Часть 4.
Машина мчалась, казалось, со скоростью света. Боков за рулем был обеспокоен и одновременно размерен — две несопоставимые вещи, но именно этими словами можно было описать его состояние. На заднем сиденье ехал Иван. Он какое-то время ухаживал за Юлей, но быстро бросил эти попытки, что девушке было лишь на руку.
— Соколова, ты почему у меня про пирс спросила? Я тут жил или ты? Сама не в курсе?
— Я жила в городе, но в этой местности не бывала. Тут больше туристы гуляют.
— Не «выкайте» мне оба. Можно просто — Женя.
Боков посмотрел на Юлю и Ваню через зеркало заднего вида, обозначая, что это касается обоих.
Машина резко остановилась, и трое людей выскочили наружу. Выбежав на пирс, каждый стал оглядываться. Злобин увидел покрывало, на котором лежала маленькая девочка. Быстро сориентировавшись, он крикнул Юле и Жене.
— Тут девочка!
Подбежав к нему, Боков стал проверять, жива ли она. К сожалению, ответ был отрицательным. Покачав головой, он от бессилия отошел в сторону и закричал так, что чайки, сидевшие на балках старого пирса, в ужасе разлетелись:
— Сука!
Юля, мельком посмотрев на следователя, присела возле ребенка. Тело девочки было бледным, волосы — светлые, телосложение — худощавое. Осмотрев голову, она заметила мазок краски синего цвета на затылке. Будто это была какая-то метка. Взяв ватную палочку, она быстро соскребла образец вместе с волоском.
Злобин в это время смотрел по сторонам, пытаясь найти хоть какую-то зацепку или след, по которому можно было догнать преступника. Женя же отправил несколько сообщений со своего пейджера, запрашивая подкрепление и опергруппу.
— Соколова, это шо ты собрала? Краска? Откуда?
— Краска была на затылке. Я еще не знаю, откуда она и что в себе содержит.
— Ай, Соколова, ай да молодец!
Юля с серьезным выражением лица была максимально сосредоточена. Она не могла понять по внешним признакам, из-за чего наступила смерть.
— Не могу понять, почему она умерла. Следов борьбы нет, повреждений на теле — тоже.
Боков, сев рядом с Соколовой, покосился на Злобина. Тот стоял, сжав кулаки, и просто бездействовал.
— Тебе приглашение отдельное надо? Или инструктаж провести вместо Соколовой?
Злобин, присев рядом, тяжело вздохнул. Он не знал, что ему делать. Казалось, Юля занимает его место, и ему это совсем не нравилось — ведь он так хотел проявить себя ради повышения или перевода в крупный город. В его голову пришел план, как устранить конкурентку вместо того, чтобы помогать в расследовании.
— Ну, мы тут всё равно ничего не поймем. Вскрывать нужно тело, Ваня равнодушно пожал плечами.
Вскоре к пирсу подтянулась Райкина с опергруппой. Она была вне себя от ярости из-за того безобразия, которое творилось прямо у неё под носом.
— Вы зачем её утащили на труп смотреть?!
Крикнула она, еще не дойдя до них.
— Боков, это что за самоуправство, чёрт тебя подери?
— А на шо ей ещё смотреть, если она эксперт? На цветочки в твоём кабинете?!
Боков развел руками, глядя на неё с нескрываемым раздражением.
— Ты, бля, лечить меня вздумала, Надя? У нас тут жмурик свежий, а ты за субординацию трясешься?
— Надо было как минимум меня в известность поставить!Райкина подошла вплотную, чеканя каждое слово.
— Начальство тут я, а не ты. Уясни это раз и навсегда.
На скулах Бокова заходили желваки, глаза недобро блеснули.
— Ты, Надь, вместо того шобы сотрудников своих опекать, как наседка, лучше бы за детей в своём Курортном переживала! У тебя тут девок мелких мочат прямо под боком, а ты мне морали читаешь!
Боков резко крутанулся на месте и, не церемонясь, схватил Юлю за локоть, увлекая за собой подальше от толпы. Она была ему сейчас жизненно необходима — та самая мысль, которую она так и не озвучила в машине, сверлила ему мозг.
Юля, не ожидавшая такого напора, едва не споткнулась, поддавшись силе его руки. Когда Женя оттащил её в сторону от трупа и поставил прямо перед собой, он вперил в неё свой колючий, лихорадочный взгляд.
— Ну?
Резко выдохнул он ей в лицо.
— Давай, Соколова, выкладывай, шо там у тебя за мысль была? Не молчи, ж, я ж вижу, шо тебя распирает!