоят у озера. Ждут кого-то. Потом появляется Алина - испуганная, заплаканная. Они начинают кричать на нее. Она пятится к воде.
Лесков увидел то же, но добавились детали: младший брат близнецов, больной, лежит в постели. Алина была его девушкой. Она бросила его. Он чуть не умер от разрыва сердца. Близнецы поклялись отомстить.
- Братья, - выдохнула Варя голосом, в котором смешались она и бес. - Близнецы. Саша и Паша. У них брат младший. Болел. Алина его бросила. Он чуть не умер.
- Вижу, - отозвался Лесков. - Они ждали ее у озера. Сказали, что хотят поговорить. А сами...
- Толкнули, - закончила Варя. - Когда лед треснул, они ушли. Не помогали. Смотрели, как она тонет.
Они открыли глаза одновременно. Посмотрели друг на друга. Впервые - без злости. С усталостью и пониманием.
- Мы оба видели, - тихо сказал Лесков. - Просто каждый видел свою часть.
- Потому что дух показывал каждому свое, - кивнула Варя. - Хотел, чтобы мы докопались до правды. Не давал легких путей.
- Сложный способ, - усмехнулся он.
- Зато эффективный.
Их руки все еще были сцеплены. Варя заметила это первой и отдернула ладонь. Лесков сделал вид, что ничего не случилось, но щеки предательски покраснели. Или это мороз?
- Пошли к матери, - сказал он, отворачиваясь.
- Пошли.
Мать ждала их на том же месте, сжимая в руках платок, уже измочаленный в клочья. Увидев их лица, она побледнела еще сильнее.
- Ну что? - спросила она с надеждой и ужасом одновременно. - Что скажете?
Варя посмотрела на Лескова. Тот кивнул - говори.
- Ваша дочь не сама, - мягко сказала Варя, беря женщину за руки. - Ее толкнули. Двое парней. Близнецы. Саша и Паша. Они мстили за брата.
Мать покачнулась, будто ее ударили.
- Саша и Паша? - переспросила она шепотом. - Соседи наши? Они... они всегда помогали, за хлебом ходили, с Алиной дружили...
- Не дружили, - жестко сказал Лесков. - Их брат встречался с вашей дочерью. Она его бросила. Он чуть не умер. Близнецы решили отомстить.
- Господи... - женщина осела прямо на снег. - Господи, а я им пирожки носила... Спасибо говорила, что поддерживают...
Варя присела рядом, обняла за плечи.
- Идите в полицию, - сказала она. - Скажите, чтобы копали в эту сторону. Мы дадим показания. Все, что видели.
- Мы поможем, - добавил Лесков. - Обещаем.
Мать разрыдалась - громко, навзрыд, как плачут только те, кто долго сдерживался. Варя гладила ее по голове и сама еле сдерживала слезы.
Операторы снимали. Режиссер довольно кивал - эмоционально, мощно, идеально для эфира.
В автобусе Варя и Семён сидели в разных концах. Она - у окна, глядя на проплывающие деревья. Он - у прохода, уткнувшись в телефон. Но молчание длилось недолго. Слишком много накопилось.
- Если бы ты сразу послушал меня, - начала Варя, не оборачиваясь, - мы бы не потратили столько времени!
- Если бы ты не орала как резаная, я бы услышал эти тени раньше! - огрызнулся Лесков, отрываясь от телефона.
- Я не орала! Это бес говорил! - она резко повернулась к нему.
- А бес - это не ты? Ты его впускаешь! Значит, ответственность на тебе!
- Ты вообще не понимаешь, как это работает! - Варя вскочила, забыв, что автобус трясет на ухабах. - Бес - это часть меня! Мы одно целое!
- Тогда тем более не снимай с себя ответственности, шаманка!
- А ты вообще! Ведьмак хренов! Думаешь, ты самый умный? Сидишь в углу, молчишь, строишь из себя загадочного!
- Я хотя бы не истеричка, которая орет на всю округу!
- Пошел ты!
Варя рванула к выходу, хотя автобус еще не остановился. Лесков вскочил, перехватил ее за руку:
- Куда? Соскочить решила?
- Отпусти!
- Не отпущу!
- Руки убрал!
- А то что? Беса натравишь?
- А хотя бы и так!
Они стояли, вцепившись друг в друга, тяжело дыша. Операторы, забыв про усталость, снимали с двух камер. Водитель притормозил, чтобы не мешать драме.
- Вы... вы... - Варя задохнулась от злости. - Вы невыносимы, Лесков!
- Взаимно, Петрович!
Автобус остановился. Варя вырвала руку и вылетела на улицу, даже не одевшись как следует. Лесков остался стоять в проходе, сжимая кулаки.И сел на место, уставившись в одну точку.
Вечером Варя залезла в ТикТок и охренела окончательно.
Их ссора в автобусе уже была в сети. Кто-то из операторов слил нарезку. Миллионы просмотров. Сотни тысяч комментариев.
"Вот это попадос! Они реально ненавидят друг друга!"
"А по-моему, это страсть. Так только с любимыми ссорятся."
"Она реально истеричка, бедный Лесков."
"Он бедный? Вы видели, как он на нее смотрит? Он ее хочет, 100%"
"Шипперы, вы больные? Они же убить друг друга готовы!"
"А мне нравится. Огонь, а не пара.
Когда следующая серия? Хочу еще!"
Варя швырнула телефон на кровать.
- Сём! - заорала она. - Ты видел?
Лесков зашел в комнату с чашкой чая, глянул в телефон и скривился.
- Видел.
- Бесят!
- Ага.
- Особенно эти шипперы! «Он ее хочет»! Какое «хочет»? Он меня бесит! - Варя ткнула в него пальцем.
- Взаимно, - холодно ответил он, но почему-то отвел взгляд.
- И эти комментарии! «Она истеричка»! Я не истеричка! Я шаманка!
- Ты и то, и другое.
- Заткнись!
Он усмехнулся и ушел в душ. Варя осталась сидеть, глядя на экран, где крупным планом было их лицо в момент ссоры. Раскрасневшееся, злое, глаза горят.
«Неужели это правда так выглядит со стороны? - подумала она. - Как... страсть?»
Она тряхнула головой, отгоняя глупые мысли. Нет. Никакой страсти. Только ненависть. И работа.
Но перед сном, когда Лесков вернулся из душа и лег на свою кровать, она вдруг сказала в темноту:
- Сём.
- Что?
- А ты правда думаешь, что я истеричка?
Повисла пауза. Длинная. Тягучая.
- Правда, - ответил он наконец. - Но иногда истерика - это то, что нужно. Ты меня бесишь, но ты реально сильная. И без твоего беса мы бы не узнали про близнецов.
Варя улыбнулась в темноте. Он не видел, но, кажется, почувствовал.
- Спокойной ночи, ведьмак.
- Спокойной ночи, шаманка.
И впервые за долгое время они уснули без злости друг на друга. Просто уставшие. Просто вместе в одной комнате. Просто люди, которым судьба (или продюсеры) подкинула парное испытание.