Часть 19.
Когда лекарства стали действовать, серость постепенно ушла с лица Бокова, а дыхание выровнялось. Он впервые за последние часы открыл глаза и почувствовал, что колючая боль в груди отступила. Смерть, которая уже стояла за плечом, неохотно отступила.
В коридоре больницы Райкина, всегда сдержанная и строгая, не выдержала. Она стремительно подошла к Юле и крепко, до хруста, обняла её.
— Юлька... если бы не ты, мы бы их всех сегодня хоронили
Прошептала она, и её голос заметно дрогнул.
— Спасибо тебе. За каждого из моих ребят спасибо.
Юля только молча кивнула, обняв в ответ Надю. Силы покидали её: адреналин спал, оставив после себя лишь звенящую пустоту и колоссальную усталость.
Козырев, наблюдавший за этой сценой со стороны, молча подогнал машину к самому выходу. Он понимал, что сейчас лишние слова не нужны. Он помог Бокову дойти до автомобиля, аккуратно усадил его на заднее сиденье рядом с Юлей и так же молча повез их домой через ночной город. В зеркале заднего вида Козырев видел, как Юля осторожно взяла Бокова за руку, а тот слабо сжал её пальцы в ответ.
Когда они наконец оказались у порога квартиры, Козырев коротко кивнул:
— Отдыхайте. Я на связи.
И уехал, оставив их в тишине подъезда.
Боков тяжело привалился к дверному косяку, но когда Юля потянулась за ключами, он мягко перехватил её руку. Он смотрел на неё долго, пронзительно, словно видел впервые — или наоборот, словно боялся, что она исчезнет.
— Юль..
Голос его был ещё хриплым после действия яда.
— Я ведь всё понимаю. Райкина, ребята... это работа. Но я... я теперь тебе жизнью обязан. И не только в том смысле, что ты меня спасла. А в том, что я только сейчас понял, как страшно было бы всё это потерять. Тебя потерять
Он сделал шаг вперед, преодолевая остатки слабости, и, притянув её к себе, накрыл её губы долгим, полным нежности и невысказанных слов поцелуем. В этом поцелуе было всё: и благодарность, и запоздалое признание, и обещание, что теперь всё будет иначе.
Юля отстранилась от мужчины, оставаясь в замешательстве, она не понимала как реагировать на такие действия. Это всё было странно. Молча достав две сигареты она протянула одну себе, а другую Бокову. Прикурив обе штуки она едко вдохнула дым.
— Я не знаю, я ничего не знаю
Боков слега улыбнулся, почти лениво, его забавила реакция девушки, он видел как та рыдала, когда тот чуть не умер, как задавала вопросы, чтобы быть ближе.
– Ты всё знаешь, больше чем я, или Козырев с Райкиной
Юля озадаченно посмотрела на мужчину, он на скорость делал затяжки одну за другой.
– Жень, правда, я подумаю..
Боков молча бросил сигарету в сторону и пошел в подъезд, он готов был смириться с ответом – нет.
В это время Козырев с опергруппой поехали в ДК, под светом фонарей мчались служебные машины. На лице Валеры сияла блестящая улыбка, вот-вот поймают этого ублюдка. Приехав на место стрельбища, где синий порошок успел раствориться в воздухе, будто его и не было никогда. Мужчины вошли в помещение, открыв ту самую дверь они обнаружили жмурика. Это был Григорьев, который добровольно решил уйти от наказания убив себя щепкой.
— Вот дурак, нам же лучше
Валера пнул кусок двери в сторону трупа, показав пальцем ребятам что с ним делать он ушёл курить на улицу.